Чтение онлайн

***

Пару лет назад отец с братом пристроили к дому большую застекленную веранду. Здесь семья, как правило, собиралась вечером за ужином. Удобно расположившись на мягком диване и креслах, хозяева дома вели разговоры, пили чай или играли в настольные игры, поклонником которых был глава семейства Михаил Иванович. За верандой тянулся огород, а широкая тропинка, делившая его надвое, вела к баньке и озеру.

На площадке перед верандой Сергей занимался приготовлением шашлыка. Аромат жаренного мяса приятно щекотал ноздри, вызывая обильное слюноотделение у всех, кто его вдыхал. На часах было восемь вечера, когда свежеприготовленное мясо заняло почетное место в центре стола на большом блюде. Сергей, довольный результатом, уселся в кресло потирая руки.

– Кому опять столько мяса привезли? – недовольно спросила Женя, накладывая на тарелку большие сочные куски.

– Кому? – не обращая на тон сестры никакого внимания, ответил Сергей, – Нам. Ешь давай. Завтра еще родители приедут. Женёк, это же шашлык! Его много не бывает…

Сергей только взялся за вилку, как зазвонил телефон.

– Начинается… Да, алло… Да я, – он потянул было кусок в рот, но, замерев, отложил вилку. – На даче… А ты что, в городе? Когда приехал? Конечно, не против, приезжай… Да, на твое усмотрение. У меня тут цветник: Оля, Женька и сестра Ольгина. Ну, давай, ждем…

Сергей положил телефон на стол и посмотрел на девушек.

– Илья сейчас приедет… – казалось, он никак не мог поверить новости.

– Что за Илья? – Алина вынырнула из телефона, услышав мужское имя.

– Светов? – спросила Оля. – Он что в городе?

– Ну, видимо, если позвонил и «пригласился» в гости…

Женя помнила Илью с детства. Это был лучший друг ее старшего брата, обычный мальчишка-задира и драчун, как все. Илья с Сергеем были «грозой двора», держали в страхе всех девчонок от мала до велика и частенько получали на орехи от старших товарищей за свою неуемную энергию, которую в силу возраста не умели еще направить в мирное русло.

Но время шло, и Илья превратился в подростка нескладного, худощавого и высокого. И зимой, и летом он носил черные балахоны с портретами всей известной и неизвестной миру нечисти, джинсы с цепями и клепками, высокие ботинки на толстой подошве. Длинные волосы вязал в хвост, в носу и на губе – пирсинг, в ухе – серьга, уродливый крест на цепочке. Став старше, друзья всё так же пользовались бешеной популярностью во дворе, но теперь другого свойства. Вокруг них вились девчонки, а в «корешах» были все дворовые пацаны, потому что ребята стали музыкантами. Их гитары было слышно в окрестностях с утра и до утра. В школе даже была группа с дурацким названием «Подорожник». Юные трубадуры перепевали песни рок-исполнителей. Они несли свое творчество в народ, и молодой педагог по ОБЖ Игорь Иванович, сочувствовавший ребятам, по секрету от директора давал им ключи от актового зала, для того чтобы они могли репетировать. Всё как в лучших шпионских фильмах. Женька засмеялась, когда в памяти всплыл концерт школьной группы «Подорожник». Они должны были петь для младших классов и со всей ответственностью готовились к выступлению. Женя украдкой пробралась на последнюю репетицию. Ребята, одетые, как и положено рок исполнителям, во всё черное, украшенные цепями, гремели что-то из «Арии», когда на шум сбежались учителя школы во главе с директором Полиной Гавриловной.

– Что здесь происходит? – возмущенно спросила она, строго глядя на музыкантов. – Светов, Борисов, что за балаган?

– А что не так? Мы репетируем, – ответил Светов дерзко шагнув вперед, тогда как остальные попятились. Они всё же побаивались разговаривать с директором в таком тоне.

– Это репетиция чего? Музыкального ансамбля или банды головорезов? Посмотрите на себя! Как исчадия ада, обвешались цепями, размалевались… Да какой пример вы подаете младшим?!

– У нас такой стиль, Полина Гавриловна, так все рокеры одеваются, – Сергей встал рядом с другом.

– Ну, знаете ли, всему есть придел, – грозно сказала директриса. – Одно дело, когда вы беснуетесь без зрителей. На это я еще могу закрыть глаза. В конце концов – это ваша жизнь, разменивайте ее на копейки. Но на концерте в таком виде я вам выступать не позволю. Немедленно умыться и переодеться, и чтобы вашего рока я сегодня не слышала. Нормальные песни надо для своих товарищей петь, со смыслом…

– У наших песен есть смысл! – возразил Илья, – Если вы его не понимаете…

– Так, хватит! Дискутировать мы с вами будем на родительском собрании, а пока до концерта еще два часа, успеете привести себя в порядок….

– Нет! – грянули в один голос юные музыканты и стали бессвязно молотить в инструменты, создавая оглушительный протестный вой.

Полина Гавриловна подняла руку, наступила тишина.

– Хорошо, нет так нет. Тогда собирайте свои балалайки, и пошли вон из актового зала. Ключей больше не получите! Вы поняли меня, Игорь Иванович? – обратилась директор к преподавателю, и тот, едва сдерживая смех, кивнул.

– Это низко, Полина Гавриловна, – оскорбленно в наступившей тишине трагическим тоном произнес Илья.

– Это мое последнее слово. Решайте сами…

Учителя ушли, а ребята стали оживленно совещаться. Юношеский максимализм взял верх, и обиженные низостью директора музыканты решили уйти в закат и начали складывать инструменты.

– Дураки, – раздался Женькин голос в пустом актовом зале.

Ребята посмотрели на девочку в аккуратном форменном платье с белым воротничком и накрахмаленным фартуком.

– Женька! Ты что тут делаешь? – возмутился Сергей, подходя к сестре, – А ну топай на уроки…

– Да я-то пойду, – сказала девочка и улыбнулась. – А вот вы куда пойдете? Где будете репетировать? У нас дома? Мало тебе досталось в последний раз? Или у папы в гараже зимой будете зубами стучать…

– Так, иди, умница, отсюда, – раздраженно сказал Сергей, и подтолкнул сестру к выходу.

– Не толкайся, – возмутилась Женя. – Я знаю, где дверь. Вы можете сколько угодно спорить с «Павлиной Гориловной», но это глупо. Она и правда не даст вам ключей. Вы же ее знаете!

Ребята молчали и смотрели на Илью – своего идейного вдохновителя и негласного лидера. Он, насупясь, кусал от досады губы. Всё, что говорила Женя, он и сам прекрасно знал. Не будет ключей – не будет репетиций, не будет музыки…

– Ладно… – наконец выдохнул он, приняв трудное решение.

Через два часа мальчишки, отутюженные общественным мнением, – чистенькие, в белых рубашечках и брюках со стрелками —пели о том, каким прекрасным может быть далёко, как свои крылья расправляют качели в апреле месяце, и много еще разного рода «детского лепета», так не вязавшегося в понимании ребят с «серьезной музыкой». После концерта растроганная выступлением Полина Гавриловна вручила Илье ключи от актового зала лично.