Шрифт:
Глава 1. Тео
Здравствуйте! Я – тапир. Меня зовут Тео.
Я живу в зоопарке. Здесь я удивляю своим внешним видом и повадками соскучившихся по дикой природе городских жителей. В зоопарке я уже много лет. В соседнем вольере обитают мои “друзья” жирафы. Они почему-то меня не замечают. За целый год, что мы – соседи, мне не удалось узнать даже их имен. Зачем природа наградила этих длинношеих животных таким длиннющим фиолетовым языком, если они всегда молчат? Короче, посплетничать о последних зоопарковских новостях не с кем.
Я живу по строгому распорядку. Когда я только сюда поселился, днем меня всегда клонило в сон. Сказывались привычки вольной жизни. Но сейчас я средь бела дня резво бегаю между решетками отведенного мне пространства. На радость публике.
На моей территории есть два корытца с мутной водой. К этим маленьким прудикам каждый день приходит необычный человек в комбинезоне синего цвета. Он меняет мне воду и приносит поесть. У этого синего персонажа совсем нет зубов. Интересно, как он пережевывает свой корм?
Однажды, чтобы подтолкнуть его к разговору, я перевернул корыто. Он прошамкал что-то своим беззубым ртом и, я думаю, в воспитательных целях не налил мне воды. Но на следующий день это недоразумение забылось.
Когда пришла очередная осень, небо затянули облака, и стал накрапывать нудный противный дождик, я совсем загрустил. Без общения недолго и с ума сойти. Да еще эта погода.
Тогда я решил воспользоваться своим правом давнего обитателя зоопарка и съездить на родину. Все-таки я уже много лет веселю публику и зарекомендовал себя в этом учреждении культуры с лучшей стороны. Бухгалтер выдал мне именной билет и немного карманных денег. Я обещал вернуться через неделю. На решетку моего вольера повесили табличку “Тапир Тео в отпуске”.
И вот я в поезде. Пассажиров в вагоне мало. Я разлегся на два кресла. За окном проплывают луга и перелески. Стук колес и однообразный пейзаж подействовали на меня как снотворное. Мои глаза закрылись, и во сне я увидел маму, которая улыбалась и говорила, что соскучилась.
Вдруг меня кто-то дернул за хвостик. Это была миловидная зебра-контролер в яркой пилотке персонала железных дорог и с красной сумкой через плечо. В ее кучерявую гриву была вплетена алая лента. Очнувшись ото сна и бросив взгляд на бейдж разбудившего меня контролера, я понял, что зебру зовут странным именем Брунгильда. Она посмотрела на меня с презрением, проверила выданный бухгалтером билет и сделала замечание, потому что я занимаю два места, хотя заплатил только за одно.
Через пару часов поезд привез меня на родную станцию. Мой вагон был в самом хвосте и не доехал до перрона. Станция-то маленькая. Здесь останавливается от силы два-три поезда в день, остальные следуют через нее, протяжно гудя, на большой скорости. Я спрыгнул с подножки вагона. С непривычки мои грациозные ноги подкосились, и я упал коленями на железнодорожную насыпь. Быстро вскочив, я побежал к перрону. В здании станции никого не было. Неужели мама не пришла меня встречать? Да, я никак не мог сообщить ей о своем приезде, но разве материнское сердце не подсказало ей, что ее Тео прибудет сегодня дневным поездом?
Уныло побродив по вокзалу, я кинулся в сторону моих родных джунглей.
Вот они знакомые с детства едва заметные тропки, а вот непроходимая чащоба, где мы хоронились всем семейством днем. В надежде найти родные души, я пробежал вдоль нашей лесной речки. Безрезультатно. Живности кругом полно. Даже больше, чем в нашем уважаемом зоопарке. Но ни один тапир не вышел мне навстречу.
Совсем отчаявшись, к вечеру я вышел на мою любимую поляну и пронзительно засвистел. Вдруг из зарослей бамбука показался хобот моей мамы. Она была не одна. Рядом с ней бежал мой полосатый младший братик Уго. Мама сразу меня узнала, стала обнюхивать и облизывать. А потом сказала, что я пахну чем-то неестественным.
Так начались пять самых счастливых дней в моей жизни. Наша мама заранее знала о всех наших желаниях и умудрялась легко их исполнять. Днем мы спали, но, как только садилось солнце, наше семейство отправлялось щипать сочную траву и свежие листочки деревьев с дурманящим запахом.
Больше всего я любил купаться по ночам в небольшом лесном озерце. Мама сказала, что в нем не водятся крокодилы, и поэтому мы будем здесь в безопасности. Мы вереницей медленно заходили в воду. Сначала мама, потом я, потом Уго, и мелкими шажками двигались по дну, поедая вкусные стебельки диковинных водорослей. Под нашими копытцами вода мгновенно мутнела, а глупые рыбы удирали от нас врассыпную. То были минуты счастья.
Как-то я спросил маму, почему она бросила меня, и я очутился в зоопарке. По маминому хоботку побежала слеза, и она рассказала о том, как во время одной из вечерних прогулок я запутался в неведомо откуда взявшейся проволоке. Очень скоро к этому месту пришли люди и забрали меня с собой. Мама не успела мне помочь.
Наше прощание было коротким. Мама не пошла со мной на вокзал, она не любит все эти людские изобретения. Она пожелала мне доброй дороги. Пока мы с ней обнимались, Уго красиво посвистывал. У него красиво получалось. Талантливый малыш.
Поезд опоздал на полчаса. Я компактно сел, боясь вновь прогневить зебру-контролера. Но в этот раз Брунгильда не пришла проверять билеты. Напрасно я несколько часов мучился, сидя в неудобной позе.
Над зоопарком опять шел дождь. Жирафы не обратили на меня ни малейшего внимания. Я снял табличку “Тапир Тео в отпуске” и зашел в вольер. Я вспомнил о маме, Уго и родных джунглях, но мне больше не хотелось грустить. Завтра сюда придет городская публика, и я опять буду развлекать ее своим смешным хоботом и купанием в корытце.
Глава 2. Брунгильда
Привет всем! Я – зебра, а зовут меня Брунгильда.
Вы спросите, почему у меня такое странное имя? Ведь в Африке так детей не называют. Если бы меня нарекли Мванаджумой или Олуфанмилолой, это, конечно, не резало бы так слух.
Все дело в том, что я – не совсем зебра. Я – зебра-робот. И имя мне дал один изобретатель из какой-то северной страны. Может так звали его маму или любимую сестру? При встрече надо его об этом спросить.