Чтение онлайн

— Как это?

— Мм… вот задачку ты мне задал, Кай! У вас тут бывают компьютерные вирусы?

— Да, госпожа.

— И как вы с ними боретесь? — оживилась я.

— Существуют специальные модули для борьбы с вирусами.

— У тебя такой есть?

— Конечно, госпожа. Такие модули есть у всех систем.

— Ну, вот представь…

— Что сделать?

— Эм… о-о… Есть задача, а у нее исходные данные. Условия! Вот это как раз и есть условия. Понятно?

— Да, госпожа.

— Представь, что к тебе забрался вирус. Он попортил какие-то файлы. Это плохо или хорошо?

— Показатели системы не будут в норме, значит, это плохо.

О, поддается обучению! Действительно, есть модуль самообучения! Приятно разговаривать с умной машиной.

— Да, это плохо. Но файлы испорчены. Что с ними делать?

— Лечить, госпожа.

— А если вылечить нельзя? Бываете же такое?

— Бывает.

— Что тогда делать?

— Восстанавливать систему из сети.

— Но при этом могут потеряться какие-то данные?

— Смотря, насколько сильно была повреждена система.

— Ну, представь, что очень сильно. Часть данных невосполнимо потеряются при восстановлении системы.

— Да, госпожа.

— Это ведь плохо.

— Затрудняюсь ответить, — сказал Кай, подумав недолго.

— Плохо, — ответила за Кая я. — У тебя была информация, а теперь ее нет и тебе ее тоже придется восстанавливать. Ты теряешь свою функциональность с потерей информации.

— Понятно.

— Так к чему это бишь я? — озадачилась я, потеряв основную мысль.

— "Хотя, конечно, еда может быть полезной, но невкусной" — немедленно раздался мой собственный голос.

— Ах да! Спасибо! Так вот. Получается что? Что вирус испортил систему — это плохо. Ты ее восстановил — это хорошо, но при этом потерял часть информации — это плохо. Так же и с едой. Она может быть полезной, как восстановление системы, но при этом невкусной, как потеря информации.

— Понятно.

— Можно проще. Просто запомни, что есть вещи и действия, которые нравятся, а есть те, которые не нравятся. То есть хорошие и плохие, грубо говоря. Одна вещь может иметь разные свойства, а эти свойства в свою очередь могут быть хорошими или плохими.

— Понятно. А если у вещи есть и хорошие, и плохие свойства, то как определить, хорошая вещь или плохая? Восстановление системы — это хорошо или плохо?

— Восстановление системы — вещь необходимая, без нее все равно никак, поэтому не важно, хорошая она или плохая. А вообще определяют в совокупности, каких существенных свойств больше, и какие нужны в той или иной ситуации. Если поровну, то говорят, что вещь нормальная, — усмехнулась я.

— Понятно.

Уж не знаю, что ему там понятно, но это определенно забавно, объяснять компьютеру, "что такое хорошо, а что такое плохо". С одной стороны — это, конечно, полный бред, а с другой — ведь что-то же он понял! Посмотрим, что будет дальше!

Позавтракав, умывшись и приведя себя в порядок (вчера Хати подробно и тщательно мне рассказала о каждом средстве, чтобы я, не дай бог, не перепутала), я остановилась посреди гостиной в замешательстве. А что теперь делать?

— Кай? — уже привычно позвала я. — А как смотреть телевизор?

— Что?

— Телевизор. Я не знаю, как его тут смотрят.

— Подключаются к сети.

— А как подключиться к сети?

— Не знаю ответа на этот вопрос.

— Эх, видимо, я как-то неправильно вопросы задаю, — вздохнула я.

Не зря же говорят, что вопросы нужно задавать, зная часть ответа. Иначе получится вот такое вот недоразумение. Видно, с телевизором не судьба. Может тогда книжку почитать? А нет, я же не могу читать. Хотя…

— Кай, а ты можешь мне книгу почитать?

— Что сделать?

— Ну, у тебя есть какие-нибудь книги в памяти?

— Да, госпожа.

— Ты можешь их озвучивать?

— Да, госпожа.

— Вот это и называется почитать вслух.

— Какую книгу?

— А какие есть? Ой, нет, стой. А то ты сейчас будешь до позеленения перечислять. Скажи лучше, какие жанры есть.

— Все, госпожа.

— Хм… ну, сложное я, наверное, не пойму. Может что-нибудь из художественной, приключения какие-нибудь, или любовный роман.

— "Любовь из ниоткуда", — предложил название Кай.

— Давай, — решила я, усаживаясь в кресло.

— "Выход из гиперпространства прошел успешно. Я расслабилась, ожидая, когда мы долетим до границы космического пространства спутника. Бесконечно-длинный свет звезд сменился привычными яркими точками, а я подумала, что, наверное, так всю свою жизнь и пролетаю на этом транспортном звездолете, переживая только за вход и выход из гиперпространства. Третий год полетов подряд. Сначала меня не принимали всерьез, потом оценили, а теперь и вовсе спихнули на меня всю рутину. Несправедливо. "Внимание", — неожиданно раздалось в тишине, — "этот спутник захвачен. Следуйте инструкции, и мы гарантируем вам жизнь". Вот тебе и рутина. Видно, не судьба мне состариться на этом звездолете! "Внимание", — начался повтор сообщения, и я включила микрофон. "Вас поняла. Какие будут указания?" Когда на борту больше сотни человек, а на спутнике мощнейшие излучатели, особенно не повыпендриваешься.

Кай читал монотонно, без интонации, без пауз, без пояснений. Я прослушала так минут пять и сдалась. Совершенно ничего непонятно. Не потому, что текст изобиловал каким-то неизвестными мне понятиями, а просто потому, что я не могла разобраться даже где прямая речь, а где авторская, где начало предложения, а где его конец, где вопросы, а где ответы.

— Стой! Так же нельзя читать! Нужно же делать паузы на знаках препинания и то повышать, то понижать голос, чтобы было понятно, где начало, где середина, а где конец предложения.