Чтение онлайн

Хорошо Цезарь рядом оказался. Он неделю, как из больницы выписался. Он мне потихоньку и шепнул: – Ты что, парень, очумел?

Тут до меня наконец-то дошло. Я сразу к рыженькой, поклонился, поздоровался, она сделала вид, что ничего не случилось, улыбнулась и пошла себе дальше.

Я сразу к Цезарю. Смотрю на него, аж дух перехватило. Слаб он еще, а в глазах такой блеск.

Сталь, а не взгляд – Думаю, если подойду, разозлиться, не подойду, обидится. Что же делать? Он раз и сам ко мне подошел. Посмотрел, посмотрел и говорит:

– Повзрослел ты, парень. Ну ладно, иди гуляй. Нечего тебе тут топтаться.

Он, – он – герой, а со мной, как с ровней, разговаривает. Я как его слова услышал, чуть с лап не упал. Только и хватило сил, заикаясь, пробормотать:

– Спасибо, дяденька. Пойду я – Невдалеке пара псов нюхались. Зыркнули они на нас, видимо почуяли, что сам Цезарь со мной говорил, подбежали и поздоровались. Я бы раньше в такое ни в жизнь не поверил. Я, малявка, и на тебе. Вот что значит Цезарь – Как он появился, все во дворе присмирели. Кому охота на зубы ему попадаться. Слава о нем уже по округе разошлась. Правда, есть тут у нас один мозгляк, – пакостный такой, с плоской, слюнявой мордой. Мы с ним с детства на ножах – Иду я как-то по тротуару, настроение преотличное, солнце, весна, лужи. Прыгни в любую, брызги в разные стороны. Все вокруг кричат, смешно, здорово. Иду, – нет, не иду, лечу. Вдруг из-за поворота противная морда. Уставилась на меня, ни туда, ни сюда. Я тоже замер, драться не хочется, но он мне сразу не понравился. Росту чуть повыше меня, на тощих лапках, а строит из себя, – ну зверь, а не пес.

Решил я сделать вид, что мне чуть правее, раз и во двор. А этот отморозок – Что ему в голову взбрело? – Как броситься. Хорошо хозяин рядом, чудом поймал. Тот рычит, лает, рвется изо всех сил. Противно мне стало. Думаю, козявка противная, а строит из себя, – раз – и к нему.

Хозяин тут не удержал, вырвался этот балбес и на меня. Я тоже малый не промах, – сцепились мы с ним помаленьку. Мамка кричит, пытается нас растащить, а хозяин этого балбеса, ему видно не впервой, и говорит:

– Отойдите! Отойдите. Сейчас покидаются и разбегутся, – а то зацепить могут.

Хорошо, что предупредил. Мамка послушалась и отошла. Я тоже решил обстановку не нагнетать. Порычал чуть-чуть, побросался на мозгляка и отошел на метр. Думаю, будешь крутого из себя строить, точно уделаю. Но тот видимо осознал. Морду слюнявую отвернул – и в сторону. Так и разошлись – Теперь, как увижу его, приходится делать вид, что вот-вот брошусь и подерусь. А иначе нельзя, слабину покажи, и этот мозгляк проходу не даст. Но мамка видимо поняла и не очень ругается. Тем более, когда есть возможность, я его всегда обхожу – Зачем с дураками связываться?

Так и живем, то одно, то другое – Проснулся сегодня и не поверил, на подушке косточка лежит. Не маленькая, как обычно, с куриную лапку, а большая, настоящая. Я сначала не понял, что случилось, а потом, когда поздравлять начали, дошло, – именинник я сегодня, полгода мне сравнялось. Приятно, все тебя целуют, подарки дарят, играют с тобой. Почаще бы такое случалось, но в целом, жаловаться не на что. Семья мне досталась, что надо, – повезло, в общем. Да и еще – недавно машину купили, так что теперь мы на колесах. На безлошадных я теперь с жалостью смотрю, тяжело им бедненьким на своих четырех бегать. Так что завтра на встречу с родственниками на своей тачке покачу – Здорово! – Все увидят, какой я крутой, а то Борюнчик, Борюнчик, тьфу, – и имя-то какое-то простецкое подобрали.

– Здравствуйте, – чуть заикаясь, пробормотал я.

Лариса почти не изменилась, все такая же добрая, хорошая – Обрадовалась, словно родного сына увидела. У меня даже в носу защипало, но я уже взрослый, вида не подал, сдержался.

Подошел, лизнул ей руку, как бы между прочим, и отошел. Пусть знает наших, я ни какая-то легкомысленная девчонка или невоспитанный пацан, знаю, как себя держать в приличном обществе.

Ларису я удивил, правда, ненадолго. Тося с Вики как налетели, как давай вокруг меня прыгать, я сразу же обо всем на свете забыл. Сестренки мои дорогие, как же соскучился я по вам!

Минут на пять мы обо всем на свете забыли. Они выросли, похорошели. Крутятся вокруг меня словно ангелочки. У меня от волнения аж живот подвело. Пришлось на кухню бежать, облегчаться, хорошо, никто не заметил.

Пока мы носились, как угорелые, мама с Ларисой говорили, все больше обо мне. Лариса хвалила меня, говорила, что вырос я здорово. По сравнению с девчонками совсем большой, и вид у меня серьезный, интеллигентный. От ее похвал я совсем раздухарился, – и так пробегу, и этак подпрыгну. Девчонки, знай себе, носятся, меня порой задирают. Весело, на ребят бы еще посмотреть, совсем бы здорово было.

Мама Вики мне очень понравилась. Пахнет вкусно, молоком и пастилками, а вот Тосина мамка чем-то жгучим, словно перцем. Не пойму, то ли кажется, то ли в самом деле.

И тут звонок, напрягся весь. Ромка или Ильюша, кто? Стою, почти не дышу – Как бы не так Яна с Ирмой с гулянья вернулись. Честно говоря, Ирма девчонка не плохая, характер у нее легкий, общительный, но очень уж она избалована. Чуть что не по ней, такие концерты закатывает. А мамочка тут, как тут, всегда свою доченьку защитит. Потому-то ее у нас и не очень любили. Но ей это по барабану, тут ее дом, ее семья.

Влетела и сразу ко мне. Подросла, похорошела, глаза большие, чуть раскосые, хороша, – неземно. Яна посмотрела на нас, развернулась и пошла себе на кухню. И тут наконец-то, пока я вокруг девчонок увивался, появились ребята. Бог мой! – Какие они маленькие! По сравнению с ними я монстр, громадина. Но до чего же вредные!

Я, как дурак, стою, жду, когда подойдут, поздороваются. Я первый пришел, по всем правилам их шаг первый. Так нет же, посмотрели друг на друга, на меня, на девчонок и к Ларисе. Вроде, как мы им по фене. Обидно стало до слез – Куда же это годится? Но что меня опять удивило, мамка, моя мамка, как что-то почувствовала, подошла ко мне, погладила. Не знаю, то ли язык она наш понимает, то ли видит что-то. Не поверите, враз полегчало. Махнул я лапой на все, подошел к братьям и по-свойски поинтересовался:

– Как жизнь, ребята?

Илья вроде как улыбнулся, хвостом вильнул и ко мне. А Ромка, как был врединой, так и остался. Зыркнул на меня, раз и Ирме под хвост. Вроде, моя хата с краю, ничего не знаю. А Ирма умница, подлетела, чмок меня в нос и к девчонкам. Тот аж затрясся от злости. Все, думаю, сейчас подеремся. Но нет, слава богу, обошлось. И что самое интересное, у меня вся обида прошла. Думаю, – у Ромки тоже.

Тут откуда не возьмись, Тамара. У меня все внутри похолодело. Сейчас начнется. Я ее хорошо запомнил по первому разу. Пришла, добрая такая, улыбчивая, потетешкалась с нами, поигралась, – а затем началось. Расслабились мы, словно дети малые, каждый в нос норовил ее лизнуть, а она поулыбалась, поулыбалась и вдруг, как тыкнет какой-то дрянью прямо в попу. Я как заору. Лариса подлетела, начала меня успокаивать, а мне обидно до слез – Надо же, – как змея подкралась и втихую куснула. Остальные осознали, что пора прятаться, – кто куда смог, тот туда и забился. Сидят тихо, носа не высовывают, один я гоголем-моголем по квартире хожу, мученика из себя строю. Но не тут-то было, переловили по одному. Одного на печенье поймали, другого на кусочек мяса, а Вики, вот что значит девчонка, за мячиком побежала. Тут ее и сцапали. Так что через полчаса сидели мы все обиженные, но привитые.