Чтение онлайн

«Эти минуты, что были – бесценны», – думал Анвар. В его сердце не было никаких сомнений. Он знал, сегодня был самый счастливый день в его жизни. Её тихое дыханье рядом – это и есть настоящее, стопроцентное счастье.

Александр поставил точку в конспекте по безопасности движения, закрутил колпачок шариковой ручки. Сколько можно писать, он уже устал разлинеивать поля в тетрадке?! Ёлы-палы, как в школе. «К счастью, на сегодня всё, – подумал Сашка, – а то приелся мне этот класс, как сухой ячмень беззубой кобыле». Он огляделся. Народ поднимался из-за столов, кое-кто уже потянулся к выходу, на ходу складывая тетрадки в портфели и сумки. Пожилой преподаватель снимал засаленные плакаты, развешенные на доске, свёртывал их в трубочки.

Уже третью неделю, как Александр Веселов стал прилежным учеником, осваивает профессию помощника машиниста. Шутка сказать, будет водить электропоезда метро. Приехав в Москву, он быстро определился с выбором. Работник метрополитена – звучит! К тому же здесь и стипендия, и общежитие, сразу решается пара насущных проблем. Вот только просиживать штаны на занятиях у него получается с трудом. Сашка и в школе особой усидчивостью не отличался, он больше по хулиганской части. А ещё вполне успешно справлялся с ролью первого школьного красавца, грозы наивных десятиклассниц. Взмах ресницами, насмешливая улыбка, тонкий комплимент, и очередная Танечка уже смотрит ему в рот, ловит взгляды.

Но вот встретил Ольгу, и как подменили парня. Никакие девчонки ему больше не нужны, только она, Оля Горская. На ней сошёлся белый свет клином, и никак теперь без неё бедному Сашке. Застряла девчонка занозой в сердце, в этой глупой четырёхкамерной мышце, хоть плачь! В Москву из-за неё сорвался, родители до сих пор в шоке!

Через неделю в вузах начинаются занятия, какое счастье! Значит, увидит Сашка скоро свою зазнобу, свою желанную подругу. Скажет ей о своих чувствах, и будь что будет!

А в это время Ольга, предмет его воздыханий, в объятиях Анвара изнывала от нежности, глубокой и чувственной. Он целовал её в губы, в улыбку, которую находил ангельской, потом изучал губами девичье тело, находя его восхитительным, совершенным. Ох уж поцелуи – особый разговор влюблённых душ. Задыхаясь, не в силах переносить эту сладостную пытку, они бросались на старенький диван, немой свидетель их любовных утех.

В дверь завозились, забарабанили, эх, как не вовремя! «Слышь, телеграмма тебе, открывай», – крикнул пьяненьким голосом Вадим, сосед по квартире.

Телеграмма была короткой. «Срочно вышли вузовскую справку требует военкомат», – телеграфировал отец.

Как громом поражённый, Анвар застыл в коридоре, сжимая в руках злополучный листок. В дверь выглянула Ольга. «Что там? Что-то случилось?! – спросила взволнованно, предчувствуя неприятности. Молодой человек молчал. Он всегда молчал, когда был расстроен, об этой особенности его характера хорошо знали родители. Девушка взяла из рук Анвара телеграмму, прочитала, испуганно взглянула ему в лицо, протянула: «Ну, дела…»

Анвару стукнуло восемнадцать в последних числах августа, праздник отмечали всей многочисленной роднёй, как всегда, широко, с размахом. Тогда ему было не до веселья, в мыслях он уже был в Москве, в долгожданной новой жизни. И о службе в армии юноша не думал вообще, считая это делом далёкого будущего. И даже теперь легкомысленно игнорировал эту проблему. Казалось, что всё устроится само собой, отец посодействует, позвонит, куда надо. Кстати, о звонке, надо срочно идти на телеграф и связаться с отцом. Ещё не вечер, ещё ничего не потеряно. Он готов получить по полной и стойко перенести праведный гнев родителя. Ничего не поделаешь, заслужил.

– Как, не поступил?! Ты шутишь? Почему мы с матерью ничего не знаем?

Конец ознакомительного фрагмента.