Жизнь
Шрифт:
Виктор, расположившись рядом с женой и взяв ее за руку, переглянулся с ней. Я краем глаза заметила ее легкий кивок головы и перевела на них взгляд.
– Зоя, – чуть смущаясь, обратился ко мне Виктор. – Мы хотим попросить тебя стать… крестной мамой для нашего Алекса.
Я удивленно выпучила глаза, до конца не веря, что он действительно попросил меня стать настолько важным человеком для их сына.
– Меня?!
Латти сжала мое запястье и посмотрела блестящими от слез глазами.
– Мы поймем твой отказ, – сказала она. – Я лишь хочу сказать, что не могу представить лучшей крестной для нашего сына! Ведь в мире нет лучше человека, чем ты…
Она расплакалась, уткнувшись в грудь мужа и, сдавленно добавила:
– Дурацкие гормоны!
Мы с Виктором коротко рассмеялись.
– Отказ? – хрипло выговорила я, привлекая взгляды всех троих. – Как же я смогу сказать «нет» в ответ на лучшее предложение в жизни!
– О, Зоя! – восторженно протянула Латти, прижимая к себе малыша и нежась в пылу объятий мужа.
– Так-то, сын! – улыбался Виктор, обращаясь к малышу, который уже сладко причмокивал грудное молоко. – Женщинам невероятно сложно устоять перед обаянием Эскалантов!
– Виктор! – смеясь, одернула его Злата.
А в моей груди болезненно кольнула правдивость его слов. Я ее прочувствовала на себе с дядей будущего крестника.
Глава 7
Вспышки
Новая ювелирная коллекция дизайнера Циско Эмпе создана для всемирно известно испанского бренда «Лусерро». Интерпретация современной роскоши, исполненная в драгоценных металлах и камнях, должна дебютировать в ресторане отеля «Пэлэс Эль». Центр города, шикарное архитектурное сооружение в стиле ампир, торжественная пышность в блеске зеркал, натертых бокалов и вспышек фотокамер. Здесь все настроено на волну лакшери: красная дорожка, пресс-волл для фотосессий, присутствие самых гламурных и пафосных жителей Барселоны.
В этот вечер состоится двойной дебют – украшений и мой. Я впервые предстану в подобном окружении под новым именем, что так идеально вписывалось в него. Жаль, что я все также продолжаю существовать отдельно от титула, которым меня наградила судьба.
Желтый шифон моего платья струился до щиколотки, открывая туфли «Валентино» на высоком каблуке, с открытым носом. Модный стилист Джуно Керр уложил мои темные локоны на левое плечо, прикрытое тканью по задумке дизайнера. В таком образе я, с тягостным предчувствием, ступила на алую дорожку, ведущую к входу в ресторан, в компании несменных телохранителей и счастливого Винсента, который любезно предложил мне локоть для опоры.
Наше появление произвело фурор среди журналистов, и они наперебой стали выкрикивать просьбы о коротком интервью или о мимолетном взгляде в объектив именно их фотокамеры. Я послушно вертелась с искусственной улыбкой на губах, которую так умело воссоздал Ксавьер во время своих наставлений на тему: «Как выжить в фальшивом мире популярности».
Игнорируя громкие вопросы, я позировала для фото и настойчиво проталкивала Винсента вперед, чтобы быстрее скрыться от неприятной пытливости творцов светских новостей. Но мой кавалер пребывал в эйфории и купался в океане славы.
– Винсент! – не выдержала я и процедила сквозь улыбку: – Отпусти мою руку и наслаждайся этим позированием в одиночестве...
И тут мой скользящий взгляд перехватили медовые глаза. Я так и застыла, не договорив задуманную фразу и глядя на только что появившегося Себастьяна Эскаланта.
Он оказался в самом начале пресс-волла и двигался с грацией хищника, подставляя свое совершенное лицо вспышкам фотокамер. Он явно оценил мой наряд, и довольная улыбка на мгновение осветила его лицо и тут же исчезла. Эскалант заметил Винсента рядом со мной и сощурил взгляд. Миг и он будто забыл о нашем существовании.
Неужели, я снова могла дышать? Еще немного и вернутся силы, способные заставить глаза не смотреть на него. Высокий, широкоплечий красавец со строгими и безупречными чертами на смуглом лице. Статную фигуру упрямого аристократа подчеркивал деловой костюм королевского оттенка синего цвета. Белая рубашка выгодно контрастировала с его черными волосами и белозубой улыбкой. Поза Себастьяна сквозила раскованностью: одна рука в кармане, другая – свободная и независимая, то застегивала пуговицу пиджака, то ерошила темные волосы. Этим жестом он выгодно демонстрировал обручальное кольцо, безошибочно догадалась я, наблюдая, как оно удачно сверкало на его пальце в такт циферблату наручных часов.
– О, вот и Эскалант пожаловал! – недовольно пробурчал Винсент, когда его прошлый обидчик пошел в нашу сторону.
Я оглянула толпу, которая будто затаив дыхание, направила все свое внимание на наши персоны, абсолютно утратив интерес к другим новоприбывшим гостям.
– Нам пора уходить!
– Уже поздно, Зоя! – улыбаясь, заметил мой кавалер и, обняв за талию, устремил свой взор на уже подошедшего Себастьяна. – Добрый вечер!
Да, он рядом. Я уже вдыхала его аромат. Осторожно подняв глаза, я встретилась с ним взглядом. Острые, колючие и сощуренные глаза смотрели прямо на меня.
– Не могу согласиться о доброте этого вечера, – ответил низкий, властный голос… моего мужа.
И мурашки осуществили забег по моей коже в его честь.
Надо прекращать так думать о нем! Срочно!
– Извините, но руку я вам больше не подам, сеньор! – тем временем объявил Винсент.
Глаза-осколки Себастьяна тут же переместились на него.
Оценивающий взгляд скользнул по моему спутнику. Будущий герцог намеренно дал понять окружающим, что он не нашел в нем ничего достойного.
– Страх порождает комплексы, сеньор, – насмешливо изрек он.
– Гораций? – усмехнулся Винсент.
– Нет. Эскалант, – невозмутимо бросил Себастьян и снова посмотрел на меня. – Зоя, нас ждут.
Сглотнув, я посмотрела на его протянутую ладонь и почувствовала, как моя сила уходила к нему. С огромным усилием я осталась неподвижна.
Тогда он сделал шаг ко мне и по-императорски взял меня за плечо, высвобождая из рук Винсента. Он безошибочно поставил на то, что мой спутник не осмелится перечить ему на публике. Да, Себастьян умеет читать людей. В том числе и меня.