Жизнь
Шрифт:
– У тебя бесподобная жена, Виктор! – улыбаясь, сказала я Виктору.
Он удивленно вскинул брови и искоса бросил на меня взгляд.
– Я знаю, Зоя. Но будь ты парнем, я бы ответил тебе по-другому, но ответа ты не услышал бы. А знаешь почему?
– Нет, – мотнула я головой.
Виктор подал мне локоть, и я приняла его предложение.
– Не успел бы. Видишь вон ту ступеньку, самую последнюю, внизу? – указал он, оглянувшись.
– Вижу, – сдерживая смех, кивнула я.
– Ты там уже лежал бы, Зи.
Роскошь бального зала, которая прошла сквозь время потрясала красотой. Потолок-купол украшала помпезная люстра. Своим сиянием в миллион свечей она притягивала взгляд и тут же обжигала яркостью. Роспись и лепнина извивались по стенам и колонам. Паркет отливал черно-белым глянцем. А по периметру необъятной комнаты располагались элегантные столики, накрытые белой тканью, на которой блистали столовые приборы и миниатюрные букеты из алых и белых роз. В конце зала виднелось возвышение, выделенное несколькими ступеньками. На нем стоял большой стол, пестрящий живыми цветами, и четыре высоких стула, которые больше походили на троны.
Наша компания вошла через огромные двустворчатые двери с резьбой на дорогом дереве темно-коричневого цвета. Я удивленно заметила, что это был не центральный вход. В зал вела еще широкая лестница, перила которой были задекорированы цветами, а ступени покрывал алый ковер с золотым орнаментом по бокам.
Я запрокинула голову, желая насладиться шедеврами росписи. И увиденное заставило меня затаить дыхание от восторга. Астрономические карты неба, изображение великих битв с участием испанских монархов, мощные корпуса боевых лошадей и конницы, взмахи мечей и смертельный полет стрел. Я почти слышала их свист, чувствовала запах истоптанных полей и солоноватый привкус моря, по которому плыла Непобедимая Аркада.
Сердце громко выстукивало взволнованным ритмом. Какие линии, мазки, цвета! Совершенство эпохи в исполнении умелых мастеров!
– Бал начнется через десять минут! – взволновано объявила Ньевес.
Она выдернула меня из пучины впечатлений и взяла под руку.
– Пойдем со мной, милая. Я проведу тебя на второй этаж, откуда вы и будете спускаться!
– Зоя, – задержал нас Виктор, и посмотрел на меня темными серьезными глазами. – Помни, что твоя охрана рядом. Ты в безопасности.
Я ощущала себя именно так:
– А вы?
Виктор, молча, кивнул. Он тот человек, который не бросается словами о безопасности. Я верила ему безоговорочно.
В комнате для дебютанток собралось около сотни девушек в красивых платьях. Это изобилие белоснежных тканей разбавляли разноцветные наряды их «группы поддержки» в обличии матерей и родственников.
Они нескрываемо бросали на меня любопытные взгляды и позволяли улавливать обрывки фраз, посвященных обсуждению моей личности.
Ньевес ободряюще сжала мою руку, и я улыбнулась ей в знак благодарности.
– Местные девушки знают друг друга, – она тихо поясняла мне. – В основном из-за дружеских отношений с семьями и по школе этикета, которую обязана закончить каждая дебютантка.
Я испуганно расширила глаза.
– Ты ее закончила экстерном, милая! – подмигнула она мне. – Те уроки танцев и историю традиций, которые тебе читали дома, и есть основа этих знаний.
– Добрый вечер, дорогие дебютантки! – обратилась к притихшей толпе девушек элегантная женщина в желтом, длинном платье и миниатюрной гарнитурой у накрашенных губ. – Я прошу вас сейчас выстроиться в ряд, друг за другом. Как только церемониймейстер объявит о прибытие королевской семьи и их высочества займут свои места, зазвучит музыка. О вашем выходе объявят и, после сигнала, вы по очереди начнете спускаться. Первый лестничный пролет вы преодолеете в одиночестве. На площадке вас будет ожидать партнер. Напомню, он совершит поклон и протянет букет цветов. Вы должны сделать реверанс, принять цветы в левую руку, а правую – положить поверх руки кавалера. Дальше вы продолжите путь уже с ним. Вопросы? Нет? Отлично, тогда готовимся!
Все волнительно зашумели, выстраиваясь друг за другом.
Меня будет ждать Себастьян!
Вот теперь и я ощутила прилив волнения. Ох, да еще какого! О, черт, а если он так злиться, что откажется меня сопровождать? А если я увижу его и спотыкнусь?
О, господи, хоть бы устоять на ногах…
– Все, моя хорошая! Мы будем ждать тебя внизу!
Ньевес заботливо расправила мне платье, когда я уже стояла в череде девушек.
– С-спасибо! – пробормотала я, слыша собственный голос издалека.
Герцогиня усмехнулась и обняла меня:
– Мой сын будет рядом с тобой, – прошептала она мне в ухо. – Только позволь ему это!
И ушла. Я погрузилась в размышления, пока звучал важный голос главы этой церемонии.
Позволить?
Он лишает меня сил одним лишь взглядом. Я с трудом нахожу силы запретить ему. Меня охватывает невероятный страх при одной только мысли о возможности его поцелуя. Ведь тогда, я растворюсь в нем без остатка.
Но когда реальность вернется, я не смогу жить, понимая, что ему не нужна. Я не смогу принять то, что я нелюбима и обязываю его быть со мной обещанием и деньгами.
Девушка, впереди меня, прошла к лестнице. Я, дрожа, надула щеки и выпустила воздух. Вот и моя очередь пришла!
Ноги, которых я не ощущала, понесли меня к ступенькам. Огромный зал с высоты второго этажа, казался еще величественней. Сколько же народу! Я ошарашено оглядывала ярко разодетую толпу высшего общества со всего мира, прибывшую на Королевский бал. Я не слышала музыки из-за пульса, который трезвонил в ушах. Воздух словно покинул легкие, и это усиливало головокружение.
Где-то вдалеке от моего сознания зазвучала красивая музыка без слов, в исполнении скрипок, фортепиано и виолончели.
Первая ступенька осталась позади. За ней вторая, третья…
Он там!
Я дрогнула, когда мой взгляд соприкоснулся с медовыми глазами. Дышать перестала, а сердце, словно остановилось, но лишь на миг. Оно взяло паузу, чтобы забиться с новой силой – бушующей, волнительной и… бесконечно влюбленной.
Суров и надменен. Красив и властен. Он такой, что земля уходит из-под ног, а со спины вырастают крылья, испещренные надписью «Я создана для Себастьяна Эскаланта».
Высокий, статный красавец с глазами цвета золота и шоколада, смотрел на меня и медленно изучал. Насыщенность цвета черного фрака безупречно сочеталась с его оттенком волос и оттенялась алебастровой бабочкой, рубашкой, жилетом и перчатками.