Чтение онлайн

Здравый смысл (на самом деле жадность) буквально вопил от нежелания привлекать вампиров и отдавать им сто двадцать штук. Не прибегая к их помощи, я мог за вечер поднять сразу двести. И это, до того, как меня надули, казалось мне чертовски весомым доводом.

Теперь же расклад выглядел не так благостно. Немертвые забирали сто пятьдесят тысяч — сразу. Еще двести двадцать пять штук от отдавали мне в качестве оплаты половины стоимости товара. Из них я уже был должен семь тысяч крысам. А оставшийся платеж ждать нужно еще три дня.

Я по-прежнему был в плюсе. Вроде как. Сорок три тысячи чистыми со сделки меньше восьмидесяти, но все равно лучше, чем ничего. Только вот, мои долги не ограничивались крысолюдским племенем. Еще около шестидесяти я торчал сиренам. И срок возвращать их уже подходил к концу. Придется снова просить об отсрочке, а я уже делал это два раза.

Маарет да Воль вытянул из своего теневого камуфляжа руку, затянутую в серую перчатку. Оборотень со страдальческим выражением на лице, положил в нее пятнадцать платиновых кружочков — по понятным причинам подобного рода сделки проводились не через банк. Затем операция повторилась уже со мной, только к двадцати монетам из платины добавилась одна золотая.

Введенная пришлыми валюта для теневых операций обладала кучей прекрасных свойств. Самым главным из них было то, что ее невозможно было отследить — платина и золото были полностью инертны к магии, а значит повесить на монеты следящее заклинание было невозможно. Но были и минусы — широкого хождения в мире она не имела.

То есть, нельзя было просто зайти в магазин и купить себе продуктов, расплатившись золотом. Приходилось обращаться к менялам — кровопийцам-пикси или гоблинам — которые за разумный, с их точки зрения, процент, проводили обналичку. Это, в свою очередь, и толкнуло принять у оборотней рубли вместо платины. Не хотелось терять еще пять процентов. Кто ж знал, что вожак этой стаи так хорош в магии иллюзий?

Короче говоря, жадность — путь к бедности. Я это знал и раньше. Но сегодня прочувствовал особенно.

Моя кровь у немертвого уже имелась, а под конец сделки блохастый тоже проколол себе палец и сунул его в тень. Все. Закончили. Подписи и печати на документе стоят.

— Три дня. — напомнил сторонам конфликта Маарет да Воль, и туманной дымкой унесся прочь.

Мы остались с оборотнем один на один.

— Ну? — процедил я. — Стоило оно того? Могли сразу нормально сделку провести, а не устраивать вот это вот все.

— А мы ничего не потеряли, человек. — нагло ухмыльнулась эта псина в ответ. — Реликвия у нас, через три дня ты получишь остаток. Теперь проваливай с нашей земли!

— А муниципалитет не в курсе, что это ваша земля? — не мог не подколоть я.

Дождался тени страха на лице покупателя и получив хоть какое-то удовлетворение от сегодняшнего идиотского вечера, пошел прочь.

Нет, я не собирался стучать в мэрию на самовольный захват недвижимости стаей оборотней. Во-первых, чиновники прекрасно владели ситуацией и без меня. И раз блохастых до сих пор не погнали, значит доили. Во-вторых — это было бы совсем низко. Даже не до уровня перевертышей опустится, а еще ниже пасть. Нафиг! Я свое самоуважение не на помойке нашел!

— Ангелина? — отойдя достаточно далеко от заброшенного коттеджа, я достал телефон и набрал номер клиентки. — Это Морозов. Возникли небольшие трудности с покупателем. Часть суммы у меня, оставшуюся они отдадут через три дня. Могу завести сегодня.

— Буду ждать, Константин. — глубоким грудным голосом сообщила вдовушка. В бархатистых его перекатах таилось обещание.

С самой первой встречи, я уловил в эмоциональном фоне женщины серьезное такое одиночество. И неуверенную еще готовность "прыгнуть со скалы", когда мы встретились глазами. В переносном смысле, конечно же. Если же отбросить всю эту поэзию, вдовушка довольно давно не имела секса. И вполне серьезно рассматривала меня, как представителя второй стороны для этого мероприятия.

А что? Я для своих сорока двух находился в прекрасной форме. Коротко стриженный и очаровательный верзила с интеллигентным лицом. При этом, свободный и не ищущий серьезных отношений.

Тогда я сделал вид, что ничего такого не заметил, хотя Ангелина была весьма хороша собой. Меня больше интересовали деньги, с помощью которых я смог бы закрыть довольно много вопросов сразу.

Сегодня, потасканный, униженный и потерявший большую часть своего гипотетического дохода (а я ведь его уже расписал), я смотрел на приглашение вдовы с совершенно иного угла.

— Буду в течение часа. — пообещал я. — Нужно заскочить к пикси, потом сразу к тебе.

В конце концов, если одинокая женщина готова принять никакими обязательствами не связанного мужчину в столь поздний час, с чего бы этому мужчине отказываться?

[1] Эйва — из фильма "Аватар" Д. Кэмерона. Объединяющий все разум

Этот город мне не нравился. Странное заявление, да? После такого сразу возникает вопрос, а чего тогда живешь тут? Ответ имелся — какая разница, где? Везде, в любом другом городе, будет тоже самое. Так смысл тогда бегать, искать лучшее место для жизни, если в конечном итоге придешь ровно к тому, от чего ушел?

По крайней мере, здесь тепло. Большей частью. Главное пережить три одуряющих летних месяца, когда южное солнце превращает асфальт в вонючую патоку, и тогда становится почти нормально. Разве что снега зимой не хватает, а от зимних дождей можно впасть в тяжелую меланхолию и спиться к чертовой матери.

К сожалению, сейчас на улице июль. Со всеми вытекающими: плюс тридцать пять в тени, духота даже ночью, но главное — мокрые простыни. Секс в этот период времени, даже с такой жаркой штучкой, как Ангелина — особенно с такой жаркой штучкой, как Ангелина — превращается в очень жесткий фитнес. И потный.

— Зайдешь через три дня? — с утра спросила она. Потянулась игриво, чтобы простынь сползла, обнажая два крупных коричневых соска. — Или раньше?

Телефон показывал двадцать шесть в тени. В семь утра!

— Как получится. — неопределенно ответил я.

Ангелина была хороша, но я слишком ценил свою свободу, чтобы позволить женщине хотя бы на миг допустить мысль о том, что у нас возможны отношения. Может быть встретимся еще разок, может два, но вряд ли больше. Я называл это половой гигиеной. Моя партнерша, по счастью, воспринимала ситуацию также.