Чтение онлайн

Дальше началось традиционное в таких случаях шоу. Все эти "руки в гору", "не двигаться", "стреляю на поражение". Разве что с допросом никто не спешил. Хотя безопасникам было безумно интересно, что за трое сумасшедших качнули весы в их сторону, задавать никто не стал.

Оно и понятно, не армия, и не действия в тылу врага. Тут у каждого своя роль. Боевики устраняют угрозу, опера задают вопросы. Так что мордами в пол мы терпеливо ждали начальства, которое вскоре и прибыло.

Как я и предполагал, шумную силовую акцию никто из коррумпированных чекистов не предполагал. Думали, отправят отряд, те тихонько возьмут нас тепленькими, а уже потом, когда мы будем надежно изолированы или вообще мертвы, появится внятная версия, объясняющая, зачем два десятка бойцов в полной сбруе отправилась на левый берег в заброшенное здание.

Теперь этот номер не пройдет. Штурм вышел кровавым, спецназ понес серьезные потери, а противниками выступали не какие-то предположительные террористы, а настоящий эльф и не менее реальный жнец. Которые — сюрприз-сюрприз! — как-то оказались в российской глубинке.

И с вопросами к нам обращались уже не "грязные копы", а высшее руководство местной конторы, которое, как мне очень хотелось верить, к мутным схемам своих подчиненных никакого отношения не имело.

— Вы кто, вашу мать, такие? — спросил целый полковник, рассматривая нашу троицу красными от недосыпа глазами. О его звании мы узнали с его слов.

Он бы еще жестче спросил, и более сильные эпитеты использовал, но за спиной у него стоял благообразный седой мужчина в темно-синем дорогом костюме. И на его лице было написано, что погоны он носит с генеральскими звездами. Когда одевает мундир, естественно.

Мы представились. В смысле, назвали имена, упомянули, что являемся гражданскими лицами, но при этом ветеранами боевых действий и все такое. Про Маарет, которая к этому времени уже более-менее пришла в себя, коротко упомянули — вампирша.

Полковник поморгал, но материться не стал, лишь оглянулся на начальство. Получив от него благословение, и продолжил допрос. На этот раз его интересовало "какого хрена тут происходит". Вообще, он спросил иначе, тихо и вежливо. Но губы словно бы проартикулировали правильные смыслы.

— Предотвращена попытка террористического акта. — взял слово Зверев, сам, к слову, закончивший службу в звании подполковника. — Группа польских наемников, возглавляемая находящимися здесь эльфом и жнецом, намеревались активировать магические взрывные устройства на стадионе "Кубань" во время проведения там завтрашнего турнира.

Безопасник снова похлопал глазами, впитывая сказанное, а потом уточнил.

— Поляков… тоже вы?

Ага, значит их тела уже обнаружены и опознаны. И даже какое-то расследование плюс-минус проведено. Это хорошо, не нужно, значит, ничего дополнительно объяснять. Мы втроем переглянулись, синхронно кивнули, а Зверев, как главный переговорщик, скромно потупил глазки и признался.

— Мы.

Потом было еще много вопросов. Немного угроз. Обещания укатать нас в застенки, где, цитата: "вас никто никогда не найдет". Мы на эти заявления никак не реагировали, поскольку понимали — у мужиков сейчас реально отходняк. Они чуть было не проспали масштабный и кровавый теракт, а троица, что сейчас сидела перед ними в наручниках, его предотвратили.

И главное — кто?! Парочка отставников и пришлая! Позор, вообще-то, когда гражданские за спецов работу делают. К счастью, у этих гражданских при себе был такой арсенал, что закрыть их далеко и надолго труда не составляло никакого. Хоть за хранение, хоть за ношение, хоть за применение — с последним доказательная база была такой, что ни один адвокат нас защищать не взялся бы.

Федералы могли бы так сделать. Легко и не задумываясь. Но не сделают. Почему? Да потому, что мы им задницы спасли, вот почему! И пусть признавать это было неприятно, пойти против морального кодекса нормальные люди не могли. Продажные — еще как. А эти — нет. Русские же. У нас не все всегда по закону, чаще работает непонятная для иностранцев формула "по-честному".

Поэтому, мы слушали и ждали. Когда эмоции, наконец, пошли на спад, к разговору подключился и генерал. Ну, как подключился… Приказал изолировать нас и срочно доставить в управление. И обеспечить режим тишины — в смысле, чтобы мы ни с кем, ни о чем не могли поговорить.

И мы поехали в закрытом авто спецназа, где единственное окно из кузова выходило в салон, но запиралось стальной заслонкой. Посадили нас через одного вместе с вооруженными боевиками. Рты хоть не заклеили скотчем — и на том спасибо. Отдирать потом его реально больно.

Потом здание, к которому подъехали с черного входа. Путаница коридоров, лестницы, ведущие в основном вниз. И, наконец, камера. Точнее, переговорка, но не такая, как с центрального подъезда, а нормальный каменный мешок. С низким, давящим на голову потолком, свежепобеленными стенами и без всякого намека на окна. Только выход вентиляционной шахты на одной из стен, да камера наблюдения, мигающая зеленым огоньком.

Мебели тут тоже было небогато — прикрученные к полу стол и две скамьи со спинками. На них мы и разместились.

— Варианты? — не стесняясь того, что нас слушают и смотрят, спросил Зверев.

— Сидим на попе ровно и ждем. — отозвался я. — Наши доблестные хранители устоев обязательно разберутся…

— Наградят непричастных и накажут невиновных. — в тон мне закончил военный пенсионер.

— Атож! Понимать надо! — я воздел палец к потолку. — Государственное дело! Кто-то должен медальку получить, а кто-то взыскание.

— Ну и хорошо. — сделал мой товарищ парадоксальный вывод. Откинулся на спинку скамьи и прикрыл глаза. — Тогда я вздремну. Толкни, если что-то начнется.

— Ага.

Могло показаться, что мы с Димой такие все из себя храбрые и несгибаемые. Так оно и было, конечно, но при этом мы оба понимали, что наш гостевой визит в данное заведение, может быстро превратиться в переезд на постоянное место жительства. Надежда была лишь на то, что в деле о не случившемся Армагеддоне было слишком много вопросов, на которые федералы явно желали получить ответы. Во избежание повторения подобного, так сказать.

Ну и вампирша. Пришлая, которая невесть как затесалась в нашу суровую мужскую компанию. Представительница вида, с которым власть имущие предпочитали дружить. А то врага завести легко, а вот как от него потом осиновым колом отмахиваться?