Чтение онлайн

Маленький сельский карапуз, еще не вставший на ноги, ползет к печке и с удовольствием гложет глину. Таким путем он восполняет недостаток минеральных солей в организме. Такое случалось довольно часто особенно зимой.

Из тех, страшно далеких от нас времен, пришла к нам традиция потреблять в пищу то, что не является собственно пищей. Так, коренные населения в Колумбии, Венесуэле и Гвиане едят некоторые виды почвы, а в Сенегале - зеленую глину. Американские негры - потомки вывезенных когда-то из Сенегала, такую же глину находят на новой родине. Иранцы едят какую-то особую глину из-под Гивеха, а в Италии раньше ели т.н. "алику" - смесь пшеницы и мергеля из-под Неаполя и т.д.

Тысячелетиями человек ест хрен, лук, чеснок, горчицу. И делает это не ради утоления голода, а по какой-то потребности организма. Эти горечи захватывают дух, выжимают слезы, а он ими с удовольствием лакомится.

На поверку оказалось, что потребление некоторых из них, кроме всего прочего, служит и профилактической мерой, т.к. они являются лекарством против наиболее вредных для человека микробов дизентерийной и туберкулезной палочек, брюшно-тифозной бактерии, возбудителей паратифы, стафилококков, холерного вибриона.

В этой связи вспоминается такой интересный факт. В конце 70-х годов, осенью у нас в городе была вспышка дизентерии. Вся моя семья оказалась в больнице. У меня тоже начались известные при этом заболевании симптомы. Вечером поел помидоров в "шубе" (резаные помидоры с большим количеством натертого чеснока). Почувствовал улучшение. Трое или четверо суток я питался только этими помидорами с небольшим количеством хлеба и... поправился окончательно.

Известный ботаник, профессор Томского университета П.Н.Крылов (1850-1931) сто с лишним лет назад писал о женщине, которую знал лично. Врачи ничем не могли ей помочь. Зная, что есть травы, которые должны помочь, она пошла в лес и ела все, что попадалось под руку. "Дегустировала", так сказать. Набрела на дикий хмель, наелась его шишек и ... получила отравление. Дома ее отпоили молоком; и "неизлечимая" болезнь отпустила ее. Этот случай описан в книгах ряда земских врачей как курьез своего рода.

Известный наш писатель В.А.Солоухин в "Третьей охоте" описывает тоже нечто подобное. Дядя его жены страдал болезнью печени, которая не поддавалась лечению в клиниках. Будучи однажды в лесу, поел земляники и его потянуло на эту ягоду. Стал есть по кринке ежедневно и ... поправился.

Таких или подобных случаев излечения жизнь и литература фиксирует много и нет надобности перечислять их. Но что это? Мудрая предусмотрительность природы? "Внутренний врач", которого каждый из нас носит в себе?

Есть такое выражение: "Организм знает, что ему нужно". Если не ошибаюсь, оно принадлежит академику И.П.Павлову (1849-1936 гг.). Значит наш собственный организм и заставляет нас искать и есть необходимое.

Ведь о крайней необходимости, которая заставляла искать и открывать медицинское искусство, писал еще Гиппократ (460-377 гг. до н.э.). Он и о пище говорил, как о лекарстве от голода.

О крайней необходимости, заставившей дикаря открывать питательные, возбудительные и целебные свойства самых невзрачных растений, писал и великий английский естествоиспытатель, творец эволюционной теории Ч.Дарвин (1809-1882).

Теперь мы знаем, что потребляемое нами в пищу в разумных количествах и по потребности организма, является и лучшим профилактическим лекарством.

Утоляя голод, человек перепробовал все, что его окружало. При этом он не мог не выявить рвотных, слабительных, болеутоляющих, ядовитых и прочих растений. Они запоминались, использовались или могли использоваться.

Понятно, что самолечение животных медициной не назовешь. Точно также нельзя говорить о медицине первобытного человека до тех пор, пока в ее основе лежит инстинкт - инстинктивное стремление биологического характера.

Но становясь разумным существом, все унаследованное от инстинкта самосохранения, самооблегчения страданий, он стал постепенно обобщать в определенный свод знаний. Это было в общих интересах рода, племени, точно так же как добывание пищи, защита от недругов и природных неблагоприятных явлений.

Немалую роль в становлении медицины играло и чувство сострадания к больным и раненым. Натуралисты и исследователи - зоологи утверждают, что чувства сострадания, взаимовыручки не лишены и высшие животные. В печати описано много подобных фактов среди обезьян, слонов, собак и даже у птиц.

Исходя из вышеизложенного можно сделать вывод: медицина зародилась тогда, когда инстинкт к самосохранению и облегчению недомоганий, заложенный в человеке природой, начал входить в сознание коллектива или группы людей.

Это была эпоха древнейшего ископаемого человека. А потом постепенно случайные находки и медицинские познания отдельных людей начинают передаваться из рода в род, как предание, поверье, табу, миф, наконец.

ПРИЧИНЫ ПОРОДИВШИЕ ЛЕКАРЕЙ

То, что народная медицина - коллективный опыт народа, никто не спорит. То, что она в течение тысячелетий развивалась, обогащалась новыми лекарственными средствами, приемами и методами врачевания, тоже все согласны. Спор среди писавших и пишущих на эти темы ведется вокруг носителей знаний народной медицины. Одни смотрят на нее как на нечто аморфное, общее, неолицетворенное - весь народ. Будто в древности каждый человек мог оказать медицинскую помощь себе и другому. При этом ссылаются на "Одиссею" Гомера, в которой легендарный эпический поэт Древней Греции писал:

"В древнем Египте, где множество

всяческих трав порождает

Тучная почва: немало целебных,

немало и вредных.

Каждый в народе там врач."

Другие авторы в народной медицине видят прежде всего медицину народных лекарей - знахарей, шаманов, заклинателей и т.д.

По-видимому, в той или иной степени правы и те, и другие. Скажем, потогонные, снотворные, рвотные, слабительные и другие средства наверняка и в древности знали все. Что касается тяжелых заболеваний, то лечение их вряд ли было под силу каждому. И потом, Древний Египет времен Гомера - это цивилизованное общество, а я говорю пока о годах теряющихся в дымке времени.

Но полагаю, что и тогда, на самой ранней стадии развития человеческого общества, медицинские познания были достаточно обширными. Об этом говорят данные археологии, быт и знания современных племен и народов с примитивной общественной организацией и низкой материальной культурой. Каждый не знал и не мог знать все. В то далекое от нас время целебные средства и приемы лечения были случайными находками отдельных личностей, но они могли быть достоянием всех и каждого. Они могли теряться вместе со смертью случайного их обладателя. Делались новые находки, теряли их и снова находили. Такие эксперименты длились тысячелетия. Люди получали мудрые и жестокие уроки. Но метод проб и ошибок не мог не обогатиться верными наблюдениями, талантливыми догадками и прозрениями. Знания и навыки умножались.