Чтение онлайн

Доктор Буйлин пришел ко мне в гостиницу и попросил продемонстрировать на больном действие "месмерического" влияния. Я проделал просимое. Надо было через десять минут видеть физиономию этого доброго парня. На знаменитой картине художника Иванова "Явление Христа народу" есть очень похожий на моего Герца тип, сомневающийся в увиденном. Короче говоря, он ушел просветленный, а доктор Буйлин, удовлетворенный виденным результатом. Позже, когда не я, а Герц был в командировке в Москве, он заходил ко мне, но уже, как он выразился, для профилактики. Распитая бутылка коньяка не изменила положения.

Мать больной девочки Жени Т., врач-невропатолог, кандидат медицинских наук, тоже знакомая моих знакомых, попросила попытаться помочь полупарализованной после трепанации черепа дочери. История заболевания Жени. Вначале был грипп, давший осложнение на мозг (затылочную часть), подозревалось новообразование. Мать была вынуждена согласиться на операцию. Вскрытие ничего ни показало, но девочку постиг односторонний паралич. Внешне - ассиметрия личика, почти недвижная левая сторона тела, непроизвольные отправления.

– Вы предполагаете, что я могу помочь?
– спросил я.
– Ведь вы же врач-невропатолог, и кому как не вам знать весь набор рекомендуемых медициной средств и способов. То, что буду де- лать я, медициной считается шарлатанством и знахарством.

– Но что мне делать? Я готова идти к кому угодно, пожалуйста, испробуйте.

Я попробовал. На другой день мать мне сообщила, что произошло чудо - заработали мышцы живота. Она в этом убедилась известным врачам-невропатологам способом. Я смог увидеть Женю только через два дня, вернувшись из командировки. Исчезла ассиметрия личика, парализованные мышцы живота и спины вновь ожили. Я приезжал к ним еще три раза с промежутками в 4-5 дней.

Сейчас Женя сидит, просится по всем надобностям, к функционированию подключились все мышцы. Конечно, не на полную мощность, но теперь уже для закрепления полученных результатов требуется только лечебная гимнастика.

Кандидат медицинских наук, дерматолог Галина С. в продолжении более года видела сон одного и того же смысла - обмен своей трехкомнатной кооперативной квартиры на всевозможные подвальные комнатушки. Варианты рознились, но фантастически нелепые "обмены" будили ее в холодном поту.

Лекарства не помогали. Состояние психики с каждым днем становилось все более угрожающим.

Воздействие на ее мозг, продолжавшееся не более 30-40 минут, включая паузы, дали результаты уже в первую ночь - новые и, как она говорила, приятные сновидения. Все нормализовалось, и мы вот уже несколько лет поддерживаем дружеские отношения. А когда у кого-либо из моих знакомых возникает необходимость в консультации и помощи в области дерматологических заболеваний, то они получают ее благодаря отзывчивости милейшей Галины С.

Быстро и надежно лечатся различные радикулиты, особенно если они достигли своего апогея - предела терпения страждущих. Дольше приходится заниматься с хроническими, вялыми состояниями. Здесь уже одним разом не обойдешься, приходится воздействовать и три, и пять раз, пока "привычное" организму хроническое недомогание не сменится новым, исходным.

Первый эксперимент "неотложной" помощи больной радикулитом произошел в скором поезде Москва-Ижевск. Спутники с верхних полок ушли в ресторан, а на нижних остались мы: я и болезненно поворачивающаяся на своем месте женщина средних лет, лицо которой искажали страдальческие гримасы. Сомнений не было - спутницу терзал хорошо знакомый мне недуг. Я уже не помню, как, в каких выражениях я предложил свою помощь. Кажется, начал с рассказа о чудесах индийских йогов, о которых люди обычно больше наслышаны, чем о Месмере и лечебном магнетизме. Да простят мне йоги за то, что я довольно часто прикрываюсь ими как ширмой от недоверчивости многих больных к непонятному способу воздействия "ничем".

После мини-лекции об индийских чудесах, которым меня будто бы научил один этнограф, побывавший в Индии, я попросил спутницу лечь спиной вверх и накрыться одеялом. Не найдя ничего предосудительного в моем предложении, спутница, кряхтя и охая, улеглась на свой диван. Я не боялся неудачи, а опасался неожиданного возвращения подвыпивших субъектов с верхних полок, для которых мои пассы могли бы послужить поводом для плоских шуток. Но этого, к счастью, не произошло, и уже через 10 минут я попросил радикулитницу встать и прогуляться по коридору вагона. А на другой день, принимал ее благодарности, помогая ей донести чемодан. Она помахала мне рукой, сойдя на какой-то маленькой станции. Радикулита как не бывало. Эта женщина пообещала мне написать, но не сдержала слова. Ее положение (она отрекомендовалась местным партийным работником), вероятно, обязывало не ввязываться в переписку с человеком, применявшим непонятные способы лечения.

Когда-то я сам страдал весьма застарелым радикулитом, который, вероятно, начал внедряться в мою поясницу в 41-42 годах, когда приходилось спать на земле или зарывшись в снег с плащ-накидкой. Избавился я от него "магическими" (но не йоговскими!) манипуляциями, но об этом немного позже, это будет небезынтересный для других рассказ о САМОЛЕЧЕНИИ.

Еще один "радикулитный случай" из многих. Этот больной мне интересен прежде всего как чрезвычайно плодовитый, умный писатель, работоспособность которого я про себя сравниваю с Александром Дюма. Я люблю его книги, написанные талантливо, без слащавости и "развесистых клюкв".

Он, этот писатель, сравнительно молод, в расцвете творческих сил. "Зубы тигра" во всей их лихости он почувствовал впервые. Я застал его в плачевном состоянии, когда он лежал на животе, закутанный в пуховый женский платок. Он боялся пошевелиться, но в отличие от аналогичных страдальцев, глаза которых молят о помощи откуда бы она ни явилась, его умные, с хитрецой глаза источали вежливое неверие в мои возможности. Откровенно говоря, я таких больных люблю больше, чем тех, которые еще ничего не получили и не почувствовали, но уже заверяют вас в своем доверии. Это было вежливо скрытое насмешливое любопытство интеллигентного человека, рискнувшего обратиться к знахарю.

– Лежите неподвижно, я попробую, - сказал я.

– Гипноз? Массаж?
– полюбопытствовал больной.

– Ни то, ни другое. Глаза можете не закрывать, можете смотреть, что я буду делать, не дотрагиваясь до вас.

Проделав свои манипуляции минут 10-15, я присел на стул и после молчаливой паузы примерно той же продолжительности, что и само воздействие, попросил спуститься с тахты.

– Смелее!

– Но будет больно?

– Вставайте!

Писатель встал с недоверчивой улыбкой, которая быстро сменилась выражением приятного недоумения. Прошелся по комнате, бережно поглаживая многострадальную часть, и вдруг радостно заулыбался. Это я больше всего ценю в больных. Вскоре меня усадили за стол, где за рюмкой вина мне пришлось рассказать о своих наиболее интересных наблюдениях.