Чтение онлайн

Холодильник Серафимы был забит до отказа. Мы решили, что стоимость не принадлежащих нам припасов компенсируется издержками на поездку, ведь она была вынужденной. Наталья практично рассудила, не пропадать же продуктам, если их наличие предопределено гороскопом. Да и отказ от гостеприимства, пусть даже и пустующего дома, Серафиме не понравился бы. В крайнем случае, можно восполнить запас при отъезде. Если найдется кому…

Сначала Яша просто ел. Все подряд, особо не разбираясь. Было довольно странно наблюдать, как он с аппетитом наворачивает сосиски с абрикосовым вареньем. Наташка за его спиной указательными пальцами подняла уголки глаз вверх, потом пожала плечами, постучала себя по лбу и вздохнула. Я мигом обеспечила в мыслях синхронный перевод: «Или у Яши в родне были китайцы, или он такой сам по себе – придурок».

Слопав заодно и наш предполагаемый ужин, Яша успокоился и стал подавать первые признаки речевой активности:

– Яков Александрович Сахновский, музыкант, – представился он. – Можно просто Яша.

Мы, в свою очередь, поочередно назвались, удивившись тому, что вместе уже три дня, а Яков Александрович и в лицо-то плохо знаком со своими дорожными ангелами-хранителями, не то что по именам…

Съев дополнительно пачку печенья и запив его апельсиновым соком, он продолжил вещание:

– Ничего не понимаю!

– Ну хотя бы можете вспомнить, кем приходитесь покойной и как здесь оказались?

В Наташкиных глазах не было и намека на издевку.

– Обижаете, – буркнул музыкант, – я племянник тети Симы… Правда, она не любила, когда ее так называют, поэтому обращался к ней исключительно по имени-отчеству. – Он немного задумался, а потом решительно продолжил: – Сразу после похорон мама приняла решение, что я должен немедленно выехать сюда. Собственно, дом остался бесхозным. Нам ведь и в голову не приходило, что Серафима Игнатьевна выкинет такой фортель. Чистой воды издевка! Плевок всем нам в лицо… Ну да не я ей судья. Словом, цель моей поездки – обеспечить присмотр за домом и подготовиться к приезду членов нашей семьи.

– К-какой такой семьи? – заикаясь, спросила Наташка. – З-зачем нам здесь какие-то члены… семьи?

– Я же сказал – нашей семьи.

В голосе Яши появилась легкая тень раздражения.

– По большому счету, мне следовало вылететь самолетом, но с трудом удалось приобрести билеты и на поезд. Курортный сезон, понимаете ли… Не думаю, что вам следует особо волноваться. Вы же здесь ненадолго. Только предать земле прах тети. Раз она выразила желание быть похороненной здесь.

Заметив на Натальином лице выражение ужаса, Яша понял его как надо:

– Ну что вы, право слово… Не в саду же, не в буквальном смысле… Здесь есть кладбище, на этом кладбище похоронен Лопухов Казимир Ильич – муж Серафимы Игнатьевны. А хотя бы и в саду? – Он развернулся и с издевкой взглянул на Наталью. – В конце концов не я, а она завещала вам этот дом со всем содержимым. Кстати, надо еще проверить законность завещания. А пока извольте хотя бы внешне проявить приличия и… и благодарность!

Наташка в гневе раздула ноздри, но я ее опередила. Правда, намеревалась сказать одно, а получилось другое:

– Значит так, Яков Лександрыч! Будем считать ваши упреки недоразумением. Но если вы еще хоть раз попробуете нам указать наше место и правила поведения, то…

– Не надо, мама! – раздался от двери звонкий голос дочери. В запале мы и не заметили, как вернулась троица. – Яша, а вам не пришло в голову взять калькулятор и подсчитать общее количество гадостей, полученных вашей тетей от родственников? Оптом и в розницу. Как же она должна была всех вас ненавидеть, чтобы завещать имущество совершенно чужому ей человеку?

– Яков Александрович, прошу вас следовать за мной, – ледяным тоном заявила Наташка обалдевшему племяннику своей тети. – Я укажу вам вашу комнату и заодно вынесу оттуда все ценные вещи. Мы за них в ответе перед наследником. У меня имеется от него нотариально оформленная доверенность. Дмитрий Николаевич Ефимов предоставил мне право сверить имеющееся в наличии имущество с перечнем, приложенным к завещанию.

Наталья выхватила из кармана халатика плотно свернутую бумагу, развернула и с торжеством помахала ею перед Яшиным носом. Выражением лица я мало отличалась от Якова Александровича. Ну, может, мое было чуть подебильнее. Он-то уже немного привык к неожиданностям. Впрочем, для того чтобы закрыть рот, мне много не потребовалось. Легкий тычок в спину от подруги привел меня в чувство. Я ойкнула и спросила, много ли народу прибудет на захоронение праха покойной?

– Пять человек, не считая этой сволочи… – проронил Яша, пулей вылетев из-за стола. Вслед за Наташкой. – Не трогайте мой чемодан! Там скрипка!!!

– Зачем ему скрипка? – растерянно спросила Аленка, еле успев посторониться.

– Ленка, ну ты, однако, странная, – удивился Славка отсутствию у сестры должного соображения. – Для жесткости! С ней на чемодане сидеть удобнее.

Меня беспокоил более серьезный вопрос: когда же это Дмитрий Николаевич успел оформить Наталье доверенность?

– Надо же, и ничего не сказал, – растерянно пробормотала я.

– А что он мог сказать, если и сам ничего не знает? – Лешик довольно улыбался. – Мамочка вытащила из кармана халата компьютерную распечатку средств, рекомендуемых для борьбы с белокрылкой. С мая месяца искала этот листок, который якобы сразу же положила в свою заветную папочку. Два месяца обвиняла нас с отцом в том, что мы являемся тайными приверженцами и пособниками этой неистребимой мошки!

Пару часов спустя, искупавшись, мы сидели на берегу.

Надо сказать, место было действительно прекрасное. Чистый песок, и народа на пляже мало. Да и пляжем-то это можно назвать лишь условно. Этакая небольшая бухточка, закрытая с двух сторон нагромождением валунов. Помимо нашего цивилизованного пути к морю, чуть подальше, имелись еще две лестницы с поручнями. Но желающие спускались и по камням. С большим трудом верилось, что такой уголок мог еще сохраниться…

Мы подводили итоги разговора с племянником Серафимы Игнатьевны.