Чтение онлайн

Отец кивнул.

— Когда нам плохо, работа — лучшее лекарство. Со временем все образуется.

Так должно быть!

— Я предупрежу мать. — Уэйн вышел.

Из-за нестыковки рейсов Сидни возвратилась в Гардинер лишь к вечеру следующего дня. Купив по пути продукты, она поставила машину на стоянку.

Небо было затянуто темными тучами. Поднялся ветер. Надвигалась гроза. Прижав пакет с покупками к груди, Сидни, дрожа от холода, побежала к дому.

Как только она закрыла дверь, кто-то постучал. Предположив, что это соседка, Сидни положила пакет на стол в коридоре и повернулась, чтобы открыть дверь.

Высокий, прекрасно сложенный мужчина в джинсах, облегающих мускулистые ноги, заполнил собой дверной проем. Блестящие черные волосы касались воротника голубой джинсовой рубашка.

Нет!

Не может быть!

Просто невероятно!

— Джаред?

Чистая радость, прозвучавшая в удивленном голосе Сидни, навсегда осталась в памяти Джареда.

Ожидая ее реакции, он со страхом думал: если Сидни отвергнет его, жизнь лишится всякого смысла.

Но ему не следовало беспокоиться, потому что золотоволосая красавица, бросившая к нему, едва не сбила его с ног. Если бы он был менее рослым, то растянулся бы на полу.

— Я не верю, что ты здесь... я думала, что ты в Европе, и я никогда больше не увижу тебя... — От радости Сидни едва не рыдала.

— Я не смог покинуть тебя, — признался он. — Я был в Эннисе. Сидел в мотеле, зализывая раны, но больше не мог оставаться там.

— Джаред, любимый...

Он уткнул лицо в ее волосы.

— Ты должна простить меня, Сидни. Можем мы начать все сначала? — с мольбой в голосе спросил Джаред. — Ты нужна мне. Без тебя весь мир — это пустыня, в которой я погибну.

Сидни подняла глаза. Они почти ослепили его ярким светом любви.

— Мне, а не тебе следует говорить это. Прости, я недостаточно глубоко заглянула в твою душу и не поняла, что ты пытался мне сказать. Обещаю, любовь больше не будет вызывать у меня чувство вины. Наша любовь возникла из простого и чистого источника. Ты прав. Жизнь — это долгое путешествие. Мы не можем знать, кто нам встретится на пути. Если ты избрал меня в качестве спутницы жизни после всего сказанного и сделанного мною, я верю, что судьба предназначила нам быть вместе.

Глаза Джареда горели жарким зеленым пламенем.

— Вернувшись сегодня в Гардинер и узнав от директора школы, что ты уехала повидать родителей, я позвонил им.

— Ты разговаривал с мамой и папой?

— Да. И я рад, что сделал это. Они дали нам свое благословение. В качестве свадебного подарка мы получаем участок и фермерский дом, который находится на нем. Когда-нибудь мы построим собственное жилище, если ты захочешь.

— Папа подарил тебе участок? — Сидни не могла поверить своим ушам.

— Да. Единственное, о чем они просят, — чтобы мы поженились в их доме. Они надеются, что свадьба состоится скоро. Как тебе это нравится?

— Ты знаешь, как!

Сидни бросилась в объятия Джареда.

— Я думаю, мы начнем выращивать на ферме чеснок. Конечно, после того как ты закончишь учебный год. Меня всегда интересовала эта работа, но приходские обязанности почти не оставляли на это времени. Однако опыт есть, и я знаю, что дело пойдет.

— Конечно, пойдет! — Сидни сжала ладонями его красивое лицо. — У тебя получается все, за что бы ты ни брался. Ты завоевал симпатию моих родителей. Ты пугаешь меня, Джаред.

— Не бойся меня. Просто люби всегда.

Сидни уже знала, как сделать это. У нее были определенные планы, чтобы доказать Джареду глубину и силу своей любви.

Местные жители утверждали, что такого холодного февраля не было в этих местах двадцать лет. Метель за метелью обрушивалась на равнины, заметая все на своем пути.

Свирепый ветер, завывавший снаружи, унылыми стонами отзывался в углах церкви. Но это не беспокоило Сидни. Церковь, в которой ее родители славили Бога последние тридцать пять лет, выдержала не одну такую бурю. Она стояла прочно, как твердыня.

Новые лица, появившиеся в храме в это воскресное утро, несомненно, вызвали любопытство прихожан. Джилли, находящаяся на последнем месяце беременности, и ее муж Алекс прилетели из Йеллоустона вместе с Ларри, его женой и Арчерами.

Они сидели на скамье рядом с Риком и Кэй.

Другую скамью занимал школьный друг Джареда, Мэтт Грэм из Лонг-Айленда вместе с женой и тремя детьми, старшему из которых было двенадцать лет.

Джаред усадил жену на среднюю скамью, где сидели Маргарет и Уэйн Тейлор. Там же поместилась тетка Сидни с семьей.

Вручив Сидни крепко спящего младенца, которому исполнилось шесть недель, Джаред вернулся к входу в церковь, чтобы сопроводить своих родных в полном составе: родителей, брата, сестру и их семьи.

Еще одно чудо!

Когда Джаред сел наконец рядом с Сидни, он прошептал:

— Угадай, кто еще приехал, дорогая! Они сидят сзади.

Она повернула голову.

— Я не знаю, кого ты имеешь в виду.

— Ты поверишь, если я скажу, что здесь епископ и отец Пайк?

От избытка чувству Сидни в горле встал комок. Она нежно поцеловала Джареда в гладко выбритую щеку. Сколько раз она делала это с тех пор, как они поженились полтора года назад?

Сколько раз они занимались любовью, ликуя, что у них есть на это право. И, однако, каждый раз казался им первым. Глядя на своего красавца мужа, который сидел рядом с ней, держа на руках их ребенка, она чувствовала, что у нее перехватывает дыхание.

— Они любят тебя, Джаред, и оказывают тебе величайшую честь, придя в церковь другой конфессии.

— Семнадцать месяцев назад я даже не мог представить себе ничего подобного.

— Я тоже. — У Сидни дрогнул голос, когда пастор Грегсон появился перед алтарем, чтобы начать службу.