Чтение онлайн

— Ну, ты скотина…

— Не надо трагизма. Все равно деваться тебе было некуда. Рано или поздно Совет узнал бы о твоем вторжении на территорию Кайроса, а значит, и нашего мира.

— Гервен, скажи, что это шутка… — пробормотала Руалла.

— А что мне шутить?! Нет, дорогая сестрица, как это ни прискорбно, мы действительно собирались отвести Лиду в Ребен-Завер. Ведь так? — несколько нажимая на каждое слово, произнес крашенный. Я рванула к нему, стараясь добраться до его омерзительно спокойных глаз. Леквер даже не попытался меня остановить. За него это сделали члены Совета. Стоило мне сделать последний шаг по направлению к лекверу, как меня поймал в свои крепкие объятия Авирн. Он резко притянул меня к себе, и, лишь на миг взглянув ему в лицо, почувствовала, как ноги подкосились, и я мешком свалилась на деревянный пол.

— Свяжите ее и заприте в клетке, — услышала я приказ. Перед глазами расплывались красные пятна и полосы, я старательно пыталась отогнать их от себя, сосредоточиться хоть на чем-то, но мысли разъезжались на пару со взглядом, не давая мне даже возможности дотянуться рукой до косяка. Я только могла догадываться о том, что творилось за моей спиной. Серые плотные плащи закрыли последние крупицы обзора.

— Вы не можете так поступить! — недовольно воскликнул Локмер.

— Друг мой, не вам оспаривать решение офицера Совета, — мягко напомнил голос Авирна, — И не вам решать, что нам делать.

Меня схватили за шкирку, едва не придушив и поволокли прочь из избушки, как шкодливого щенка. Ворот рубашки больно врезался в шею, зато остальная ее часть так и норовила подняться, оставив мою спину безо всякой защиты. Холодный снег забивался в штаны, ноги не успевали передвигаться, чтобы не задохнуться. А вокруг разгорался еще совсем молодой рассвет. Темные фигуры елей стали еще более страшными, размахивающими своими граблями-ветками, стараясь хлестнуть по щеке, уколоть, сделать больнее. Последнее, что я увидела, прежде чем меня бросили внутрь громадной клетки на полуметровой подставке, это Руалла, пытающаяся вырваться из стального захвата собственного братца. Оказавшись на куче не то сена, не то соломы я попыталась хотя бы отдышаться. Клетка дернулась, покатившись вглубь леса.

— Эй! — заорала я, как только избушка скрылась за поворотом. Губы не слушались, пальцы, вцепившиеся в прутья, успели окончательно замерзнуть, — Вы не имеете права! Я требую адвоката!

— Замолчи! — беззлобно отозвался один из помощников советника, кидая мне между прутьями шубу, — Никаких прав у тебя нет.

— То есть как это нет?! — на автомате возмутилась я. На самом деле мне на это было сейчас больше всего плевать. Только вот думать надо было о чем-то. А единственной мыслью было то, что меня предали, растоптали, закрыли мной свою шкуру. Пока клетка катила по ближайшей дорожке, я пару раз попыталась вернуться к ней. И каждый раз снова одергивала себя. Не хватало мне еще истерику устроить, а с такими раздумьями только это и остается.

— Да вот так, нет. Ты же не гражданка нашего мира, так? Так. Ты — человек, тем более нарушитель границы. А с вами разговор короткий, — леквер недвусмысленно провел ребром ладони по шее.

— Меня казнят?! — Нет, точно сейчас зареву!

— Все может быть. Сначала, правда, тебя суд ждет. А уж там посмотрим.

— Эй, хватит болтать! — раздалось с другой стороны клетки.

— Да я молчу уже, — примирительно вкинув руки, произнес конвоир.

— А ты, вообще, замолкни, а то живо получишь! — рявкнул второй помощник советника, в доказательство своих слов подсовывая под мой нос увесистый кулак. Я только послушно кивнула, заранее строя коварные планы мести, но от дальнейшей дискуссии отказалась.

Уже выступил один краешек солнца, кладя неровные мазки-отблески на снег и деревья. Клетка двигалась равномерно, иногда слегка сотрясаясь от неровностей тропы, ведущей все дальше от чащи. Ветер перестал мучить меня, задувая под легкую ткань рубашки. Я осторожно тронула покрасневшей ладонью мех выданной шубы, невольно любуясь изящным рисунком темных и светлых полосок, пятнышек и подпалин. Зарывшись как можно глубже под нее, растянулась на вполне приличном стоге сена. Все-таки сена, а не соломы. Сухого, еще пахнущего летом и теплом. Я по-прежнему не до конца все понимала. Нет, это не было похоже на сон. Слишком уж явственно горело пережатое воротником горло, слишком сильно кружилась голова, а перед глазами продолжали проплывать размытые полупрозрачные кляксы, чуть светящиеся зеленоватым. Вся ситуации больше походила на розыгрыш. Первое время мне действительно верилось, что сейчас из-за какого-нибудь ствола выступит Гервен с командой и начнет тут большую свалку. И обязательно победит и вызволит меня. Но чем больше проходило времени и чем яснее становилось в голове, тем лучше я начинала осознавать, что это всего лишь мечты.

— Сволочь… — полушепотом пробормотала я. На глаза навернулись слезы. Надо было что-то делать, раз больше некому позаботиться обо мне, — Выпустите меня!

— Обойдешься.

— Не обойдусь. Сейчас же выпустите, а не то я вам всю вашу передвижную тюрьму разнесу! — толкнув ногой прутья, заорала я. И даже попыталась в сердцах выломать одну из деревянных перекладин. Лекверы на миг остановились, с ухмылкой уставившись на меня.

— Не пытайтесь даже, у вас ничего не выйдет, — ухмыльнулся Авирн. Сейчас же на меня навалилось странное чувство безразличия и усталости, — Наденьте ей кулон на шею, мне надоело слушать эту ненормальную.

Сейчас же дверца клетки отворилась, впуская двоих конвоиров. Я отчаянно замахала руками, из последних сил преодолевая жгучее желание уснуть прямо на месте, сидя. Тот парень, что так недолго болтал со мной, осторожно нацепил мне на шею небольшой кулончик на серебристой цепочке, пока второй удерживал мои руки. Щелкнул замочек, я зевнула, и мгновенно провалилась в сон.

Я очнулась от холодного ветра, шевелившего мне волосы на затылке своей ледяной ладошкой. Нет, не проснулась, а именно очнулась. Тихо пылал невдалеке чахленький костерок, вокруг которого разместились двое лекверов. Авирн стоял сзади меня, поигрывая уже знакомым мне украшением. Несколько секунд мне понадобилось на то, что бы понять, что я сижу уже не в клетке, а на сложенном вдвое сером плаще, прямо на земле. Ледяные иголочки снега даже через толстую ткань пытались заморозить мне пятую точку опоры. Так недолго и почки застудить! Вечно от этих лекверов один вред — не моральный, так физический.

— Добрый вечер, Лидия, — протянул советник. Я одарила его не слишком любезным взглядом, едва удерживаясь от того, чтобы не показать язык. Только вот на таком холоде не слишком уж было бы полезно это вытворять.

— Слушайте, вы меня хотите довезти в целости до этого вашего Ребен-Завера? Или вам предпочтительнее, чтобы я в дороге умерла от обморожения?

— Вам холодно? — искренне изумился Авирн.

— Слушайте, хватит тут Морозку изображать! Естественно, мне холодно. Вас бы на снежок да с голыми пятками. И, вообще, я хочу пить и есть. И, коли вам не нужен мой преждевременно появившийся труп, так извольте обращаться со мной уважительнее.

— Простите, я как-то не догадался, что вы настолько хрупки, — с издевкой в голосе произнес советник, но за кружкой с горячим напитком, напоминавшим зеленый чай, сбегал лично. Дрожащими руками я приняла этот драгоценный дар, едва не вылив из жестянки половину содержимого себе на колени. Теплая шуба, как выяснилось, не застегивалась, так что кутайся не кутайся, а почти все части тела вылезали наружу. Но хоть спину не так выхолаживало, и на том спасибо. Чай оказался вполне себе вкусным, без лишней горечи, с легким запахом чего-то подозрительно знакомого. Даже сахар догадались добавить, за что, видимо, отдельное спасибо моему конвоиру. Вон как парень подмигивает! Я не удержалась от ответного жеста и доброй улыбки. Это не укрылось от внимательных фиалковых глаз его начальника. Авирн скривился, подозрительно поглядывая на слишком уж беспечного юнца. Леквер в ответ прикинулся, что страдает нервным тиком, для правдоподобности раз десять моргнув.