Чтение онлайн

— Кто? — рассеянно переспросил он. — Зимний король.

Тут он подумал, что невозможно будет объяснить Алу все, не посвятив его в свою выдуманную потерю памяти. Он отпустил его руку и, посмотрев на ученика, пояснил с легкой улыбкой:

— Дело в том, что из-за Глубинной тьмы некоторые события далекого прошлого стали стираться из моей памяти и я не помнил, что уже был знаком с зимним королем. А он не узнал меня в маске. Какая ирония, если бы он с самого начала понял, кто я такой, мы могли бы вообще избежать опасности.

Признаться, Шен думал, что Ала может даже обеспокоит его потеря памяти, однако тот немного помолчал, а затем рассмеялся. Шен удивленно посмотрел на него.

— Что в этом смешного?

Ал подумал о том, какая это, однако, складная история. Должно быть, Шен всем объясняет свою неосведомленность таким вот образом. Вот только этот ученик прекрасно знает истинное положение вещей. «Ты не знал о знакомстве с зимним королем, потому что ты — не тот Шен, который был знаком с ним». Боги, это так забавно! Он единственный, кто знает эту тайну!

— Хватит смеяться! — рассердился Шен и принялся обрабатывать его вторую руку.

Шен склонился над ладонью, его макушка оказалась прямо перед глазами Ала. Тот подумал, что учитель постоянно треплет его по макушке. Алу тоже хотелось. Но вместо этого он заметил:

— Ваша прическа странная.

— Хм? Это чтобы не мешались. Когда вернемся в орден, я снова подстригу их.

Сейчас кончик этой косы достигал колен. Шен с ужасом думал о том, что ему надо бы помыть волосы.

Закончив с перевязкой второй руки, Шен поднялся на ноги и осмотрелся по сторонам.

— Где инструменты? Я помогу тебе поскорее закончить с этим кустом.

И как Ал не противился, Шену удалось заставить его сидеть на лавочке и ждать, пока он закончит.

За половину дня старейшине пика Черного лотоса удалось расправиться только с третью куста, но ему пришлось по вкусу это занятие. Эта физическая нагрузка напрягала мышцы и при этом позволяла думать о своем. Шен срезал стебель за стеблем, размышляя о том, как же заполучить статуэтку памяти оригинального Шена. Было очевидно, что Муан не изменит своего мнения и не отдаст ее добровольно. Шен понимал, что если тот узнает, что он посмотрел воспоминания, то будет беспокоиться. У хозяина Проклятого пика не было объективных аргументов, чтобы с ним спорить. Идеально было бы стащить статуэтку незаметно для Муана и так же незаметно посмотреть и вернуть.

Ал весь этот вечер сидел на лавочке и наблюдал за работой учителя, раздражаясь, что раны затягиваются недостаточно быстро и он не может помочь ему.

Шен откинул в сторону последний на сегодня стебель, испепеляя его в полете. Были свои плюсы в этом «мерцающем ядре», Шен ощущал себя полным энергии, и этой энергии не становилось меньше, сколько бы он ни использовал ее, залечивая раны Ала или сжигая лозу. Это было очень приятное ощущение, и Шен думал о том, как проверить, на сколько он способен. Не хотелось завысить ожидания, а потом обломаться. Он посмотрел на Ала.

«А ведь совсем недавно он знатно полыхал в моих глазах. Его энергия должна быть очень велика. Интересно, если я теперь главный герой — мои силы могут сравняться с его?»

Как это проверить, никого не покалечив?

Шен подошел к Алу, довольно ухмыляясь.

— Хорошо поработали! Я даже проголодался. Ты мог не ждать меня, знаешь.

— Вы ведь сами сказали сидеть здесь.

— Правда? Не нужно воспринимать мои слова так буквально. Ладно. Элас сказал, что ты нормально питаешься. Проверим. Покажешь, где кухня?

Ал подскочил с лавочки и радостно кивнул.

Кухня во дворце фейри значительно отличалась от той, что была на пике Таящегося ветра. По середине просторной комнаты стояло несколько невысоких столов, стены занимали шкафы с едой и полки, полные утвари, печь и открытый очаг.

Между столами суетились странные низкие существа с длинными ушами и голубоватой кожей. Они были очень симпатичными и изящными, напоминали фей, но без крылышек и размером гораздо больше. Стоило Алу и Шену открыть дверь и остановиться на лестнице, ведущей в кухню, как все тамошние обитатели замерли.

— Прошу прощения, могу я воспользоваться вашей кухней? — спросил Шен.

Все фейри тут же пришли в движение и внезапно прыгнули то в шкафы, то в посуду и исчезли. Шен удивленно покрутил по сторонам головой, но кухня словно была пуста.

На центральном столе, однако, остались выставленные кушанья.

— Они всегда так делают, когда я прихожу, — пояснил Ал. — Пойдемте, эту еду можно есть.

Ал первым спустился в кухню и пригласил Шена за стол. На нем стояла разнообразная мясная вырезка, рулеты, грудинки, а также хлеб, сыр и вино. Шен подумал, что это как-то скудно. Где зелень? Где овощи-фрукты? И главное: где десерт?

Ал по-свойски достал из шкафа пару металлических тарелок и подал одну Шену. Пока Шен оглядывался по сторонам, а затем нарезал сыр, Ал съел уже кусок рулета и налег на мясную вырезку. Шен усмехнулся, наблюдая за ним. Этот ребенок всегда любил хорошо поесть. Хотя нет, не всегда. Сейчас Шен припомнил, что при первой их встречи главный герой выглядел кожа да кости. Неужели ему кусок в горло не лез, пока учитель не попросил его хорошо питаться? Чудесно, что он тогда обратил на это внимание и попросил его. В некоторых поступках Ал был просто непостижим.

Шен сидел напротив и улыбался, глядя, как Ал поедает вырезку. Так здорово и спокойно было теперь, когда он не был больше антагонистом, которого Ал должен был убить. Так приятно осознавать себя просто его учителем. На него больше не давят необходимость и обстоятельства. Теперь они просто учитель и ученик, и Шен хотел приложить все усилия, чтобы из Ала вырос настоящий главный герой. Не книжная версия Ера, а такой главный герой, которого с гордостью можно было величать таковым.

«Что плохого в том, что я хотел уберечь его от потери близких людей? Ал и без этого «ожесточения» сможет быть достойным главным героем. Я не хочу идти по сюжету, и теперь знаю, что этого можно избежать. Ал не ожесточится, не впитает в себя Глубинную тьму и не обезумеет. И не убьет меня, конечно же. Будет два главных героя и прекрасный запутанный сюжет. Ал вырастет и, возможно, пойдет своей дорогой, но хотя бы раз в год будет навещать своего старого учителя…»