Чтение онлайн

— То есть наша новая работа будет связана с подобного рода деятельностью?

— Наша работа не будет связана ни с какой деятельностью. Только с сохранением личного состава и поддержанием его морально-боевого потенциала на должном уровне. Никаких коммерческих или политических интриг. Только тренинг и учеба.

— А кому могут понадобиться работники, которые не приносят никакой финансовой пользы, а только тренируются и сохраняют себя, как беременные женщины?

— Может быть, никому. А может быть, и кому-нибудь. Это вопрос следующий, который требует детальной проработки. Мы же пока рассуждаем в плоскости теоретической — «что будет, если…». Поэтому прошу высказываться в целом, а не по частностям. Господа офицеры…

— Конечно, терять то, что таким трудом доставалось, — не хотелось бы…

— Ребят жалко. Какого черта мы гоняли их до кровавого пота? Чтобы, достигнув пика формы, они ушли в ночные сторожа?..

— Зачем это надо — разгонять профессионалов, чтобы завтра на их место набирать сопливых новобранцев? Если они не нужны сегодняшней власти, это еще не значит, что они не нужны стране…

— Дело, конечно, рисковое, но если нам не оставят другого выхода…

— Нет, мужики, я в такие игры не играю… Все развернулись в одну сторону.

— Отчего это?

— Оттого, что входит в противоречие с уставом.

— Но еще больше со здравым смыслом! Нас-то они вышвыривают без оглядки на закон.

— Михалыч, ты чего это? Давно ли ты стал таким законопослушным?

— Нет, мужики. Все равно. Если будет приказ об отставке — я ему подчинюсь. Лучше пойду в сторожа. Я не участвую в играх, смысла которых до конца не понимаю. Вам чем смогу — помогу. Но сам — нет.

— Вот так категорически?

— Категорически!

— Ну, нет так нет. Неволить никто никого не собирается. Колхоз в отличие от сокращения штатов дело добровольное. Тем более еще неизвестно, будет ли это сокращение. И нужно ли будет после этого сокращения что-либо предпринимать… Ну что, пацаны, еще пива и пара? Остались силенки-то?

— На пиво — всегда!

— Тогда, Петро, плескай!

Неделю спустя Михалыч был назначен командиром учебной диверсионно-разведывательной группы, в задачу которой входило в рамках ежегодной боевой подготовки отработать тактику скрытого подхода к объекту интереса на территории противника в условиях, максимально приближенных к боевым.

Учебные планы, представленные на рассмотрение командирами разведгрупп, проходили три инстанции утверждения. Первым их одобрял непосредственный куратор подразделения, затем начальник отдела, затем генерал. Каждый вносил свои поправки и замечания

Высшими командирами формулировалась только частная, в рамках общего сценария учения, задача: например, быть в таком-то месте в такое-то время. Что должно было пониматься буквально. Ни метром дальше или ближе. Ни минутой раньше или позже. Только там, где надо и когда надо. Опоздание, равно как забегание вперед, приравнивалось к провалу.

Каким образом исполнитель умудрится исполнить поставленную задачу, каким составом, с привлечением каких транспортных средств — было проблемой исполнителя.

В этом и заключалась суть проводимых учений. Командование желало проверить не мышечную выносливость своих работников, на то существует физкультура, а их оперативную выучку, их сообразительность, инициативность, умение малыми силами решать большие задачи. Пробежать три сотни километров, сокрушить из положения сзади челюсть противника каблуком ботинка или попасть с двадцати пяти метров из табельного оружия в поставленную вертикально спичку сможет всякий, у кого есть глаза, руки, ноги и хоть какой-то опыт диверсионно-разведывательной работы. А вот придумать, как в том месте очутиться, как прикрыть соответствующей легендой свое там нахождение, как прийти и уйти незамеченным — для этого напряжения одних только икроножных мышц будет мало.

Именно этим качеством — умением думать и действовать без преобладания одного над другим — и отличались питомцы полковника Зубанова. На их крепких костяках сидели очень умные головы.

Представленные сценарии многократно «пробовались на зубок».

— Цель вашей группы?

— Скрытная доставка в назначенный пункт спецгруза, передача его исполнителям. Страховка передачи. Переход в район эвакуации.

— Транспортировка?

— Двумя автономными отрядами. Воздухом и водой. Сбор в квадрате пятнадцать.

— Техника?

— Самолет. Лодка. Десантные шлюпки.

— Экипировка?

— Обычная, для подводных и надводных работ.

— Оружие?

— Стандарт. Плюс автоматы для подводной стрельбы. Винтовка с оптикой. Гранатомет.

— Общий вес груза?

— Шестьсот восемьдесят восемь килограммов.

— То есть на каждого бойца?

— По сорок три килограмма, не считая личного снаряжения.

— Расстояние пешеходного подхода?

— Тридцать восемь километров.

— Топография?

— Пересеченная местность. Малолесье. Низинные болота.

— Время подхода?

— Шесть с половиной часов.

— Тяжеловато не будет?

Командир группы доставки только плечами пожимал. Легко здесь ни одно задание не давалось.

— Предлагаю снизить вес продуктовых пайков. Для увеличения резерва времени. Не на пикник собираешься. Недостаток калорий доберешь за счет боевых потерь. Усек?

Командир кивал. Как говорится: не до жиру — остаться бы живу. Хотя бы одной трети личного состава. Соответственно в их распоряжение перейдет две трети высвободившегося продуктового довольствия. Вполне достаточно для восстановления сил. Итого пятнадцать-двадцать минут дополнительного, за счет скорости передвижения облегченной группы, времени. Не очень приятно для урчащих желудков, но очень полезно для боевых нормативов.

— Ты не дрейфь, капитан, голодать не будешь. Как бы еще объесться не пришлось. Посредник — зверь. Бойцов «отстреливать» будет, как вальдшнепов на охоте. По статистике наступательного боя. После передачи груза для повышения скорости группы разрешаю сбросить большую часть снаряжения и оружия. Бежать ты должен, как заяц-русак от своры охотничьих псов. Чтоб уши от ветра в узел заворачивались.

— Как сбросить? Я же голый останусь.

— А ты не девица, чтобы срама стыдиться. Если для дела полезно, чтобы ты остался голым, — век голым ходить будешь. Как Адам — зимой. Даже без листика. Что ты, в самом деле, за каждый ствол, как монахиня за девичью честь, держишься? Пойми наконец — нам стрельба твоя снайперская из всех калибров ни к чему. Нам чистый уход нужен. Без шуму и пыли.