Чтение онлайн

Но, были вещи из-за которых приходилось посещать поликлинику лично. Да и не все бабки были такими современными, как та, с которой я ругался в “Магните”. Некоторые предпочитали приходить в поликлинику и ломиться в “живой очереди”, которые отменили уже как десять лет. Теперь все было по записи, правда, понадобилось ещё пять лет, чтобы сделать процедуру записи простой и доступной.

И то частенько можно было увидеть, как какая-нибудь старушка стоит перед сенсорным экраном терминала, разводя руками и понятия не имея, как попасть на прием. Сейчас таких бабулек было шестеро. Ещё в очереди сидело две девушки, одна из которых имела лишний вес, а вторая такой пафосный вид, что казалось, будто она жена депутата. И рано лысеющий бородатый парень, который понимающе улыбнулся, увидев папку в моих руках. У него самого была такая же, правда чуть тоньше.

Лампочка над кабинетом моргнула и погасла, а на светодиодном табло высветился номер талона, который был у меня в руках. Я встал, двинулся ко входу в кабинет, пропустил парня, который выходил из дверного проема, и вошел сам.

– Присаживайтесь, - сказала доктор, не поднимая на меня взгляд.

Ничего не ответив, я уселся за стол, и выложил на стол содержимое папки. Врач бегло просмотрела, все ли на месте, после чего бросила на меня долгий и пронзительный взгляд. Она была уже немолода, и наверняка не о такой судьбе мечтала, когда шла учиться в медицину. Хотела, наверное, стать реаниматологом или кардиохирургом, спасать чужие жизни.

А теперь ей приходится работать в первичном звене, выслушивать жалобы сумасшедших бабулек, заполнять справки и заниматься прочей ерундой. Я усмехнулся, представив, что происходит на встречах выпускников. Те, кто не бросил медицину и все-таки ходят, наверняка давно занимаются научной деятельностью. Другие - оперирующие хирурги или врачи стационаров.

Третьи ушли в полушарлатанские области, в остеопатию или мануальную терапию, в гомеопатию. Забавно, но даже сейчас, в век технического прогресса были люди, которые верили в метафизические дыры в организме, которые надо закрывать наложением рук.

И только ты сидишь здесь, на приеме, в компании с толстой медсестрой, которая тебе в матери годится, и заполняешь справки.

Женщина будто прочитала мои мысли во взгляде, в углу ее глаза появилась слеза, которую она тут же, незаметно, как ей казалось, смахнула.

– Для доступа в виртмиры?
– неожиданно приятным грудным голосом спросила она.

На меня внезапно накатило. С таким голосом она могла бы стать актером озвучки, диктором или спикером. А вместо этого зарывает свой талант сидя на приеме.

– Богдан, - позвала она меня, сверившись с моим именем на истории болезни.
– Справку для доступа в виртмиры?

– Да, - хрипло ответил я.

Хотелось курить, но я не выходил из поликлиники, чтобы не пропустить случайно свою очередь. Да и не было желания провонять сигаретным дымом весь небольшой кабинет.

– Ну и зачем тебе туда?
– спросила она, принявшись заполнять справку.
– В настоящем мире скучно живется?

Я помолчал секунду, подумал, стоит ли откровенничать с незнакомым человеком, но все же ответил.

– Живу я с этого.

Первым, что я услышал, когда вошел в игру, был настойчивый до назойливости звонок телефона. Самое смешное, что я переплачивал двадцать баксов в месяц за телефон, а сегодня он зазвонил впервые.

Что было отнюдь не удивительно. Я не дал бы своего номера телефона никому из тех, с кем общался по игровым делам. Разве что Джованни, но тот знал мой адрес и, если что, мог спокойно прийти и постучать в дверь.

Я немедленно встал с дивана, подошел к столику, на котором стоял древнего вида телефонный аппарат. Наверняка любители ретро-тематики отвалили бы за такой неплохие деньги, но я как-то не оценил. Из-за того, что мы отыгрывали жителей пятидесятых годов, нам не могли выдать ни мобильников, как в “Великом автоугонщике”, ни коммуникаторов, как где-нибудь в “Битве за огонь”.

Чтобы связаться с кем-то приходилось идти к телефону-автомату. И надеяться, что человек на другом конце провода возьмет трубку и ответит.

Я дернул на себя трубку, поднес ее к уху.

– У аппарата, - поприветствовал я собеседника, кем бы он ни был.

– Томми?
– спросил знакомый голос.

Это был Генри Бруни, хоть я и не помнил, как давал ему свой номер. Но в общем, поделиться контактами мог и Джованни, если он уже поднялся с больничной койки. Хотя, я не был бы удивлен, если мафиоззо уже успел посетить раненого парня.

– Да, это я, - не было смысла отрицать очевидное. Кто еще мог поднять трубку в квартире, которую я снимаю.

– Хорошо, что я до тебя дозвонился, парень.

– Генри, откуда у вас мой номер?

– Твой номер есть не только у меня. Особенно после того, что вы устроили вчера, твой телефон и адрес знают и Тотти и ирландцы. Но это не важно, тебе нужно немедленно валить из дома.

– Что случилось?
– я никак не мог взять в толк, чего от меня хочет солдат мафии, почему он вообще позвонил мне.

– Слушай и не перебивай, - голос Генри как всегда был ровным, но я понял, что гангстер разозлился на меня.
– Вчера ты завалил троих ирландцев. Намертво, спасти их уже не успели. И все бы ничего, если б тебя не узнал один из работяг того гаража, где Тотти хранили запчасти.

Все-таки хорошо, что мы четко отличаем происходящее в игре от реальной жизни. Страшно было бы представить, что со мной было бы, застрели я троих людей посреди белого дня. Да и не смог я, уверен, что стрелять в живого человека гораздо сложнее, чем в цифровой аватар...

– В общем, теперь тебя ищут и Тотти и ирландцы, ублюдки официально выступили на их стороне, но об этом не по телефону. И они только и ждут, когда ты выйдешь из квартиры. У тебя есть выход на крышу?

– Да, - ответил я.