Злюка
Шрифт:
– Элизи! – тут же переключился я на девчонку. – Напомни, пожалуйста, забывчивой старушке, что это там я такое знаю, про увеличение твоей печати!
– Только из уважения к твоей старости и предположения, что ты вчера выпила больше вина, чем Эдвардс, я тебе напомню, - заулыбалась девочка от моей нехитрой шутки, - я же ночью тебя еле-еле разбудила, чтобы ты объяснила, почему моя печать снова становится маленькой, после того, как в нее перестает поступать Дар!
– И мы разобрались? – уточнил я, решив не удивляться не амнезии, не моим способностям давать советы по части Дара.
– Еще как! – ты еще сказала, что у нас не печать получилась, а эта, как ее… Вундервафля, во!
Нда, это точно была не Экуппа. Хорошо, хоть после ночных экспериментов все остались живы и здоровы.
– Я тебя, собственно, зачем искала, - приступил я к делу, - предлагаю нам с тобой быть эдаким засадным полком!
– Согласна! – захлопала в ладоши Элизи. – А это как?!
– Сидеть в засаде и ждать, когда получится ударить в спину противнику! Это, конечно, не слишком по-геройски, но на войне все средства хороши!
– Эдвардс говорит, что половина героев – дураки! – поделилась важной информацией девочка.
– Вот именно поэтому мы и не станем сегодня геройствовать! – не стал я ронять авторитет Пройдохи. – Насыплем этим барбосам соли на хвосты, как только они ими к нам повернутся!
– Да! – воодушевленно подхватила Элизи.
– Только, чур, без самодеятельности! – погрозил я ей своим маленьким пальцем, действовать только по моей команде, потому что я старше!
– Нам в компанию нужен кто-то младше меня, чтобы я им командовала! – вполне резонно заметила девочка.
– Рассмотрим твое предложение сразу же после того, как разберемся с текущими неприятностями! – заверил я враз повеселевшую девчонку.
И в тот же миг наши неприятности перестали течь. Точнее, перестала течь вода за бортом. Корабль встал, как вкопанный.
Из-за этого я, сидящий на корточках возле щита, кубарем покатился по палубе.
Благо, после пары кувырков я смог встать на ноги. Убедившись, что все кроме меня на ногах удержались, я глянул за борт.
Две шлюпки с матросами продолжали удаляться, а вот третья вела себя странно: часть весел продолжала работать, но вот сама шлюпка, как и наш корабль, не двигалась. Последняя пара весел, казалось, вросла в водную гладь и отказалась двигаться дальше.
Что самое интересное, удивился такому развитию событий, похоже, только я. В руках матросов блеснули клинки, несколько человек выскочили из лодки, подплыли к ее застрявшему концу и начали буквально вырезать его из водного плена.
Я решил, что у меня ум за разум заходит: зад лодки и последние ряды весел вросли в воду, но люди плавают в той части, где жидкость не должна им это позволять, а еще они режут ее ножами…
Я посмотрел по сторонам, ожидая, что найду глазами какого-нибудь бездельника, способного объяснить мне эти логические несостыковки, но всем было не до моего изумления: они сосредоточились в районе кормы и спешно завершали подготовку к отражению агрессии.
Естественно, я побежал посмотреть, что там творится на «передке».
Вражеские корабли тоже не двигались. Зато они уже умудрились высадить десант. Не меньше ста небольших фигурок, окруженный слабо сверкающими ореолами – видимо, магическими щитами – бежали по воде в нашу сторону.
Да что ж это такое? Почему наши матросы плыли, а эти десантники бегут?!
Как же я не люблю чувствовать себя глупым, как пробка. Мешать никому не хотелось, поэтому я просто стал ждать, когда они подберутся поближе: может, тогда что-то прояснится.
Меж тем, товарищи мои не выглядели слишком уж удивленными или настороженными.
– Подпустишь поближе? – уточнил Эдвардс у Таллана.
И тут, даже не дождавшись ответа, я успокоился, понимая, что пока еще все под нашим контролем.
– Да, пускай еще немного поживут, - подтвердил Бродяга, вещество в воде должно действовать если не мгновенно, то гораздо быстрее, чем в воздухе.
Обернувшись и увидев, что Элизи послушно сидит в закутке и всем своим видом показывает, что ждет моих указаний, я ободряюще кивнул ей и превратился в зрителя, усевшегося на первый ряд.
Тем временем самые проворные из штурмующих уже преодолели добрую половину разделяющего нас расстояния. Только теперь я заметил особенности их манеры передвижения – на ногах у людей были лыжи, или что-то очень на них похожее. Тут все более или менее стало на свои места: под действием заклинания вода становилась твердой именно для дерева, что позволяло застопорить корабли и шлюпки, но не давало возможности экипажам кораблей просто убежать по затвердевшей жидкости!
Не успел я порадоваться своей сообразительности, как Таллан заявил, что время пришло, и вылил в воду содержимое какой-то склянки.
Что тут началось…
Вода внизу забурлила от взбесившихся бесчисленных морских обитателей, приплывших сюда на запах крови. Началась настоящая немая бойня. Все рвали друг друга на части, не обращая внимания на боль, а порой и на собственную смерть. Причем волна ничем не сдерживаемой агрессии начиналась около нашего судна и распространялась от него во все стороны.
Через пару секунд послышались первые одиночные крики. Почти сразу же они перешли в один нестройный многоголосый хор захлебывающихся от боли и воды голосов.
В итоге, в живых из приближавшейся к нам морской пехоты не осталось никого. Не помогла им и та защита, что окружала их силуэты.
Вода между нами и вражескими кораблями утратила свой первоначальный цвет.
Теперь я действительно понял, почему Язве было жаль вражеских абордажников.
– Долго они еще будут так беситься? – уточнил Эдвардс у Таллана.
– Не знаю, - пожал плечами тот, - тот падальщик из джунглей на вид был матерым, так что действия его феромонов должно хватить еще на какое-то время, но, боюсь, наши противники не станут ждать.