Чтение онлайн

Я хотел повторить слова Экуппы о том, что опасности не чувствую, но недавние порезы на руках Пройдохи и Язвы недвусмысленно свидетельствовали об обратном.

– Чувствую кого-то, – нашелся я, – но смертельной опасности не вижу.

– Пока не закончилось действие зелья, или порезы не участились и не углубились, нам, действительно, бояться нечего, – кивнул Эдвардс, – однако, все равно, неведомый враг, пробующий нас на зуб – это серьезная проблема. Предлагаю всем над ней поработать. Лично я любителя оставлять порезы не видел и не слышал. Возможно, он имеет запах, но порез я получил при таких обстоятельствах, что чужой биологический запах мог и не почувствовать…

То же самое, – подтвердила наемница, – натягиваю штаны и чувствую боль, как будто бритвой полоснули – а вокруг никого.

– Значит, смотрим, слушаем и нюхаем всю дорогу? – уточнил я.

– И сканируем, по мере сил, стараясь не сильно расходовать Дар, – подсказал Эдвардс.

– А я еще и буду огрызаться, – еще раз зыркнула в мою сторону Язва, поглаживая рукоять ножа.

Я же поспешил создать себе заметку на будущее: как только появится намек на то, что нашему путешествию по джунглям приходит конец, взять себе за правило не спускать глаз с наемницы.

– Эдвардс, можешь дать мне накопитель Дара? – вспомнил я просьбу Экуппы. – Как будет возможность, я постараюсь его заполнить.

– Не вопрос! – легко согласился Пройдоха, сразу же извлекая из рюкзака массивный на вид браслет. – Вместимость у него небольшая, зато и сам по себе он не тяжелый – легко будет таскать на себе.

– Может, ты все же покажешь, что у тебя там еще есть? – спросила Язва, но сделала она это уже не так напористо, как раньше, не собираясь, видимо, настраивать против себя всех членов команды.

– Да вы, по сути, уже все видели, – немного подумав, отозвался Пройдоха, беря рюкзак на плечо и показывая всем своим видом, что он готов выдвигаться в путь, – два факела, арбалет с тремя видами болтов, сеть, ингредиенты для зелья, еда, вода, жуки, амулеты…

– Для меня амулета не найдется? – уточнила Язва.

– Сдается мне, что у тебя в потайных карманах хватает и своих магических безделушек, – усмехнулся в заметно отросшие усы Пройдоха.

Язва не ответила. Да он и не ждал ее реакции, Эдвардс уже тихо, но быстро шел сквозь постепенно сгущающиеся заросли.

Видя, что наемница не спешит, я поторопился догнать направляющего и устроился в паре метров сзади от него. Шаги Язвы слышно не было, но я затылком чувствовал ее тяжелый взгляд.

Я, кстати, как ни старался, шел довольно громко, так что Эдвардс даже пару раз оборачивался и шикал на меня, делая грозное лицо. Мне каждый раз приходилось жестами уверять его, что все нормально, но ходить тише мне это не помогало.

– Экуппа, – наконец сдался я после очередной пантомимы Пройдохи, – ты случайно не умеешь бесшумно передвигаться по лесу?

– Нет, – после недолгой паузы отозвалась соседка, – но я могла бы создать вокруг себя небольшое защитное поле, приглушающее звуки. Думаю, этого было бы достаточно, чтобы не оповещать всю округу о нашем здесь присутствии.

Так и продолжилась чехарда наших смен.

Я снова оказался в привычной комнате, хотя… здесь на лицо было сразу несколько изменений. С одной стороны рабочее место стало каким-то более обстоятельным и удобным, что говорило о тот, что Экуппа занимается чем-то серьезным, проводя здесь относительно много времени. С другой же – на стенах появились постеры с киногероями, словно девушка сама для себя отыгрывала роль подростка из моего мира.

Может, все это было и раньше, просто она мне не хотела мне показывать ничего такого? Собственно, какая мне разница? Это ее жизнь, ее тело, вокруг меня находится ее мир. Причем, даже теперь, когда я сам в себе. Хотя, вот если взять меня. Ведь даже сложно сказать, где я, когда и кто. Я просто существую, уже хотя бы только потому, что мыслю. Другой конкретики у меня нет. Есть мои мысли и воля к жизни.

А, если подвести промежуточные итоги, то можно отметить, что в таком вот неопределенном состоянии я нахожусь уже относительно длительное время. Сам того не замечая, возможно, стараниями Экуппы, я уже понимаю все сто процентов слов, которые произносят люди в моем окружении; теперь совсем не обязательно следить за их мимикой и жестами, если не до конца ясен контекст какого-нибудь слова или словосочетания. Так же, появились небезразличные мне люди. Именно из-за них я сейчас рискую жизнью Экуппы и тем, что осталось от моей жизни. Я, наверное, даже научился немного магичить, хотя пока еще и не воспользовался на практике усвоенной теорией. Вроде бы, все довольно увлекательно, и такая жизнь мне даже постепенно начинает нравиться…

И, все равно, мне не дает покоя тот вопрос, что там в моем прежнем мире происходит с тем, кем я был? Там было хорошо и спокойно, я был самостоятельным большим и сильным. Большинство потенциальных опасностей того мира мне были знакомы и являлись для меня относительно предсказуемыми. А здесь из абсолютно и бесспорно положительного только то, что я недавно от души отоспался.

С такими настроениями нужно было бы посмотреть что-нибудь хорошее и доброе из прошлого, но стало страшно, что приступ ностальгии только усугубить накатывающую хандру, поэтому я стал мониторить ситуацию снаружи.

А там было-таки, на что посмотреть. Если раньше Экуппа в основном не сводила взгляда с дороги или спины Эдвардса, то теперь она частенько посматривала вправо.

Сначала я подумал, что она, как и остальные, пытается рассмотреть то существо, которое ранее обозначило свое присутствие двумя порезами, но потом я почувствовал, что девушка уже его обнаружила, и теперь ей жутко любопытно.

Внезапно Экуппа, в очередной раз засмотревшись направо, едва не врезалась в резко остановившегося Пройдоху.

Тот вел себя странно. Он остановился, сделал удивленное лицо, набрал полную грудь воздуха, словно собираясь закричать, а потом резко приложил указательный палец правой руки к точке на лице между верхней губой и носом.

Я вспомнил, что так некоторые люди пытаются подавить в себе позыв к чиханию.

Всегда хотел проверить этот метод на себе, но никогда вовремя не успевал о нем вспомнить в подходящий момент.

И тот факт, что заряжающийся Даром при чихании Эдвардс сдерживает свои порывы, сделал мое лицо (именно мое здесь в комнате, а не лицо Экуппы там) таким же удивленным, как у него.