Змеиный крест
Шрифт:
Алана ждала, что директор внесет хоть какую-то ясность, скажет, заботился ли о ней действительно черный герцог, или же просто ему нужно будет в будущем обосновать ее незнатное происхождение, но Син молча стоял подле стула, на котором разместился Даор, и даже не шевелился.
— Алана, тебе и правда пора идти, — наконец, сказал директор. — Я сам провожу тебя. Подожди немного.
Эпилог
Тамалания. Вертерхард. Теперь уже для всех. Это не случайно оброненное кем-то предположение, это не романтическая история из книги легенд, это не шутка. Это — ее имя.
Даже не будь она на самом деле Тамаланией, теперь Алана ей стала. Ей казалось, что ее насильно вышвырнули из спасительной и уютной тени на свет, и свет этот ее пугал. И девушка готова была дать руку на отсечение, что теперь уже никто не забудет сказанного на этом ночном совете.
Значило ли это, что ее судьба непоправимо изменилась? И почему ей так жаль Аланы дочери Ласа, безымянной учительницы, той никак не связанной с магией и знатью девушки, жившей жизнью, что ей подходила?
Тамалания Вертерхард.