Чтение онлайн

Дэвис уверенно притормозил, «ТрансАм» въехала в ворота и остановилась. Он вышел из машины и направился ко мне с улыбкой на лице. Высокий, гибкий, темноволосый и красивый, как его отец, он был в брюках цвета хаки, хороших ботинках, которые подошли бы к дорогому костюму, и мятой рубашке с запонками из оникса. Я удивленно моргнула. Мой непретенциозный, предпочитающий джинсы сын – и запонки из оникса!

«Такой взрослый молодой человек!» – восклицали люди, когда он был еще ребенком. Но когда Дэвис в самом деле стал взрослым? Я вдруг стала матерью взрослого сына. А ведь некоторые мои ровесницы еще воспитывали малышей. Сумасшедшие женщины, но все же…

– Объясни мне, что происходит, – сказала я.

– Мать, беспокоиться совершенно не о чем. Мы с Эдди не попали в неприятности. Это всего лишь дело принципа. – Дэвис обнял меня на ходу и направился к воротам. – Позволь мне их закрыть. И постой, пожалуйста, рядом со мной. Мы должны занять оборону.

– Трудно обороняться, отстаивая свои принципы, и не попасться. Ты нарушил закон?

Сын натянуто рассмеялся:

– Нет.

– Тогда, может, ты здесь на практике? Дэвис снова засмеялся и покачал головой:

– На экономическом факультете не изучают состояние дорог.

– Значит, ты рисковал своей жизнью и жизнью этой девушки только из принципа? Ради этого ты ехал слишком быстро, пропустил занятия и явился сюда с неприятностями на хвосте в самый важный день сезона?

Дэвис нахмурился:

– Я не рисковал…

– Даже не пытайся оправдываться. Не надо. Твой отец погиб на этой горе.

Дэвис замер. Его кадык заходил вверх-вниз. Даже пять лет спустя после гибели Дэви нам было трудно о нем говорить. Господь свидетель, у меня были свои причины избегать подобных разговоров.

– Миссис Тэкери! – окликнула меня девушка. Я повернулась и увидела, что она спокойно стоит рядом с машиной. Высокая, худенькая, с золотисто-каштановыми волосами и хорошим, четко очерченным лицом. Но она была болезненно-бледной, а в больших голубых глазах застыла тревога. – Дэвис мой лучший друг, и я доверила ему мою жизнь. Поверьте мне, он не попал в неприятности. Он вел себя как герой.

Я еще раз внимательно посмотрела на нее и поняла, что она страшно измучена и еле держится на ногах.

– А вам не нужна помощь героя?

Эдди покачнулась и чуть не упала, но все-таки попыталась улыбнуться.

– Его помощь мне не помешала бы.

Дэвис подошел к ней и обнял за плечи. Она обвила рукой его талию и приникла к нему, словно вьюнок к дереву.

– Полагаю, мой сын напугал вас до тошноты.

– Нет, он замечательно вел себя.

Эдди подняла голову и посмотрела на Дэвиса с таким обожанием, что у меня внутри зазвенел колокольчик тревоги. Конечно, я хотела, чтобы какая-нибудь девушка полюбила его больше жизни, и он полюбил ее в ответ. Я хотела, чтобы его жена стала мне дочерью, которую я всегда хотела иметь, но так и не рискнула родить от Дэви-старшего. Я хотела иметь внуков. Но не раньше, чем моему сыну исполнится сорок, он станет президентом компании и получит Нобелевскую премию.

– Полагаю, нам пора познакомиться, – медленно произнесла я. – И я должна знать, что происходит на самом деле.

Дэвис нахмурился.

– Я все тебе объясню, только дай мне немного времени.

Эдди кивнула:

– Уверяю вас, миссис Тэкери, мы сделали это, чтобы доказать очень важную вещь. Помните: «Посадите свои мечты со страстью и честью, и ваши корни будут крепко держать вас в любую бурю…»

Я удивленно взглянула на нее.

– Конечно, помню. Это книга о Джоне Яблочном Семечке. Я читала ее Дэвису, когда он был маленьким. Я даже вырезала это изречение на деревянной доске и повесила на стене в его комнате.

– Я знаю, что ваше хобби – резьба по дереву. Дэвис мне все о вас рассказал. И о своем потрясающем отце тоже, да упокоится он с миром.

Эдди перекрестилась. «Католичка, – подумала я. – Мой сын привез ко мне девушку-католичку. Какая экзотика! Держу пари, что у нее строгие родители-католики. Отлично. Они скоро заберут ее домой, где бы этот дом ни находился».

– Вы должны гордиться сыном, миссис Тэкери. Дэвис очень старался соответствовать тем высоким требованиям, которые вы с его отцом установили.

Так, она ничего не знает. Как и мой сын, эта Эдди верит в созданную мной легенду. Я повернулась к Дэвису:

– Что конкретно вы сделали? Скажи мне немедленно. Я должна это знать.

– Сейчас нет времени. Они уже здесь. Занимаем оборону!

Три больших черных седана выехали из-за поворота. Они въехали на нашу дорогу и, завизжав тормозами, остановились, образовав правильный треугольник. Дверцы распахнулись, и около десятка человек, среди которых была одна женщина, вышли из машин. Все они были в помятых слаксах, рубашках-гольф и пытались выглядеть непринужденно. Но у каждого была заплечная кобура с оружием.

– Это федеральные агенты, – прошептал Дэвис мне на ухо. – У Эдди есть телохранители. Я все объясню позже.

Федеральные агенты? Телохранители? Я медленно опустила руки вдоль тела, рассматривая вооруженный отряд в рубашках-гольф. Вооруженные игроки в гольф!

– Прошу вас сохранять спокойствие, – сказала Эдди и, подняв голову, посмотрела на женщину. – Люсиль, мне жаль, что тебе и твоим людям пришлось пройти через это. Но я должна была так поступить.

– Эдди, мы всегда были честны с тобой, – ответила Люсиль. Она была высокой, мускулистой, лет тридцати пяти, с белокурыми волосами до плеч, веснушками и мелкими морщинками у глаз. Она протянула обе руки к Эдди в дружеском жесте. – Я знаю, что тебя огорчило. Но так дела не делаются.

– Люсиль, именно так и надо было поступить в подобной ситуации. Моя мать реагирует только на действия, а не на слова. Теперь она обязательно обратит внимание.

– Эдди, будь же благоразумна! Мы вызовем вертолет, отвезем тебя и твоего друга мистера Тэкери в безопасное место, а потом поговорим. Твоя мать отложила все свои встречи в Великобритании. Твой отец ждет у телефона в Тель-Авиве. Они обязательно захотят выслушать тебя.

Я нахмурилась. Великобритания? Тель-Авив? Вертолеты? Господи, кто же ее родители? Стюарды с международных рейсов?