Знаки дороги
Шрифт:
– О, примерно в шестидесяти В по Дороге я занимаюсь археологией. Время от времени я возвращаюсь сюда, чтобы закопать пару мелочей. Потом я еду обратно и откапываю их. Я уже работу написал на этом материале. Это очень интересный случай взаимопроникновения культур. Сейчас у меня там, в мешках, несколько замечательных образцов из Мохендо-Даро.
– Но ведь это… некоторым образом жульничество? – спросил Рэнди.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Прятать находки таким образом… ты вводишь путаницу в археологию.
– Почему? Нет. Я ведь сказал, я сам отсюда. И всем находкам действительно по шесть тысяч лет, когда их откапывают.
– Но ведь у людей создается превратное мнение о характере УРа и Мохендо-Даро?
– Не думаю. Вот тот парень, с которым я сижу, он из Мохендо-Даро. Я его встретил в 1939 году на мировой ярмарке. Мы с ним неплохо поработали с тех пор.
– Это очень необычное… занятие, – заметил Рэнди.
Тоба вздохнул:
– Это средство к существованию. Я рад видеть тебя живым, Рэд.
– Это занятие, – улыбнулся Рэд, – мы как раз говорили на подобную тему…
Где-то в другом месте Байрон и Сент-Экзюпери проплывали над французскими деревушками. Джоан видела в небе их силуэты, словно сражающиеся распятия…
Невысокий черноусый человек затормозил свой «фольксваген», увидев, как голубой пикап перевернулся и загорелся. Некоторое время он смотрел, потом поехал дальше…
Одинокие, важные и мудрые драконы парили над Белквинитом, грезя дорожные карты.
Вестник рухнул на ступени Акрополиса, он успел сообщить о победе под Марафоном, прежде чем умер…