Чтение онлайн

— Как вы считаете, вам нужна медицинская помощь? — спросил Белли.

— Да. Медицинская, но не психиатрическая.

— У вас проблемы со здоровьем?

— Да. Очень болит голова.

— У меня тоже были головные боли, но один хиропрактик снял их неделю назад. Думаю, что смогу вам помочь. Вам не надо больше ни к кому обращаться, я все улажу.

«Сэм» снова прервал связь, возможно, опасаясь, что полиция выследит, откуда он звонит.

Ли, наблюдавший шоу из своего кабинета, сказал:

— Мы не пытаемся определить место звонка. Процесс этот сложен и при кратковременных звонках неэффективен.

Когда «Сэм» в двадцать пять минут девятого снова вышел на связь, Белли спросил, в чем его проблемы.

— Я не хочу в газовую камеру. У меня головные боли. Когда я убиваю, они проходят.

— В газовую камеру в США никого не отправляли вот уж сколько лет, — успокоил его адвокат. — Вы ведь хотите жить, так? Вот и отлично! Как давно у вас болит голова?

— С тех пор, как я убил ребенка.

— Вы помните свое детство?

— Да.

— У вас случаются провалы сознания?

— Да.

— Припадки?

— Нет. Только головные боли.

— Аспирин принимаете?

— Да.

— И помогает?

— Нет.

— Вы пытались дозвониться до нас, когда здесь присутствовал мистер Бэйли? — спросил Данбар. — Две-три недели назад.

— Да.

— Почему вы хотели говорить с Бэйли?

— Когда вы приняли решение поговорить со мной? — вмешался адвокат.

— Я боюсь боли, — сказал «Сэм».

— Никто не сделает вам больно, если вы доверитесь мне, — заверил Белли.

— И газовая камера вам не угрожает, — добавил Данбар.

— Я не думаю, что присяжные будут требовать вышей меры. Мы можем спросить у окружного прокурора. Хотите, я сделаю это, «Сэм»? Хотите, я переговорю с окружным прокурором? — напирал Белли.

В ответ раздался слабый стон.

— Что случилось?

— Я ничего не говорил. Просто у меня опять голова заболела, — слабым голосом сказал «Сэм».

— Судя по голосу, у вас мучительные боли, — участливо заметил Белли. — Голос совсем глухой.

— Голова… Голова раскалывается. Я болен. — Слабый вскрик, пауза. — Я убью их. Я убью всю эту мелкоту!

И на этом связь прервалась.

Когда «Сэм» позвонил снова, Белли беседовал с ним уже по другой линии, вне телеэкрана.

— Хотите, я буду вашим адвокатом? Я чувствую в вас доброе начало. Вы хотите мне что-нибудь сказать?

— Ничего.

— У вас нет ощущения, что вы сейчас потеряете сознание? Чего бы вы от нас хотели?

— Я так одинок!

— Мы можем обеспечить вас лекарствами. Вы же хотите избавиться от этих проклятых болей?

Белли пообещал, что попытается добиться от окружного прокурора Джона Дж. Фердона заверений, что Зодиак в случае осуждения не будет направлен в газовую камеру. Вместо «Фермонта» он предложил в качестве места встречи лестницу перед входом в старую церковь Святой Марии в Чайнатауне. Но «Сэм» назначил адвокату свидание около магазина перед лавкой дешевых товаров на Мишн-стрит, 6726. Они договорились встретиться в то же утро, в половине одиннадцатого.

— Будьте осторожны, — напутствовал преступника Белли.

— Хорошо, — пообещал «Сэм».

Это, наверное, была наименее тайная из всех тайных встреч. За Белли следила полиция, за полицией увязались сотрудники радио и телевидения, всевозможные репортеры и фотографы. Данбар скептически отнесся к этому цирку и на встречу не поехал. Как и затеявший все это Зодиак — или тот, кто им представился.

Напрасно прождав сорок пять минут, Белли отправился домой — досыпать.

«Сэм» не сказал ничего, что вывело бы полицию на его след. Ничто из сказанного им не подтверждало также, что он и есть подлинный Зодиак. Голос его, записанный на пленку, во всяком случае, остался в архивах Седьмого канала.

Оклендский полицейский, принявший звонок в два часа ночи, склонялся к мнению, что говорил с подлинным Зодиаком. Он заявил, что голос человека, звонившего на телевидение, отличался от услышанного им по телефону. Тем временем в крохотной студии Седьмого канала собрали троих из четверых свидетелей, слышавших Зодиака. Полицейский из Напы Дэвил Слэйт, телефонист-оператор из Вальехо Нэнси Словер и Брайан Хартнелл почти час вслушивались в снова и снова прокручиваемую пленку. Наконец наступило молчание.

Первым заговорил Брайан:

— Голос этот, по моему мнению, выше и моложе, чем у Зодиака.

Остальные с ним согласились.

— Уж больно молодой, — высказался Слэйт. — И не слишком в себе уверен.

— Какой-то у этого парня голос жалкий и патетический. У Зодиака не было подобных интонаций, — добавила Нэнси Словер.

Очевидно, кто-то воспользовался возможностью позвонить по выделенной «линии Зодиака». Как саркастически заметил один из копов, передачу Данбара можно было окрестить «Сын Зодиака».

— Мы не имеем представления о личности преступника, так что вполне могли сегодня беседовать с кем угодно, в том числе и с каким-нибудь дурачком, — подытожил другой детектив.

Как вскоре выяснилось, так оно и было. Полиция установила, что звонки были сделаны из психиатрической лечебницы в Напе. Звонивший оказался одним из ее пациентов.

Представители телекомпании «Крон-TV» ближе к вечеру позвонили в пресс-центр Холла Юстиции, чтобы уточнить, правда ли, что Зодиак уже захвачен полицией, но пока эта информация содержится в тайне, до окончательного установления личности преступника. Разумеется, все это оказалось лишь слухами, вызвавшими, однако, значительный резонанс.