Чтение онлайн

Взяв сигареты, я приблизился к конторке портье:

– Покер вконец измотал меня. Хочу улизнуть на пару часиков и поспать, а затем вернуться к игре. У вас есть что-нибудь подходящее, скажем, на четвертом этаже?

– Семьдесят первый номер.

– Где он находится?

– Угловой.

– Не подойдет.

– Двадцатый?

– Братец, я немного суеверен в отношении чисел, – сказал я. – Четвертый этаж, двадцатый номер – звучит неплохо, только это четное число. Не свободны ли семнадцатый, девятнадцатый или двадцать первый?

– Могу предложить двадцать первый.

– Сколько?

– Три доллара.

– С ванной?

– Конечно.

Я вынул и положил на конторку три доллара. Он нажал кнопку звонка и позвал:

– Бой!

Из лифта вышел мальчик. Портье вручил ему ключ и обратился ко мне:

– Вам следует зарегистрироваться, мистер… э?..

– Смит, – представился я. – Джон Смит. Запишите. Я иду спать.

Мальчик, заметив, что я без багажа, посмотрел на меня искоса. Я протянул ему двадцать пять центов:

– Возьми, паренек, и улыбнись.

Он обнажил зубы, нажал на кнопку лифта и поднял меня на четвертый этаж.

– Работаешь всю ночь? – поинтересовался я.

– Нет. До одиннадцати.

– А как же лифт?

– Переходит на автоматику.

– Послушай, сынок, – вновь обратился я к нему, – я не хочу, чтобы меня беспокоили. Я долго просидел за картами и очень устал.

– Повесьте табличку на дверь, и никто вас не побеспокоит.

– Есть в отеле игроки? – осведомился я.

– Нет, но если вы хотите хорошенькую…

– Нет, – сказал я.

Вероятно, он решил, что я еще передумаю, и потому несколько помедлил, вытаскивая картонку с надписью: «Прошу не беспокоить». Затем опустил тяжелые шторы и включил свет в ванной.

Избавившись наконец от него, я повесил картонку на наружную ручку двери, запер дверь и закрыл ее на задвижку, везде выключил свет. Потом подошел к внутренней двери, ведущей в девятнадцатый номер, и, встав на колени, принялся за работу. На руках у меня были легкие перчатки.

Самое подходящее место, для того чтобы просверлить отверстие в двери комнаты отеля, – это обычно верхний угол нижней филенки. Дверь здесь тоньше, и маленькая дырочка не привлекает к себе внимания. Нож, имеющий в комплекте серповидное лезвие, может в случае нужды использоваться как сверло.

Вооруженный таким ножом, я сверлил дверь, чувствуя себя грязным соглядатаем. Но человек вынужден чем-то зарабатывать себе на хлеб, тем более когда он зависит от Берты Кул. Угрызения совести не помешали мне быстро просверлить дырочку и прильнуть к ней глазами.

Альта сидела на кушетке и плакала. В большом кресле напротив нее курил мужчина. Слезы девушки, казалось, ничуть не трогали его. Я почти не видел мужчину. Виднелись только его ноги до бедер и иногда – попадавшая в поле зрения рука, двигавшаяся с зажатой в ней сигаретой вверх и вниз и ложившаяся на подлокотник.

Наконец Альта перестала плакать. Я видел движение ее губ, но не слышал слов. Девушка не казалась рассерженной или возмущенной, скорее подавленной.

Мужчина, по-видимому, тоже ненадолго включился в разговор. Затем дернулась рука с зажатой в ней сигаретой. Секундой позже появилась другая рука, державшая конверт. Мужчина протянул его Альте. Та взяла конверт, даже не глянув, что находится в нем. Альта, похоже, очень спешила. Она открыла сумочку, вытащила оттуда продолговатую тоновую бумагу и отдала мужчине, опустившему ее в карман пиджака.

Альта поспешно встала, попрощалась и затем исчезла из моего поля зрения.

Мужчина, как видно, старался побыстрее выпроводить гостью. Он поднялся, быстро пересек комнату. Дверь отворилась и захлопнулась. Она была расположена прямо напротив лифта. Я услышал дребезжание поднимающегося лифта, звук отворяющейся и закрывающейся двери. Мужчина вернулся к себе в комнату.

Я поднялся с колен, отряхнул брюки и внезапно заметил, что дверь между номерами не заперта на задвижку. Медленно и беззвучно я стал поворачивать ручку дверного замка. Повернув ее до отказа, слегка нажал на дверь и несильно ее толкнул. Дверь чуть-чуть подалась. Следовательно, все это время она не была заперта. Это уже кое-что значило. Сначала я решил распахнуть ее и войти в соседний номер, но потом передумал. Я притворил дверь, тихонько повернув ручку так, чтобы не щелкнул замок, и запер ее на задвижку с моей стороны.

Это был скверный отель с потертыми коврами и выцветшими кружевными занавесками. Прореха в белом покрывале на постели была заштопана. Дверь между номерами была плохо подогнана и плохо закреплена. Пока я разглядывал ее, ручка медленно повернулась. Кто-то пытался открыть дверь, но не повторил попытку.

Я вышел в коридор, сунул ключ от двери в карман и постучал в девятнадцатый номер.

Я услышал скрип стула, шаги.

– Кто там? – спросил мужской голос.

– Лэм, – ответил я.

– Я вас не знаю.

– Послание от шефа.

Он открыл дверь и с порога уставился на меня.

Это был крупный, на вид добродушный парень, уверенный в своей физической силе. Густые брови срослись на переносице. Глаза глубокой охряной окраски казались почти черными. Чтобы смотреть ему в лицо, мне приходилось слегка задирать голову.

– Кто вы такой, черт возьми? – спросил он.

– Скажу, когда войду.

Он пропустил меня в комнату.

– Садитесь, – пригласил он, устроившись в кресле, где сидел во время свидания с Альтой. Он положил ноги на стул, собрался закурить и полюбопытствовал: – Как, вы сказали, ваше имя?

– Дональд Лэм.

– Мне это ни о чем не говорит.

– Конечно, мы ведь никогда не встречались, – согласился я.

– Об этом можете не говорить. У меня прекрасная память на лица. Вы сказали, у вас поручение ко мне?

– Да.

– От шефа?

– Да.

– Кого вы имеете в виду?

– Шефа полиции.

В этот момент он зажигал сигарету, и спичка дрогнула. Он не смотрел на меня, пока не сделал глубокой затяжки, затем его охряные глаза повернулись в мою сторону.