Чтение онлайн

– Я все понял - сказал Валерий. Он быстро оделся, взял Санькину байдарку и быстро уплыл вверх по течению. А мы вернулись к костру, куда вскоре подошли Лариса, Наташа и Вовка.

Мишка состряпал на костре обильный ужин, состоящий из литровой банки вкусной военной тушенки, остатков тушеного мяса от Валеркиной мамаши и пачки рожков.

– Растратчик, до Волги еще 100 км, а осталась всего две банки тушенки, - сказал я ему, обревизовав свой рюкзак с продовольственными запасами.

– Действительно - удивился Михаил - одну мы съели вчера на берегу, одну сегодня утром, одну съедим сейчас, две осталась, а кто сожрал шестую банку? Стали искать по рюкзакам. Банка исчезла самым удивительным образом.

Ее обнаружил Саня в палатке за Игоревым спальным мешком. Она была открыта и сильно выедена. Подняв голову Игоря, Саня к своему удивлению нашел и нашу общую флягу с Мишкиным самогоном. Игорь накрыл ее полотенцем и использовал вместо подушки. Из фляги также было значительно отхлёбнуто.

– Бедный Жорик!
– воскликнул Саня, одной рукой тряся фляжку, другой, бережно опуская Игореву голову на брезентовый пол. Затем, голосом Гамлета, он патетически продолжил, обращаясь к Мишке

– Горацио! Я бы спросил,

почто так пьет поэт?! Негоже!

– . Михаил на секунду задумался, чтобы в достойной поэтической форме охарактеризовать положение родственника. Но его опередил сам нарушитель винного протокола. Он открыл один глаз и в тон Сане ответил:

– Все потому, что нету сил,

смотреть на ваши глупы рожи.

На трезвую голову, - добавил он прозой. Неожиданный стихотворный диалог вызвал громовой хохот. Смеялся и сам Игорь.

– Ну, все!
– отдышавшись, сказал Мишка.
– Поэта - алкаша надо беречь для творческого Отечества. Отныне для тебя сухой режим, Гоша. Спи, отсыпайся и забудь, что у меня что-то есть в рюкзаке. А мы пошли.

– Скатертью дорожка!
– ответил Игорь, - Топайте!

Его нарочито высокомерный и беззаботный тон мог обозначать лишь одно, что Игорь причастился к фляге всего несколько минут назад, и на некоторое время испытывал благородное чувство моральной и физической независимости.

Мы сидели у дымящегося костерка, пили захваченное Валеркой пиво. В байдарке у девчонок оказалась гитара, которую тут же потребовал Владимир. Честно говоря, я даже не знал, что брат так хорошо умеет играть на гитаре.

– Где же ты познал великое струнное искусство?
– спросил я Владимира.

– В летном училище. В длинные, зимние вечера, когда сампо (самоподготовка) уже позади, от нечего делать я и открыл в себе талант гитариста, - скромно, поведал Владимир.

– О, вы еще не знаете, - встрял в разговор Саня.
– Мой брат и на балалайке с легкостью сыграет играет 'Лунную сонату' Бетховена. Все засмеялись.

В небе появился пожарный самолетик, который коршуном спускался прямо на лагерь. Ревя мотором, самолет проплыл над верхушками сосен и над нами, от него отделился темный предмет и упал неподалеку на поляну.

– Ого!
– сказал Саня - Послание из поднебесья. Оригинально-с! Он сбегал к тому месту, где упало послание. Это оказался полиэтиленовый пакет. Внутри для тяжести лежала гайка, завернутая в бумагу. На блокнотном листе было неряшливо написано: 'Приятного аппетита и отдыха, ребята! Привет вашим девочкам. Но, рекомендуем немедленно затушить костер. В противном случае, мы будем вынуждены принять меры. Инспектор пожарной охраны...' Далее стояла неразборчивая подпись.

– Здрасьте!
– сказал Михаил.
– А на чем мы будем готовить?

Самолет улетел за Керженец и пошел на посадку.

– Может, нам и вправду затушить костер?
– сказал Саня. А то сейчас прибегут с огнетушителями, неприятностей не оберешься?!

– К черту!
– ответил Михаил.
– Как же без костра? Именно костер на берегу утоляет жажду жизни туриста. Костерок- это стержневой элемент, суть речного отдыха. Только костер на берегу с его ритуальными песнями и танцами шаманов возвращает нас к беззаботной нравственной чистоте и стерильности помыслов! Не-ет, ребята, я грудью лягу на эти тлеющие угольки, но затушить костер не дам - продолжал он выпендриваться словоблудием перед девушками.

Девушки оценили пафос сказанного и улыбались. Михаилу было приятно.

Костер мы тушить не стали из принципа. Я был солидарен с Михаилом. Понятно, что сухо и что жара, но ведь костер под наблюдением?! И без костра у реки, действительно, терялась всякая романтика. Мы пришли к ироническому, но правильному выводу, что пожарникам просто делать нечего, кроме как летать по безлюдному небу, поэтому, они домогаются до безобидных туристов.

Владимир отложил в сторону гитару, взял у костра палку, пошел на пляж и нацарапал на песке большую вытянутую восьмерку в два человеческих роста.

– Восьмерка это что, что, - масонский знак?
– спросил Михаил.

– Для тебя, простого человека, измучившего и себя и других скучными цифрами это восьмерка. Для летчика, - это знак того, что внизу свои.

– Как он определит, что внизу свои?

– Для летунов это не цифра, а изображение винта, уважаемый!
– ответил за брата Александр. А винт это устройство для приведения в движение летательного аппарата, посредством вращения лопастей. Понимать надо.

– Вот оно что?
– притворно удивился Михаил. Теперь буду знать, что винт - это самое главное в самолете!

– Отнюдь. Самое главное в самолете, - надеть привязные ремни и сохранить в сухости штаны.

Старая шутка всех развеселила.

Вовка включил приемник, нашарил какую-то музыку. Над лагерем висела легкая дымка. Мишка встал, вдохнув полной грудью, уловил аромат вечерней реки и пошел прогуляться по поляне. Косые лучи заходящего солнца пробивались между высокими стволами на другом берегу, и отражались в чистой и спокойной воде. За лесом снова зарычал самолет, собираясь совершить заключительный на сегодня полет в поисках очагов возгорания.