Чтение онлайн

— Потерпи, Сумми, потерпи! — отвечал Бен Раддль. — И на нашей улице будет праздник.

Но чтобы этот «праздник», как говорил инженер, наступил, надо было торопиться. С июля до конца сезона остается всего два рабочих месяца. Солнце, которое садится в половине одиннадцатого, восходит уже раньше часа ночи. Да и от захода до восхода царит лишь полумрак, так что едва видна на небе Полярная звезда. Со второй сменой рабочих можно было бы вести эксплуатацию приисков непрерывно. Так и делали по ту сторону границы, на территории Аляски, где американцы развивали невероятную деятельность.

К большому сожалению Бена Раддля, было невозможно подражать им. Лорик, несмотря на все поиски, смог набрать лишь сорок рабочих.

На прииске N 127-бис Жанна Эджертон встречала такие же трудности. Ей пришлось удовольствоваться десятком рабочих. Больше достать было невозможно ни за какую цену.

Каждый вечер Сумми Ским и Бен Раддль узнавали о результатах ее усилий. Хотя производство прииска и не удерживалось на высоте первого опыта, но все же оно подавало некоторые надежды. Средняя производительность каждой промывки достигла четырех долларов, а нередко доходила и до десяти долларов. Десяти рабочих было бы достаточно при таких условиях, чтобы к концу лета иметь прибыль в несколько сот тысяч франков.

К несчастью, почти все рабочие Жанны Эджертон были заняты расчисткой участка, и, несмотря на самоотверженность и громадную силу Патрика, эта работа продвигалась медленно. Тем не менее мало-помалу, по мере сбрасывания камней на нижний этаж, обозначалась все большая поверхность песка, и можно было предвидеть, что к середине июля N 127-бис начнет давать владелице значительную прибыль.

На прииске N 129 перспектива, несмотря на энергичную деятельность Бена Раддля, была хуже.

Принимая во внимание темперамент инженера, неудивительно, что он сам иногда принимался за работу и, не стесняясь рабочих, продолжая наблюдать за ними, занимался вместе с ними промывкой. Часто также он лично управлял роккером. Сумми насмешливо наблюдал за ним, сохраняя все свое спокойствие, и его кузен тщетно старался заразить его своей страстью.

— Ну что, Сумми, ты не попробуешь? — говорил он.

— Нет, — отвечал неизменно Сумми Ским, — у меня нет к этому призвания.

— Между тем это совсем нетрудно. Надо только, тряся решето, просеять песок, и на дне решета останутся частицы золота.

— Конечно, Бен, это нетрудно. Но — что ты хочешь! — это ремесло мне не нравится, хотя бы мне платили по два доллара за час.

— Я уверен, что у тебя оказалась бы счастливая рука, — вздыхал Бен Раддль с сожалением.

Однажды, впрочем, Сумми Ским сдался. Он взялся покорно за решето, насыпал туда немного земли, добытой в одной из шахт, и, превратив эту землю в жидкую массу, стал ее потихоньку просеивать.

Сумми Ским не промыл ни крупинки того металла, который он не переставал проклинать.

— Толчение воды в ступе! — сказал он. — Я не выработал себе и на трубку табаку!

На охоте Сумми был счастливее. Хотя случай почти ежедневно приводил его — точно нарочно! — на прииск N 127-бис, где он терял драгоценное время в ожидании, когда Жанна Эджертон кончит работу, он все же возвращался обыкновенно с полным ягдташем.

В течение первой половины июля промывка дала лучшие результаты. Лорик напал на настоящую золотоносную жилу, которая становилась богаче по мере приближения к границе. Решето и роккеры давали внушительное количество золота. Хотя и не было найдено ни одного ценного самородка, добыча золота все же за эти две недели дала больше тридцати пяти тысяч франков. Это оправдывало предположения Лорика и вызывало соревнование Бена.

По слухам, циркулировавшим среди рабочих, было известно, что одинаковое улучшение добычи замечалось и на прииске N 131, техасца Гунтера, по мере движения работ к западу. Судя по все увеличивающейся производительности жилы с обеих сторон, не могло быть сомнения, что около границы или даже на самой границе найдется гнездо золота, «бонанца» (удача, счастье — по-испански).

Подбодряемые этой перспективой, рабочие Гунтера и Малона и персонал обоих канадцев продвигались друг другу навстречу. Через несколько дней они должны были встретиться на существующей границе, признанной обоими государствами.

Рабочие техасцев — человек тридцать — были все американцы. Трудно было бы собрать более отвратительную группу авантюристов. Подозрительные по наружности, дикари по характеру, грубияны, задиры и драчуны, они были вполне достойны своих хозяев, которые пользовались дурной репутацией в области Клондайка.

В течение третьей недели июля эксплуатация продолжала оставаться прибыльной, хотя ни Бен Раддль, ни Лорик, ни их люди не напали на сколько-нибудь ценный самородок. Но во всяком случае прибыль значительно превышала расходы, и 20 июля был отправлен на текущий счет Сумми Скима и Бена Раддля в кассу «Англо-Американского общества транспортирования и торговли» новый транспорт золота на двенадцать тысяч долларов.

Сумми Ским потирал от удовольствия руки.

— Вот вытянется физиономия Уильяма Броля! — сказал он.

Теперь становилось очевидным, что прибыль от этой кампании будет гораздо более ста тысяч франков. И можно было порядочно поднять цену прииска, когда явятся покупатели.

На прииске N 127-бис события принимали тоже благоприятный оборот. Расчистив незначительную часть своего прииска, Жанна Эджертон начала получать доходы. Уже более чем на три тысячи долларов золотого песка, принадлежащего ей, было сложено в домике обоих кузенов, в ожидании следующего транспорта в Доусон. По всей вероятности, она могла извлечь со своего прииска к концу сезона, несмотря на трудности работы вначале, до пятидесяти тысяч франков.

В конце июля Сумми Ским предложил довольно разумный план.

— Я не вижу, почему, — сказал он, — мы должны еще оставаться здесь и почему госпоже Жанне и нам не продать своих приисков?

— Потому что этого нельзя сделать за хорошую цену до окончания работ по исправлению границы, — ответил Бен Раддль.

— А черт с ним, с этим сто сорок первым меридианом! — воскликнул Сумми.

— Продажа может быть совершена по почте, через посредников, в Монреале, в конторе нотариуса Снуббина, так же хорошо, как и в Доусоне.

— Но не в таких же благоприятных условиях, — возразил Бен Раддль.

— Почему? Раз мы теперь знаем стоимость наших приисков!

— Через месяц или через полтора мы будем знать это еще лучше, — объявил инженер, — и нам предложат за прииск номер сто двадцать девять не сорок тысяч долларов, а восемьдесят — сто тысяч долларов!

— Что мы с ними станем делать?! — воскликнул Сумми.

— Употребим на хорошее дело, будь спокоен, — заметил Бен Раддль. — Разве ты не видишь, что золотоносная жила становится все богаче по мере приближения к востоку?