Золотые нити
Шрифт:
– Я не знаю. – Влад с глупым видом уставился на цветок.
Тина начала понимать, о чем разговор, и ей стало смешно.
– Когда я проснулась, лотос был у меня в руке. А перед этим мне приснился сон, что я его сорвала. – Она хихикнула.
– Что-что? – Влад посмотрел на девушку, потом опять на Сиура.
– Ну, чего ты на меня уставился? Не слышал, что ли, она его сорвала на берегу Нила…
– Ребята, я вторую ночь не сплю, как следует. Может, я не врубаюсь? Или вы меня разыгрываете? Боюсь, время не самое подходящее.
– Да нет, Влад, вы не обижайтесь, я сама ничего не понимаю. Я спала, видела сон, – Тина не смогла сдержать блаженной улыбки, – как будто я рву лотосы, вместе с девушками, на нас белые каласирисы… птицы поют…
– На вас – что? – Сиур и Влад смотрели на нее почти с испугом.
– Каласирисы… – она мечтательно вздохнула. – Одежда такая была у женщин в древнем Египте, из тончайшего белого полотна, легкая, как крылья бабочки. Ее на теле не чувствуешь…
Мужчины переглянулись.
– А когда я проснулась, цветок оказался у меня в руке. Я испугалась. Сначала не могла понять, в чем дело. Да и сейчас не понимаю. Я решила, что кто-то из вас подложил мне его – то ли в шутку, то ли … Не знаю.
Некоторое время все молчали. Мужчины думали, а Тина просто села на диван и закрыла глаза. Какая странная жизнь началась!.. Что она сегодня расскажет Людмилочке!
– Можно я пойду в ванную?
Она вспомнила, что еще не умывалась и не причесывалась. Нельзя сказать, что это очень сильно ее беспокоило, но правила приличия… Ее воспитывали в приличной семье.
– Конечно. – Сиур дождался, пока она выйдет, и взял у Влада злополучный цветок. – Что ты об этом думаешь?
– Чертовщина какая-то. А это действительно лотос? Цветок на самом деле странный. Где, по-твоему, можно взять такой в Москве?
– Понятия не имею. Надо его в воду поставить, для сохранности. Вещдок, как никак. – Сиур засмеялся. – Не поленюсь, как только будет время, покажу знакомому профессору-ботанику. Это становится интересным.
– Голова тяжелая, никак не соображу, что к чему. – Влад устало провел рукой по лицу. – А как твои дела? Все успел?
– Пойдем, сварим крепкого кофе, заодно и расскажу.
Они отправились на кухню, поставили заморский цветок в хохломскую вазу и занялись приготовлением настоящего кофе.
Сиур всегда делал большие запасы молотого кофе, и кофейных зерен. Приятно было самому их поджаривать, молоть и варить в специальной металлической посуде. Густой аромат распространился по всей кухне. Он достал маленькие чашечки, сахар и сливки.
– Ничего особенного я в подвале не обнаружил, как вы с Димкой и думали. Да я и сам так думал. Слишком просто было бы. А дело-то непростое.
О том, что он побывал и в квартире убитого старика, Сиур твердо решил не говорить без крайней необходимости. Он доверял Владу как себе самому, но…
– Полно всякого хлама, пыли, – сто лет никто не был. Это самое странное. Помещение сухое, просторное, и никому не нужно – ни бомжи не лазят, ни подростки не приспособили для неблаговидных дел… Непонятно.
– На двери замки? Сам открывал?
– Да нет, взял ключи у алкаша одного, Матвеича. Понимаешь, еще одна странность: в ЖЭКе никто в подвал тот не ходит, слава у него нехорошая. Один этот Матвеич, если что, может наведаться. Да и то не один, а «со товарищи».
Я, конечно, и сам, без его ключей мог открыть, замки там элементарные, – потом передумал. Хотелось видимость какой-то официальности создать. Во-первых, ненужных подозрений меньше, во-вторых, может понадобиться днем туда сходить. Вроде как я у него этот подвал арендовал на пару-тройку дней.
– А что ты там надеялся найти, если не секрет?
Влад налил себе еще кофе. Аппетит у него в любых обстоятельствах оставался отменным.
– Сам не знаю. Брожу в потемках. – Сиур посмотрел на цветок и хмыкнул. – А тут еще один сюрприз. Не вы ли меня разыграть решили?
Влад подумал, что каждый из них троих может подозревать обман. Было не похоже, чтобы Тина решилась на такое. Да и зачем ей? Сиура он знал слишком хорошо. Такого он сделать не мог. Если в шутку, то давно бы признался. И мотив непонятен.
– Такое на трезвую голову не обсудишь.
– Правильно. – Тина вошла с влажными волосами, – она вымыла голову и почувствовала себя чуть лучше. Запах апельсинового шампуня смешался с кофейными ароматами. – Когда последний раз у меня была трезвая голова? Что-то не припомню. Можно мне тоже кофе?
Она спрашивала, сама отвечала, что-то напевала, наливала себе воду в стакан и кофе в чашку, доставала плетеную корзиночку с печеньем, – все одновременно и мило, как это умеют только женщины. И то, когда они себя нескованно чувствуют.
Ей не хотелось сейчас ни о чем расспрашивать, ни о том, что делал Сиур в квартире, ни о Будде, ни о подвале, ни о лотосе… Она посмотрела на вазу с цветком и тут же отвела взгляд. Хотелось просто пить кофе с печеньем, как раньше. Как давно было обычное утро, обычная Москва, обычная жизнь!
– Вы ничего по почте не заказывали?
Вопрос Сиура застал ее врасплох. Она положила печенье, и аппетит окончательно пропал.
– Еще и по почте?! Вы шутите. О Боже, дали бы хоть поесть спокойно!
– Вы не волнуйтесь. – Он достал с подоконника пепельницу. – Разрешите?
– А, курите, все равно уже, – она махнула рукой. – Так что там с почтой?
– Мне тоже можно? – Влад достал сигареты, предложил ей. Она покачала головой.
– Не хочется.
Сиур достал из кармана извещение и показал Тине.