Чтение онлайн

Мама умерла за день до его приезда. Телеграмма его не застала, потому что он уехал раньше. И неожиданно вместо праздника получились похороны. Отец плакал, наверное, впервые в жизни, а потом напился и захрапел. Возвратившись с кладбища, Влад собрал вещи и, не попрощавшись, отбыл к новому месту службы. Пройдя подготовку, он попал в особый отряд спецназа, и начались его скитания по «горячим точкам». Так он познакомился с Сиуром и другими ребятами, многие оказались его земляками. Невероятно напряженная и тяжелая служба отнимала все силы. Некогда было проливать слезы.

Когда во время недолгого отдыха он получил зарплату за несколько месяцев, то впервые подумал об отце не с ненавистью, а с горьким сожалением. Разве это деньги? Гроши – иначе не скажешь, учитывая постоянный риск жизнью. Но самое страшное все-таки было не это. Страшнее смерти оказалась перспектива остаться никому не нужным инвалидом, без жилья, без родных, с жалкой пенсией, больше похожей на подачку. Судьба нескольких его товарищей непрекращающейся болью жила в сердце, отравляя редкие минуты передышки.

В одночасье незыблемый, казалось, ход вещей, круто изменился. Отряд расформировали. Все разъехались, кто куда. Мамины родители отписали Владу домик под Москвой, в него он и приехал. Сиур нашел его, когда кончались последние деньги, предложил работу. Влад не раздумывал. Первые несколько баснословных получек потратил бестолково, потом привык к деньгам, остепенился, снял квартиру в Москве, чтобы не ездить туда-сюда, – начал чувствовать себя уверенно в этой новой жизни.

В сущности, то, что он делал, он умел делать в совершенстве. Легко и непринужденно.

Влад нашел еще нескольких сослуживцев, надежных и хороших ребят, – со своими было безопасно, за тылы переживать не приходилось. Часть денег постоянно пересылали пострадавшим товарищам, некоторых устраивали на дорогостоящее лечение, операции, в лучшие московские клиники. Хоть и говорят, что у каждого своя судьба, но вышедшие живыми и здоровыми из смертельного боя, чувствовали суеверный долг перед пострадавшими. Может быть, моя пуля досталась другому? И если бы не он…

Влад вернулся мыслями к сегодняшним заботам. Так, Жорику позвонить обязательно. Но это потом. Сейчас надо съездить к дому Тины, потом к шефу – проверить обстановку. Он завел машину и медленно выехал на проспект.

Москва ранним утром всегда загадочна и немного театральна. Каменный мост соединяет Кремль с Замоскворечьем, которое в дымке тумана мерещится декорациями к «Хованщине». [45] Или эскизами Васнецова…

Мама привила Владу вкус к хорошей живописи, и он воспринимал просыпающийся древний город по-особому: лиловатые тени, золото куполов, бело-красную вязь Новодевичьего сквозь кружево берез, чистоту стиля ампирных особнячков с антресолями и побеленными колоннами, киргизские шапки кремлевских башен… Великолепный, нездешний город! Где еще есть такой, в котором сплелись, подобно любовникам в страстном объятии, европейский строгий лоск с необузданной татарской дикостью?!

Влад проехал центр не спеша, любуясь медно-золотым оттенком, в который восходящее солнце окрашивало дома, тротуары, деревья и памятники. Потом прибавил скорость и спустя несколько минут подъехал таким же манером, как и вчера, к дому Тины. Джипа не было. Он объехал дом вокруг, внимательно глядя по сторонам, – нигде ничего похожего на темно-синюю машину.

Ну и ладненько! Успев проскочить поворот, пока не зажегся красный, он помчался в спальный район, где они вчера ночевали в квартире Сиура. Заходить он не будет, хотя ключи шеф ему на всякий случай дал. Уходя, они оставили в закрытой двери условный знак, чтобы определить, открывали дверь чужие, или нет. Это можно будет проверить и попозже.

Влад свернул в пустой двор и остановился. И здесь никого. Несколько машин стояли на асфальтированной площадке, они оказались пусты. Владельцы еще мирно спали в своих кроватях. Он постоял пару минут, раздумывая, что делать дальше. Решение пришло само собой.

Уже увидев издалека поворот в нужный переулок, он сбавил скорость и тут, справа, под раскидистой старой акацией увидел знакомый темно-синий джип. «Предчувствия его не обманули!» Влад очень осторожно сдал назад, оглядываясь, где можно оставить машину, чтобы ее было не так легко обнаружить.

Черт, где его джинсовая куртка? Перегнувшись через сиденье, он увидел, что куртка свалилась на пол салона, и с облегчением вздохнул. Там в кармане связка ключей, фонарик, и прочее, могущее пригодиться в самых непредвиденных обстоятельствах. Подхватив куртку и на ходу ее надевая, он выскользнул из машины.

Бесшумно подкравшись к джипу сзади, Влад прислушался. Ни звука. Похоже, в машине никого нет. В тот же миг передняя дверца открылась; человек, по всей видимости, водитель, легко выбрался из машины, как-то быстро оглянулся и направился к дому в глубине двора. Одетый в дорогой темный спортивный костюм и кроссовки, он двигался вперед, странно, едва уловимо раскачиваясь, туда-сюда, как маятник. При этом вся его фигура, неестественно прямая, приподнималась на носки. Что за походка?

Человек, несмотря на такую неестественную манеру, шел довольно быстро и скрылся в подъезде. Он ни разу не оглянулся, но Владу показалось, что человек догадался, что за ним наблюдают. Лицо незнакомца было открыто, но совершенно не запомнилось. Оно было, но никакое.

Сам себе удивляясь, Влад не решился сразу отправиться за странным мужчиной. Розовый дом, в котором жил убитый антиквар, он узнал сразу, и по адресу, и по описанию Сиура. Кроме как в квартиру старика, незнакомцу идти некуда. Интересно, что ему там понадобилось?

Выждав еще некоторое время, Влад осторожно направился к подъезду. В гулкой глубине дома было неестественно тихо. Утренний свет еле пробивался сквозь пыльные окошки. Огромный кот испуганно шарахнулся под лестницу. И тут Влад увидел приоткрытую дверь в подвал.

Людмилочка очень плохо спала ночью. Ей снились темные переходы, запутанные лабиринты и коварные ловушки. Она проваливалась в какие-то люки, неожиданно открывающиеся в полу, и падала в бездонные колодцы с леденящим душу криком.