Чтение онлайн

Джим, дядя Билли, приветствовал их у церковных ворот. Джеку ни к чему было гадать, почему так вышло. Он заметил, что люди, пришедшие выказать уважение и соболезнование, заметили его появление, но ни в одном взгляде не проступало и тени симпатии. Матери не было видно нигде.

— Джим, — торжественно произнес Чарльз, поднимая шляпу.

— Чарли, — отозвался тот, игнорируя Джека. — Гм, послушай, Чарли, — начал он в явном замешательстве. — Спасибо, что пришел.

Брайант кивнул, словно не понимая, с чего это старый друг благодарит его за то, что само собой разумеется.

— Чарли, прости, но мне кажется, что Джеку не стоит сейчас здесь находиться. — Он потупился. — Ты, Чарли, само собой, заходи. Это не… — Не в силах закончить, Джим лишь пожал плечами.

— Не охота на ведьм, ты хочешь сказать? — вскинулся Брайант. — С каких пор мы знаем друг друга, Джим?

— Чарли, послушай…

— С каких пор, я тебя спрашиваю? — повторил Брайант, голос которого, и без того глубокий, внезапно стал еще ниже.

— Да уже изрядно.

— Мы вместе выросли. Вместе спускались в шахту. Ты был крестным у моего сына, а я — у твоего племянника. А когда тебе в прошлом году понадобились деньги в долг, к кому ты обратился? — Теперь Чарльз говорил тише — именно этого тона Джек боялся больше всего, потому что он означал, что отец разозлился по-настоящему. — Мы мужчины Пендина, Джеймс Дженнер. Мы не отворачиваемся друг от друга.

— Дело не во мне, Чарли. И не в тебе. — На лице Дженнера отобразилось смятение. — Просто момент неподходящий. Все считают, что твой сын…

— Мой сын — профессионал, — оборвал его Брайант, наклоняясь к Дженнеру так, что их лица оказались в нескольких дюймах. — Он закончил горную школу с самыми высокими оценками за всю ее историю. Ты, без сомнения, знаком с заключением комиссии, согласно которому Джек действовал в полном соответствии с протоколом. Дальнейшее расследование подтвердит, что катастрофа была результатом несчастного случая. Да ведь трещина в металле образовалась в главном стволе, черт возьми! Это не имеет никакого отношения ни к мотору, ни к подъемнику.

Джек всеми силами старался скрыть изумление. Едва дыша, он поглядывал на спорщиков, на отца, бледного от сдерживаемой ярости.

— Деннис Пирс был там, — прошипел Дженнер.

Чарльз ткнул Джека в грудь и заявил:

— Спроси его о том, что вы все хотите знать.

— Что?.. — Было видно, что Дженнер ошеломлен.

— Спроси Джека, да не забудь смотреть ему при этом в лицо.

Дженнер в глубоком замешательстве поднимал глаза все выше и выше, пока не уперся взглядом в Джека.

Но не успел он и слова вымолвить, как Джек пришел ему на помощь. Он прокашлялся и сказал:

— Мистер Дженнер, клянусь жизнью моей матери, сэр, Элен беременна не от меня. Я предохранялся, и ей это известно.

Дженнер весь вскинулся и осведомился:

— Ты говорил это Пирсу?

— Он не дал мне и слова вымолвить.

— Чарли, здесь очень страдают. Мать Билли… Одним словом, ей уже не оправиться.

— У матери Билли пятеро сыновей, Джим. У меня один. Он не сделал ничего плохого. Джек — такая же жертва несчастного случая, как и многие из пострадавших. То, что у него целы руки и ноги, не означает, что он не скорбит так же глубоко, как и любой другой. Он был там, отвечал за безопасность этих людей. Подвело шахтное оборудование, а вы хотите обагрить эти руки кровью тридцати человек. Что за позорище!

— Причина глубже, Чарли. — Говоря это, Дженнер смотрел на людей, целые семьи, молча стекавшиеся к церкви. — Он не ходил на войну, а вот теперь еще это. Это…

Голос отца Джека стал лютым как зима.

— Ты знаешь, что его не взяли, и тебе известно, почему так вышло. Нельзя сказать, что Билли сражался на передовой, но почему-то никто не обзывает его за это трусом.

— Лучше оставим это, — вмешался Джек. — Я попрощаюсь с Билли позже.

Дженнер посмотрел на парня со смешанным выражением благодарности и беспомощности, но тот больше ничего не сказал. Его отец на прощание испепелил Дженнера взглядом.

— Я этого не забуду. — С этими словами он развернулся и зашагал прочь.

Джек заспешил за отцом, не зная, что сказать, и гадая, почему они идут не вверх, к дому, но забирают вбок, к морю.

— Иди за мной. — Это было все, что произнес Чарльз Брайант.

Озадаченный и обрадованный неожиданной поддержкой отца, Джек молча пошел за ним.

Когда они оказались на вершине скалы, отец опять удивил сына тем, что снял пиджак, аккуратно его сложил и водрузил сверху шляпу. Он постелил свой белый накрахмаленный носовой платок и опустился на него, тщательно следя за тем, чтобы не испортить стрелки на брюках. Как и все мужчины семьи Брайант, Чарльз был высок ростом и широк в плечах, но внезапно Джек в первый раз обратил внимание на то, что эти плечи начали слегка округляться. Странно, что он заметил это только сейчас, так же как и новые морщинки под глазами. Серебряные нити в волосах Чарльза, прежде редкие, так предательски быстро распространились на всю шевелюру, что Джек поразился, насколько реальный отец старше того образа, который он привык видеть в своем сознании. Как могло случиться, что перемены прошли мимо него?

Он присоединился к отцу. Они посидели плечом к плечу, и в этом общем молчании им было хорошо как никогда.

Вид моря всегда бодрил Джека. В этот день вода была волшебно-прекрасной и меняла цвет от сапфирового на глубине до светящегося изумрудного близко к поверхности, там, где волны набегали в крошечной лагуне на песок, разбивались о валуны и исходили пеной, блистая в солнечном свете.

— В детстве я приходил сюда помечтать о дальних странах, что лежат за Краем Земли, — начал отец, внезапно выводя Джека из тихой задумчивости. — Обычно мы бывали здесь с Джимом Дженнером. Закусывали свежеиспеченными пирогами и часами говорили обо всех тех путешествиях по миру, которые совершим, когда вырастем.

Джеку с трудом верилось, что его отец, всегда серьезный, мог питать столь яркие и дерзновенные мечты.

— Сколько тебе было тогда?

Отец вздохнул, затем рассмеялся и ответил:

— Нам стукнуло, наверное, лет по шесть, когда мы начали ходить сюда без взрослых. Мы решили, что лучше всего быть пиратами — не теми, которые берут на абордаж корабли, севшие на мель неподалеку от берега. Нет, мы решили, что, в соответствии с нашими возвышенными представлениями, станем чем-то получше.

— Честными пиратами, — подсказал Джек, отчего улыбка отца стала еще шире.

— Да, честными. Мы стали бы захватывать только богатые торговые суда из Испании и Италии… которые придут, чтобы напасть на Корнуэлл. Озолотив наши семьи, мы отбыли бы в экзотические страны.

— Торговые суда, которые одновременно нападают!

— Мы ведь были совсем малышами. К восьми годам я уже спускался в шахту с отцом и дядей. В те времена мы работали в Южной Крофти.

Джек слышал об этом от деда, но ни разу не обсуждал эту тему с отцом.