Чтение онлайн

Он выстрелил, но пуля попала в скалу и рикошетом едва не ранила второго разбойника. Тот отскочил, едва не спихнув главаря в расселину.

– Чтоб тебе пропасть, Геррас! Стреляй, а не скачи вокруг меня, как кузнечик!

Валдис выстрелил из другого ствола. На этот раз ему удалось ранить Корда в ногу.

Не дожидаясь очередного выстрела, Корд нажал на курок. Должно быть, таким уж было счастье Герраса в этот день, потому что пуля все-таки попала в него. Он вскрикнул и выронил факел, который скатился в расселину. Не мешкая ни секунды, Корд помог Эмбер проползти под козырьком и проскользнул сам. Когда все оказались в относительной безопасности, мужчины подхватили женщин на руки и пустились бежать, насколько это позволяла высота хода. Оба понимали, что Валдис поймет, куда они скрылись, как только подоспеет подмога с факелами. Конечно, никто не стал бы преследовать их тем же путем из страха наткнуться на пулю, зато путь через главный выход позволял разбойникам быстрее оказаться снаружи.

Пуэтас наконец заметил, что шаги Корда звучат как-то странно.

– Что случилось? Сеньор, уж не ранены ли вы?

Корд ничего не ответил, чтобы попусту не тратить силы. Он двигался, стиснув зубы и чувствуя, как сильно кровоточит рана. Он так сосредоточился на том, чтобы не упасть и не отстать от проводника (это означало – наверняка заблудиться), что налетел на Пуэтаса, остановившегося прямо перед выходом. Вдвоем они вытолкнули наружу сначала Эмбер, потом с ее помощью Долиту. Наконец выбрался и мексиканец. Настала очередь Корда. Когда он попытался подтянуться, руки отказались держать тело, и он рухнул назад. Только после третьей попытки с помощью встревоженного Пуэтаса ему удалось выбраться наверх.

– Наверное, рана достаточно глубокая. Ее нужно перевязать, – предложил тот, ощупывая окровавленную штанину.

– Нет времени! – отмахнулся Корд. – Они, наверное, уже седлают лошадей, а нам еще выбираться из этих зарослей. Тебе придется опять нести Долиту. Иди первым, а Эмбер пусть держится за твой ремень. Боюсь, я не удержу ее на руках. Не хватало еще свалиться в колючки и нанизаться на них! Если я отстану, не дожидайтесь меня. Вы должны выбраться отсюда как можно скорее, если не хотите сделать Валдису подарок.

И они начали пробиваться сквозь чащу кактусов, шиповника, ланцетника и каких-то колючих лиан, словно намеренно выросших здесь, чтобы скрыть отверстие тайного хода. Своими рубашками мужчины прикрыли обнаженные тела Долиты и Эмбер. Корд как мог ковылял позади всех, сильно припадая на раненую ногу и чувствуя, как в сапоге хлюпает все громче. В какой-то момент прядь волос, которые Эмбер придерживала левой рукой, зацепилась за сучок, и он рывком освободил ее, оставив на колючках клок волос. Эмбер только заскрипела зубами.

Все это время с неба обрушивался потоком ливень. Скользя по мокрым камням и спотыкаясь, они выбрались на открытое место и поспешили к лошадям. Корду пришлось приложить большое усилие, чтобы взобраться в седло. Он помог Эмбер устроиться позади него на крупе, предоставив Долиту заботам Пуэтаса.

– Я знаю дорогу, – вскоре крикнул тот. – Следуйте за мной, сеньор!

Они разом подстегнули лошадей, пустив их галопом вниз по склону. Это было рискованно, но медлить было и того опаснее. В стороне от них и немного ниже слышались крики: разбойники, разделившиеся в поисках беглецов, перекликались друг с другом. Если бы Корд и его спутники направились туда, откуда приехали к пещере, то их неминуемо настигли бы. Однако они предпочли углубиться в лабиринт ущелий, и постепенно крики стихли: погоня ушла в другом направлении.

Долго неслись беглецы сквозь грозовую ночь. Они насквозь промокли, но Долита по-прежнему лежала без движения в руках мексиканца. Ни уколы колючек, ни дождь не вывели ее из состояния глубокого шока.

Только через час гроза отодвинулась к горизонту, и ливень мало-помалу затих. Усталые лошади перешли на рысь, потом на шаг и тяжело ступали по заросшему мелким кустарником дну очередного ущелья. Корд потерял представление о времени, когда из-за туч выглянула луна, и Пуэтас обрадованно воскликнул:

– Я вижу пещеру впереди! Не такую, как та… скорее это чья-то берлога, но выбирать не приходится. Если она пуста, отсидимся там. Теперь мы достаточно далеко от Валдиса. Скоро рассвет, а днем банда не выходит из своего убежища, чтобы не навести на пещеру… – Он заметил устало склоненную голову Корда и спросил: – Что, потеряли много крови? Куда вы ранены?

– В ногу. – Корд ткнул пальцем куда-то около стремени – он уже и сам не был уверен, куда ранен, так как нога онемела и тупо пульсировала болью, – и встряхнул поводьями, чтобы лошадь поравнялась с лошадью мексиканца. – По-моему, рана сквозная, и это уже удача. Крови, конечно, вытекло черт знает как много, но ничего, я выживу. Все могло кончиться гораздо хуже для всех нас. Кстати сказать, где мы сейчас? Мне показалось, мы все время поднимались и поднимались.

– Так оно и было. Мы находимся в горах Сьерра-Мадре-Оксиденталь, южнее реки Якви. Примерно в двух днях пути верхом отсюда расположен Ногалес. Валдису не придет в голову искать нас здесь, а если все-таки придет, он побоится.

Пуэтас вошел в небольшую пещеру первым, чтобы проверить, нет ли там ее диких обитателей. Тем временем Корд осторожно спустился на землю и повернулся, чтобы помочь Эмбер, но та отклонила его помощь.

– Перестань, сейчас я должна помогать тебе! Обопрись на плечо, и мы потихоньку дойдем до пещеры. Сначала надо будет перевязать твою рану, а потом я займусь Долитой.

Из устья выглянул Пуэтас с известием, что пещера кажется заброшенной, а до этого в ней, судя по размерам обглоданных костей, обитали волки. Он занялся поисками топлива, но сухими были только те ветки, которые животные притащили внутрь для обустройства логова. Когда костер весело затрещал, разгоняя мрак, Пуэтас устроил Долиту отогреваться поблизости от огня, а сам подошел к Корду, который сидел, тяжело привалившись к стене. Молча вытянув из-за голенища нож, он ловко рассек левый сапог. Корд поднял голову и прищурился, разглядывая отличное, хорошо наточенное лезвие.

– Я был глуп, что не обыскал тебя.

– Да уж, я мог вонзить этот ножичек вам в спину не один раз, – ухмыльнулся Пуэтас. – Приятно это сознавать, сеньор.

– Ну и почему же ты этого не сделал?

– Если я скажу, что вдруг рассопливился и почувствовал жалость к девчонкам, это будет только половина правды, – ответил мексиканец, медленно стягивая с раненой ноги сапог. – Мне было их жалко, но я мог бы помочь вам, а потом улизнуть и вернуться к прежней жизни. Только мне пришло в голову, что, как веревочке Валдиса ни виться, а конец ей будет. Потому я и бегу сейчас вместе с вами куда глаза глядят.