Чтение онлайн

– Ну как, может, капитулируем?
– Капитан кивнул на левый фланг, где кибервоины оператора довольно беспорядочно откатывались назад, обнажая тылы своей центральной группировки.

– Повоюем еще, - проговорил оператор, отмечая про себя, что противник его играет, как всегда, очень сосредоточенно и, видимо, не думает сейчас ни о чем постороннем.

Неужели и правда его не слишком волнует то, что ждет их на Д-117? Просто любопытно - но не больше? Ну да, он ведь дал понять, что считает нетерпение оператора просто мальчишеством. Но как можно оставаться равнодушным перед лицом этой загадки, так непохожей на все, чем они занимались последнее время!

Нет, конечно, в их обычном, повседневном труде тоже было достаточно увлекательного. Взять хотя бы работы, выполненные за эти годы по линии Отдела Социальных Вывихов. "Особенности мышления последних финансовых акул", "Динамика отмирания совести у демагогов античности", "Основные закономерности развития мании преследования у тиранов позднего средневековья" - за каждым из этих и аналогичных им капитальных исследований стояли сотни любопытнейших мыслезаписей, напряженный следопытский поиск в лабиринтах обнаженных человеческих страстей, побуждений и характеров, странных и удивительных, словно ожившие музейные экспонаты. О люди, многие из вас, наверно, постарались бы думать и поступать совсем иначе, если бы знали, что Будущее препарирует и рассмотрит через лупу всю вашу подноготную...

Зато сколько гордых мыслей о силе человеческого духа рождалось у каждого, когда они участвовали в создании таких ставших классическими трудов, как "История очищения душ от расизма" и "Этапы превращения чувства справедливости во всечеловеческий инстинкт".

Правда, разрабатывать такие масштабные, обобщающие темы мыслеловам приходилось не так уж часто. Большинство заданий "Управления по выявлению исторических истин" касалось отдельных частностей и деталей прошлого. Но все равно и это была интересная работа. Тем более что техника нейрозаписи постоянно совершенствовалась, и мыслеловам становились доступны все более отдаленные эпохи. Во всех подробностях была восстановлена история египетского Древнего царства и догомеровской Эллады, а новейшие сверхчуткие капканы уже начали принимать первые внятные нейроизлучения обитателей загадочной Атлантиды. В общем, как выразился один остряк, еще немного - и можно будет стенографировать мысли обезьяны при очеловечении... Нет, уж кому-кому, а им, мыслеловам, не приходилось жаловаться на однообразие работы!

Все это так, но то, что должен был записать капкан Д-117, выделялось на фоне всех других заданий. Бесследно исчезнувшее открытие... Кто знает, быть может, расшифровка его заинтересует не только историков науки, но и ученых-практиков. Ведь многие из зародившихся в двадцатом веке научных идей не потеряли значения и сегодня, два столетия спустя...

– Как ты думаешь, чем все-таки объяснить, что не сохранилось никаких упоминаний о сущности его работ?
– обратился оператор к своему склонившемуся над доской партнеру.

Капитан пожал плечами.

– Причины могли быть самыми разными. Ты же знаешь, там, в западной части мира, это была эпоха всеобщего соперничества. Ради сохранения доходов важные изобретения нередко хоронились в сейфах, и бывали случаи, что следы их потом вообще терялись...

– Нет, все-таки странно, - покачал головой оператор.
– Ведь в том официальном документе, откопанном в архивах, прямо говорится, что сделано открытие большой важности. Но какое?.. Уж, по крайней мере, после этого таинственного несчастного случая, когда он и все его сотрудники погибли, тогдашние газеты могли бы сообщить что-нибудь внятное о его исследованиях.

– Что гадать - сейчас все узнаем.
– Капитан взглянул на часы и, побарабанив пальцами по завоеванному центру доски, спросил: - Ну так как, сдаешься?

– Ладно уж, доставлю тебе удовольствие.
– Оператор вставил в прорезь панели крошечный белый флажок - и все фигуры, и уцелевшие и срубленные, тотчас повставали на свои исходные позиции.

В ту же минуту в стереофоне раздался голос робота:

– Подходим к Д-117. Капитан, вы займете место у пульта или доверите мне произвести стыковку с капканом самому?

* * *

В битком набитой приборами и аппаратурой кабине капкана было тесно вдвоем.

– Начнем...
– Почти касаясь головой низкого потолка, оператор нетерпеливым движением откинул крышку конспектора.

Итак, он настал, этот долгожданный момент! Снятые ими катушки с записью будут подробно анализироваться в лабораториях на Земле, - но самое основное они услышат здесь, сейчас. Это расскажет конспектор - маленькое устройство, выбиравшее из сплошной многолетней стенограммы мыслей цепочку узловых эпизодов, своего рода краткий конспект наиболее важных в жизни раздумий. Конспект тайны...

Поворот рычажка - и вот они звучат, ожившие мысли, воспроизводимые негромким голосом машины:

– ...Все поставлено на карту. Если я не добьюсь успеха в этом решающем эксперименте с белокровием - придется распрощаться с институтом. Уж тут Деркинс не упустит случая подставить мне подножку...

– Средство от белокровия?
– озадаченно пробормотал оператор.
– Но ведь оно открыто двумя десятилетиями позже и совсем другими...

И он тут же получил полное разъяснение. Сделав короткую паузу, конспектор огласил следующую запись, видимо отделенную от предыдущей несколькими неделями:

– Нет, теперь, после вскрытия, уже нет никаких сомнений! То было белокровие, вызванное моим газом! Моим!!! Газом, над которым я бился пять лет... К черту Деркинса - у меня будет теперь собственная лаборатория! Будет все, чего захочу!.. Представляю, как вытянется морда у этого старого кретина. Ведь что он только ни делал, чтобы опорочить мою работу в глазах шефа. "Бесперспективно... неэкономично..." Да, конечно, мой газ действует не сразу. Но в том-то и суть! Поддерживающие партизан деревни будут безотказно вымирать от белокровия - и ни одна собака не заподозрит, что наши летчики к этому причастны. Обнаружить практически невозможно...

– Довольно!
– Оператор рывком выключил конспектор.
– Так вот, значит, какую тайну приберег для нас двадцатый век...

– Включи, пожалуйста, - сказал капитан.
– Я хочу дослушать до конца.

– Дослушать?!
– Губы оператора кривились.
– Ты что, еще не вполне уяснил гениальное открытие этого питекантропа?! Желательно побольше живописных деталей? Что и говорить, Отдел Социальных Вывихов давно уже не пополнял свою коллекцию выдающихся подонков столь уникальными экспонатами!.. Двадцатый век... Да, я знаю, то была самая великая из эпох прошлого. Ждал от неразгаданной тайны чего-то небывалого. И вот дождался... Понимаешь, я все это, конечно, помню из истории, - и все равно не укладывается в голове, как люди могли допустить...