Зона зла
Шрифт:
Щенков спускался с крыши и решал сложную проблему: держаться за перекладины или обеими руками прикрывать червеобразный отросток, неприлично болтавшийся на виду у зевак.
Внизу прапорщика ждала разъяренная жена. Она двинула его кулаком в челюсть с такой профессиональной точностью и силой, что Щенков кулем осел на землю, оказавшись под ногами супруги…
– Аут! – Лукин произнес это довольно и ушел в дом.
У скандала было три итога. Лукин развелся с Ирмой. По рапорту получил перевод в другой гарнизон. Щенкова командир полка вышиб из армии, не подписав с ним контракта на новый срок.
Из новой части Лукина послали на курсы переподготовки, после окончания которых он попал во флотский спецназ, где и завершил военную карьеру.
С торговкой Ксенией у Лукина концы не связались. Баба она была вольная, энергичная, деловая, постельная, но совсем не домашняя. Хозяйство ее не волновало. Детей заводить она не собиралась. К замужеству относилась с пренебрежением: зачем оно? Есть женщина, есть мужичок. Короче, есть чем, есть кого, есть где, чего еще требуется? Не нравится? Зад об зад, и разбежались. Нравится? Живем вместе, пока не надоест.
Лукину хотелось иного. Он наломался на службе, наелся одиночества от пуза – оно уже дошло до самого горла, так почему же не войти в тихую гавань, не завести семью? Оказалось, что не выходит.
Когда в военкомат пришли документы, Лукина повесткой пригласили прийти для оформления пенсии. Он прибыл к назначенному времени, немного подождал в очереди.
Принял Лукина майор – молодой, одетый в хорошо отутюженный китель с двумя ленточками медалей за выслугу лет на груди. Он взял из стопки папок личное дело подполковника и начал его листать. В корочки цвета пожухлого листа была впрессована целая жизнь офицера. И попробуй угадай из аттестаций, хорош этот человек или нет, если хорош, то чем, коли плох – почему?
Аттестации пишут люди, и у каждого на уме свой интерес. Лукин знал по личному опыту случай, когда командир батальона подполковник Сальков, завистливый и зловредный, написал аттестации на трех своих ротных. Офицеры это были толковые, но, чтобы их не забрали из батальона, Сальков аттестовал их, как не радеющих за дело разгильдяев и неумех. Приговор, который должен был лечь в личное дело каждого ротного, прочитал командир полка полковник Лютов. Был он человек спокойный и мудрый. Разобравшись, в чем дело, Лютов написал аттестацию на Салькова, прописав в ней все то, что комбат вылил на ротных. Потом пригласил подполковника и дал ему прочитать свой отзыв. Тот едва не бухнулся на колени: «За что?! Я служу! Я стараюсь!» – «Да разве может быть хорошим комбат, у которого все три ротных никуда не годны?»
Сальков все понял и тут же переписал аттестации своим подчиненным.
Что за годы службы накопилось в личном деле, Лукин не знал. В его руки полностью оно никогда не попадало. Но теперь это мало волновало. Пенсию по выслуге лет дать обязаны, остальным пусть подотрутся.
Майор вдруг оторвался от чтения. Взглянул на Лукина с интересом.
– Вы, Алексей Сергеевич, работу нашли?
Лукин горько усмехнулся.
– С моей-то специальностью? Если только в террористы податься.
– Тут с вами трудно спорить. – Майор подумал, потер пальцем правую бровь. – А если я вам предложу дело?
– Спасибо на добром слове, товарищ майор, но все зависит от того, какое оно.
Майор загадочно улыбнулся.
– Почти по специальности.
– Утопить пару барж на Москве-реке?
Теперь засмеялись оба.
– Чем черт не шутит. – Майор опять посерьезнел. – Подробностей я не знаю, но, если пожелаете, сведу с нужным человеком.
– Простите, товарищ майор, вы предлагаете это дело только мне? Или от него уже кто-то отказывался?
– Только вам.
– Почему, если не секрет?
Майор положил руку на личное дело Лукина.
– Здесь записано, что вы не просто высокий специалист. Сказано: «талантливый разведчик и диверсант».
– Вот не знал! – Лукин удивился искренне. – Кто же это мне такое вмазал?
Майор снова заглянул в личное дело.
– На аттестации по чистому полю дописано от руки… Да, вот. Подписал адмирал Рогов…
– Ну облом! Вот чего никак не ожидал!
– Так что насчет моего предложения?
– Давайте попробую. Чем черт не шутит.
Майор снял трубку телефона. Набрал номер.
– Александр Алексеевич? Майор Коржов. Здравствуйте. У меня сидит интересный человек. Посмотрите? Через час? Я объясню, где вас встретить.
Трубка легла на рычаг.
Час спустя Лукин спустился в подземный вестибюль метро «Маяковская». Ему всегда нравилась эта станция. Сочетание нержавеющей хирургически блещущей стали и теплых густых тонов орлеца, камня, еще именуемого родонитом, придавало подземому дворцу неповторимый облик сказочного чертога.
Того, кто его ожидал, Лукин угадал еще издали. Подтянутый мужчина – рост сто восемьдесят, вес около восьмидесяти – с холодными настороженными глазами, с седыми, аккуратно постриженными усами, в черном строгом костюме выглядел отчужденно и властно. У такого случайный прохожий не спросит дорогу или нужный адрес. А хулиган-задира не привяжется с просьбой дать закурить: под костюмом угадывалось сильное тренированное тело человека, способного за себя постоять.
Заметив подходившего Лукина, мужчина шагнул ему навстречу. Спросил: «Товарищ Лукин?», чем очень удивил последнего. Лукин ожидал, что человек с такой внешностью скорее всего назовет его господином или даже мистером
– Да, это я.
– Здравствуйте. Я – Крюков. – Рукопожатие было жестким, решительным. – Майор Коржов, должно быть, сказал вам, что я ищу людей для серьезного дела?
– Он сказал.
– Мы можем поговорить?
– Да, безусловно.
– Чтобы наш разговор стал доверительным, представлюсь. Александр Алексеевич. По службе ваш коллега. Только не амфибия, а сухопутный уж. Полковник.
– Спецназ?
– Не совсем. Активная разведка и диверсии. Есть боевой опыт. Ангола. Эфиопия. Ирак. Джунгли, горы, пески.
Лукин посмотрел Крюкову в глаза. Тот выдержал его взгляд и тут же спросил:
– Что, не похоже?
– Если честно, вы больше смахиваете на процветающего дипломата.
– А вот от вас я ждал большего. Выглядите вы не лучшим образом.
– В чем именно?
– Внешний вид – брюки измяты, ботинки не видели крема недели две.
– Три, – уточнил Лукин, – я приехал в город в военкомат с дачи сестры. Там копал огород.