Чтение онлайн

Я была чем-то вроде призрака, поэтому Грег даже не пытался меня обнять. Он лишь пристально смотрел в мое лицо. И его взгляд сказал мне без слов о многом.

— Крови мало, — встряла Рената в наш безмолвный разговор. — Лада скоро исчезнет.

— Я так благодарен, что вы смогли прийти и попрощаться, — печально произнес он. — Значит, вы обе услышали то, что я пытался вам передать.

— Извини, что нарушила обещание, — сухо сказала Рената, — и прошла по коридору времени, чтобы появиться здесь. Но ситуация такова...

— Что ты! Дорогая моя! — перебил ее Грег и обнял. — Ты же все равно для меня близкий человек, хоть мы больше и не принадлежим к одному сообществу. Мы, что называется, по разные стороны баррикад. А вернее, мы в мирах, которые не должны пересекаться. Но я помню и. люблю тебя, Рената! Так что извиняться тебе совершенно не за что! Да, я просил тебя никогда не появляться в этом времени, но сейчас я так рад, что ты все-таки пришла ко мне! Напоследок посмотрю на тебя... И на Ладу, — тихо добавил он и повернулся ко мне.

Его глаза заполнились слезами. Я ощущала, как от боли у меня начинает мутиться сознание.

— Я люблю тебя! — еле слышно произнес Грег.

— Люблю тебя! — ответила я, изнемогая от

желания прижаться к нему.

— Люди! — раздраженно сказала Рената.

И Грег повернулся к ней.

— Мы знаем, что рано утром тебя должны расстрелять, — сухо проговорила она.

И я затряслась от ужаса происходящего. Но Грег остался спокойным.

— Я ничего не могу обещать, — продолжила она. — Но прошу, если будет происходить что-то неординарное, ничему не удивляйся.

Лицо Грега стало напряженным. Он явно пытался понять скрытый смысл ее слов.

— Больше я ничего не могу сказать, — закончила она.

Грег ясно глянул на Ренату и кивнул.

—— Нам пора! — сказала она. — И вот еще что... Хочу найти эту тварь Маришку и прокусить ей горло. К своему стыду должна сознаться, что ее желание нашло в моей душе самый живой отклик.

Я бы даже понаблюдала, как «эта тварь» будет выть от ужаса при виде клыков Ренаты.

— Нет! — резко произнес Грег.

Его лицо потемнело.

— Почему? — удивилась Рената. — Она должна понести наказание.

— Нет! — повторил он. — Прошу тебя, не делай этого! Пусть она идет своим путем. Я не хочу быть причиной чьей-то смерти. Все это не проходит просто так, все остается во вселенной, а потом к нам возвращается. Я много думал об этом, сидя в заключении. И не хочу больше никому причинять зло.

— Хорошо, — после паузы согласилась Рената. — Будь по-твоему! Лада, ты сейчас исчезнешь, я вижу, как твой силуэт начинает смазываться. Нам пора!

— Лада! — вскрикнул Грег.

— Люблю тебя! — ответила я.

Но уже его не видела. Картинка смазалась, все заволокло туманом...

... Я открыла глаза и увидела, что сижу в мастерской в кресле. Прямо передо мной находилась картина. Но «паука» с восседающей на нем Лилой уже не было. Я вздохнула с облегчением. Рената тоже отсутствовала. Я сидела, не шевелясь, и вспоминала лицо Грега, каким его сейчас увидела.

— Милый, — шептала я, — любимый! Мы вытащим тебя оттуда! Я готова на все! Минут через десять возле кресла возникла Рената. Она бросила мне на колени что-то, завернутое в тетрадный листок.

— Зло взяло, что такая чудесная вещица, тем более которую Грег сделал для тебя, достанется жене или любовнице какого-нибудь чиновника. Никогда не любила это время!

Я развернула бумагу и увидела свою брошь. Погладив сапфировые крылышки бабочки, я улыбнулась и спросила:

— Где ты ее взяла?

— В кабинете следователя, вернее, в его сейфе, — ответила Рената.

— Надеюсь, попутно ты никого не покусала?

— Нет, кабинет был пуст, а сейф я даже пробивать не стала. Просто открыла замок, достала брошь, а потом все аккуратно закрыла. Пусть теперь разбираются, кто ее взял!

И она злобно расхохоталась.

Я обратила внимание, что на листке, в которую была завернута брошь, что-то написано, и торопливо расправила его на коленях.

— Стою пред вами, раскрыты руки. Опушены глаза.

Поставьте стрелы в тугие луки.

Я чувствую — гроза!

Все вместе — в сердце! Ну что же, цельтесь!

Ваш приговор жесток.

Прищурив взгляды, привычно смейтесь. Но спустит стрелы — рок.

Удар! Как в розу, мне прямо в сердце! И кровью лепестки

Скользят по ткани рубахи серой...

И крик: «Куда же ты?!»

Исчезло тело... И шепот нервный: «Мы взяли цель не ту?!

И поразили ударом верным Не сердце! Пустоту?»

Хочу — явлюсь вам, хочу — исчезну. Смотрите, не дыша.

Готовьте стрелы и цельтесь в бездну. Пред вами вновь — душа...

Прочитав, я оцепенела. Я хорошо помнила, что в первом письме Грега, которое он написал мне из прошлого, были отрывки именно этого стихотворения. Но сейчас тайный смысл этих строк поразил меня. Неужели Грег предвидел свой расстрел? Я знала, что поэты пишут по какому-то даже им не всегда понятному внутреннему наитию. Грег не раз говорил мне об этом. В памяти пронеслись материалы его дела, странная справка об исчезновении приговоренного с места расстрела. Кусочки мозаики начали складываться в понятную картину. И я мгновенно приободрилась, забрезжила надежда, что у нас все получится.