Чтение онлайн

Перед стартом было решено провести небольшой брифинг прямо в уличном кафе. Сюзерен, достав из пластиковой папочки ксерокопию автомобильной карты, розовым фломастером нарисовал на ней наш маршрут, рассказал о тех пунктах, в которых нам следует останавливаться для ночлега, посоветовал, что купить в подарок пигмеям и сообщил, как в случае экстраординарной ситуации, держать с ним связь. Этот последний пункт был самым коротким: никак! Нет в тех местах связи. Точнее, ее не будет на том отрезке, где мы оставим машины и углубимся в джунгли. То есть, примерно через 471 километр. До границы заповедника Дзанга-Ндоки чуть больше – 630 километров. Но Сюзерен очень сомневался, что джипы в такую распутицу, в сезон дождей смогут подобраться вплотную к границе заповедных лесов и потому, вполне вероятно, почти сто километров нам придется идти пешком.

В свою очередь он тоже захотел узнать, насколько мы подготовлены к таким серьезным испытаниям, что мы знаем о пигмеях, что мы знаем о джунглях и насколько мы отдаем себе отчет в сложности маршрута. Понятно, что ответственность за группу российских авантюристов осторожному министерскому сотруднику нести не хотелось. Доказывать нашу «квалификацию» пришлось Алексею, конечно же, не без помощи Ричарда:

– Мы предполагаем, что Ричард, как коренной африканец, будет нести ответственность за нашу безопасность,– сообщил Леша.– Михаил и Андрей – люди опытные. Они уже несколько раз путешествовали по Африке. Саша тоже не новичок в этом деле, был в Танзании и Кении, и много слышал о Центральной Африке. Но вот Вика и я приехали сюда впервые. Правда, что касается меня, то я не плохо знаком с историей Африки и много читал о ее коренном населении.

Алексей говорил все это почти равнодушным тоном, но хитрый огонек в его глазах выдавал, что он давно предвидел возможность удивить друзей своими знаниями. Поэтому вопросы Сюзерена пришлись очень кстати.

– Гм-м, вы утверждаете, что знаете кое-что о наших народах?– удивленно сказал Сюзерен. – В таком случае, может быть, вы поделитесь со мной своими знаниями? Потому что даже я, специалист министерства культуры, не могу сказать, что в нашей стране часто можно встретить того, кто действительно разбирается в африканских этносах.

Алексей уселся поудобнее, знаком подозвал к себе официанта, заказал холодную колу, затем небрежно положил руку на плечо Александра, сидевшего рядом с ним, и, зажмурив глаза, словно вспоминая, произнес:

– В Центральной Африке насчитывается около десятка основных племен пигмеев. Правда, если мы возьмем в расчет не крупные племенные образования, а то, как осознают себя сами пигмеи, то, боюсь, цифра может сразу подскочить до ста, а то и трехсот названий. Но для нас это не столь важно. Потому как здесь, на маршруте, мы можем увидеть представителей одного из трех основных этносов.

Так, например, есть шанс, что в тех местах живут пигмеи бабонго. Хотя, если я не ошибаюсь, изучать бабонго все-таки лучше в Габоне.

– Да нет, у нас тоже встречаются представители этого племени. – подтвердил Сюзерен. – А вы знаете, чем они отличаются от остальных пигмеев?

– По-моему, – Лёша наморщил лоб, – ничем особо и не отличаются. Так же занимаются охотой, собирательством…. Вот разве что деревни их устроены по-другому. Поселения бабонго состоят из 6 – 8 хижин, каждая из которых может вместить до 20 человек. Эти жилища строятся из грязи – способ, который бабонго переняли у своих оседлых соседей пигмеев митсого. Центральным сооружением в поселении является хижина мужчин, это важный элемент верований бабонго. Структура хижины копирует части человеческого тела, а завешенная задняя часть хижины вообще сакральна. Сюда могут входить только посвящённые люди – баанзи. Вход в хижину намеренно низок, так что каждому входящему приходится склонять голову…

Мы отвлеклись от собственных разговоров и с интересом прислушивались к рассказу Алексея, делая вид, что совсем не замечаем того, что информацию эту Леша зачитывал со своего ай-пада. Сюзерен, похоже, на электронную записную книжку не реагировал и не догадывался, зачем Алексей водит пальцем по экрану маленького плоского монитора. Даже в России ай-пады в то время были редкостью. В ЦАРе их, думается, еще и в глаза не видели. Тем временем, Алексей продолжал:

– Бабонго живут почти исключительно за счёт леса. Охота идёт круглый год, хотя в сезон дождей, как сейчас, задача облегчается, так как передвижения животных становятся более предсказуемыми. В основном охотой занимаются мужчины, и тактика охоты в различных деревнях и семьях может различаться. Мелкая дичь ловится с помощью силков. Лук и стрелы чаще используются для крупных животных, наконечники стрел традиционно смазываются ядовитой пастой из семян каких-то стручков. Но сегодня бабонго часто используют ружья, заимствуемые (вместе с пулями) у соседних бантуязычных племён в обмен на часть ценной лесной дичи. Это может быть даже горилла или слон, если удастся их найти, конечно…. Особенно меня заинтересовали традиционные верования бабонго. И в этом смысле я даже жалею о том, что мы вряд ли сами сможем с ней познакомиться.

– А что там такого? – перебил Алексея Саша, любовно погладив свою видеокамеру и представив, как он будет снимать какой-то уникальный ритуал.

– Бабонго, Сань, – носители религии бвити. Это такая особая система верований, аналог которой мы с тобой наблюдали в Латинской Америки у индейцев. Их вера основана на приёме коры растения ибога, обладающей мощным психотропным компонентом – алкалоидом ибогаином. Было замечено, что употребление ибогаина способно избавлять человека от алкогольной, кокаиновой, героиновой и амфитаминовой зависимости, однако из-за галлюциногенных свойств его использование было запрещено в США и в ряде других стран. В двенадцати других странах мира, в том числе в Канаде, Мексике и здесь, в Африке его клиническое использование разрешено.

Приём ибоги сопровождается длительными ритуалами с танцами, пениями и омовением тела. Именно прошедший обряд инициации бвити становится настоящим мужчиной – баанзи («тем, кто видел другое») с правом пребывания в хижине мужчин. Как ты понимаешь, дамы в ритуале не участвуют. Видения духов предков и получение от них указаний является важной частью опыта инициируемого. Бабонго верят, что они были первыми людьми на земле. Их лес – это также и место, где обитают Макои – духи леса, могущие быть злыми и милостивыми одновременно. Их можно вызывать из лесу барабанным боем, и их нужно ублажать на каждом шагу: для каждого действия есть свой ритуал и бесчисленные формы церемоний.

Например, когда кто-то умирает, его дух, по верованиям бабонго, будет оставаться в деревне и тревожить жителей, поэтому деревня нуждается в очищении. Это делается посредством барабанного боя, танцев и пения. Женщины омывают тело в хижине умершего и заворачивают его в его же прижизненную одежду. Затем мужчины несут покойника в лес для захоронения. Женщины разрисовывают лица белой глиной, и танцами и пениями умиротворяют дух умершего. После трёх дней и трёх ночей плача похороны завершаются. Бабонго имеют репутацию сильных колдунов, и своим знанием леса внушают уважение даже народам банту.

Пораженный знаниями Алексея, Сюзерен приподнялся со стула:

– Что ж, я полностью удовлетворен. Правда, в нашей стране, особенно в той части ее, куда отправляетесь вы, живет совсем иное племя.

– Акка? – уточнил Леша.

– Скорее, байакка… Так, во всяком случае, они сами себя называют. Но я уверен, что и о них вы тоже знаете достаточно, поэтому больше не смею отнимать у вас время. Вам пора в путь, ну а мне на работу.

Алексей остался сидеть за столиком, остальные поднялись и тепло попрощались с улыбчивым Сюзереном.