Чтение онлайн

— Поговорим?

На золотом алтаре стал разрастаться серебрянный шар, он становился все ярче и больше пока в нем не показался звездный бог. Юноша изящно взмахнул руками и шар растворился.

— Красиво появляешься-улыбнулся Лациф и обнял парня.

Тот растянул губы в неумелой кривой улыбке и спросил:

— Что случилось?

— У меня есть дело к тебе-Лацифа мучили совесть и сомнения.

Каждое слово давалось с трудом, но остановиться он уже не мог:

— Мне нужно попасть к тебе в склеп.

— Ты хочешь увидеть их тени?

— Я хочу вернуть их.

Марс пристально глядел на короля…Тоска и страх затаились в желтых глазах.

— Зачем тревожить мертвых?

— Чтобы жили-Лациф не мог отступить, когда был так близок.

— Коли получится, то пробуй, я препятствовать не стану. Но я хотел бы спросить.

— Спрашивай.

— Ты оставил кого- то вместо себя, король? Если жертвой будешь ты, не боишься, что Создатель явится и убьет их всех, тогда все это будет бессмысленно.

— Неужели ты думаешь, что я обо всем этом не размышлял. Но я понятия не имею как надолго еще растянется это противостояние. К тому же у них останется Венера, ты и Мирайя, да и Гаут не оставит их. А насчёт приемника, так им является Томас.

— Тени накажут тебя за произвол, король, и больше не пустят ко мне. Ты должен знать. И твой запах… — звездный бог глубоко вдохнул воздух рядом с королем, — он становится горьким.

— Это плохо?

— Просто раньше он был похож на холодный свежий ветер.

— Со мной все будет нормально-процедил Лациф, не желая больше вести беседы. — Отведи меня к ним.

— Тогда идем-янтарные глаза смотрели на него без всякого осуждения или презрения и гомокул вошел следом за божеством в появившийся сверкающий пространственный тоннель.

Они оказались в крипте и Марс изящным шагом пошел вперед. Склеп, подчиняясь воле своего хранителя, освещал ему темный зал, зажигая серебрянные факелы на стенах. Юноша подошёл к огромным дверям, и те распахнулись, приветствуя Марса.

Бог звезд пересек весь зал и застыл у трона. Взмахнул рукой и тронное место стало переливаться серым сиянием, выстраиваясь в дверь. Юноша вошел и пригласил Лацифа. Они стали спускаться по витиеватой лестнице вниз. Бог и демон шли молча и чем дальше спускались тем холоднее и темнее становилось. Наконец ступени закончились и Марс коснулся своей ладонью огромного факела, стоящего посреди мрака, тот засиял и белый свет разлился от него по длинным желобам, осветив бескрайнее поле из каменных гробов, над каждым из которых зависли мерцающие синевой пустые бестелесые тени.

— Вот и сама крипта. Ты первый из ныне живущих, кто видит ее воочию. Место, где тени находят покой. Их последнее пристанище. Королева и принц там-указал юноша вперед. — Ты найдешь их без меня. Просто иди по этому пути и никуда не сворачивай.

Лациф кивнул, а Марс склонил голову в поклоне и исчез.

Тело не слушалось, ноги подкашивались и время от времени прирастали к земле. Одновременно он безумно торопился и тут же невероятно сильно медлил. Лациф метался, дергался, то шел вперед, то возвращался назад. Носился из стороны в сторону, кусал кулаки, дырявил ладони, осознавая какой кошмар он творит, но не мог найти сил остановиться.

В конце концов он все же увидел их.

— Сынок.

Над серым гробом висел призрак Томаса. Полупрозрачная дымка, струящаяся от несуществующего ветра. Лациф взглянул на него и протянул руку, но она утонула в неосязаемом дуновении бесплотной тени.

— Мальчик мой.

Словно застывшая фотография принца. Глаза открыты, на губах легкая улыбка. Но он не здесь. А в его груди зияет темная дыра.

Лациф поглядел на гроб по другую сторону от себя.

— Натиэлль.

Она была прекрасна даже сейчас. Спокойна и умиротворена. Будто бы смотрит прямо на него своими бесцветными очами.

— Я люблю тебя- скользнула его рука по ее невесомой щеке. — И именно поэтому я знаю, что ты меня поймешь. Первым я верну Томаса. И если паду в ту же секунду, то займу его место на небесах рядом с тобой. Если нет, то непременно верну и тебя- прошептал он ей, продолжая смотреть в родное лицо. — Прости меня, Сашка, за все, что я натворил и еще натворю.

Лациф неторопливо подошел к другому гробу. Он склонился над мерцающей тенью, что была так похожа на его сына и замер. В руке появился бутылек. Хлоп и крышка слетела. Из длинного стеклянного горлышка заструились песчинки золотого света, что тухли как только касались воздуха этого места.

— Всего одна капля… — занес он зелье над синеватой дымкой.

Руки безжалостно дрожали, тело трясло так, что зубы начали стучать.

"Еще немного, лишь чуть наклонить сосуд…"

— Черт подери!

Лациф рухнул на каменный пол и заревел.

— Не могу-обхватив голову руками, зашатался он из стороны в сторону. — Я не могу!

В голове неслись образы ребят. Счастливое лицо Эрика на свадьбе, его улыбка, добрый взгляд Фила, смех отца, ворчание Бетти и эти слова Алекса, которые он никогда уже не позабудет:

"Я живой…"

Бутылек исчез в инвентаре. Лациф свернулся в клубок на холодном каменном полу и заревел навзрыд. То ли от беспомощности, то ли от ненависти к себе. Его тело обрастало то шерстью, что мгновенно палилась и дымила, то голубым пламенем, освещающим полумрак. Он менялся, но не замечал этого, когти впились в плиты, безликий вырвался наружу и громкий истязающий болью крик ударился о стены крипты и разнесся эхом над Цивитасом.

Хоске, сидящий у алтаря Марса, поднял голову, а вместе с ним и все Бессмертные. Фил тоже посмотрел в небеса. Бетти, колдующая над останками телота, Эрик, играющий с Тумом, Алекс, что гулял с Мэлади. Все они взглянули на голубое чистое небо.