Зрячая
Шрифт:
Мой отец полукровка. У меня супер-пупер крутой дар. А еще — Искуситель-педофил и садюга-апостол-Хранитель. Ничего не забыла? И что мне выбрать? Ужас!
Как бы я ни хотела этого всего, сейчас я хочу, чтобы эта встреча оказалась лишь сном.
========== Часть 3 ==========
Я всю ночь провела в раздумьях, заснуть не могла даже под утро. И выбрать решила, все-таки, Тьму. Уж больно строгие эти ангелы. Еще бы Матвею это осмелиться высказать…
— Доброе утро, пухличек, — резануло по глазам алым светом, и явился предо мною Гаал.
Тут же следом явился Мытарь, явно очень злой.
— Разве ты не знаешь, что не имеешь права находиться рядом с Анной без меня, пока выбор не сделан? — грозно подбоченился ангел.
Снова они будут переругиваться, а мне и слова не дадут сказать…
— Насчет выбора, — встряла я, пока брюнет набирал воздуха в грудь для ответной тирады. Оба повернулись ко мне с надеждой во взгляде, — я… Это… Ну… — смутившись, я опустила взгляд и указала на пол, надеясь, что мой намек поймут.
Ад же, как бы, под землей, но уж очень расплывчато…
— Йюху! — победно вскинув кулак, демон заулыбался.
— Да ты не смущайся, — присев рядом, Матвей ласково погладил меня по голове, — мало кто выбирает Свет, да и цель в этом случае у нас общая, так что ничего страшного, — шмыгнув носом, я робко улыбнулась, — я все равно останусь твоим Хранителем, и, если что, сразу жалуйся мне на этих подлых, низких, грязных…
— Мы поняли тебя, святоша, по-ня-ли! — усмехнулся Гаал, присев слева от меня. — Я тоже так и останусь твоим… Ну, можно сказать, куратором. По всем вопросам обращайся ко мне, — излюбленным жестом подмигнув, брюнет приобнял меня, как вчера. Я напряглась, и тут же снова услышала: — такая милашечка, пухленькая такая, нямки…
— Держи себя в руках! — я просто отпихнула его, положив ладонь прямо на лицо.
— Вот подрастешь — и я на тебе женюсь, — с улыбкой предупредил демон, ухватив мое запястье и целуя пальцы.
— Я тебе “женюсь”, скотина, — вдруг зашипел Матвей, — я тебе сейчас так “женюсь”! — похлопав себя по карманам джинсов, блондин обеспокоенно пробормотал: — Я же брал с собой святую воду…
Охнув, темный испарился. Хихикнув, ангел встал, размашисто меня перекрестил и, наклонившись, чмокнул в лоб. И тоже свалил.
Фух, ну и ночка! Повалившись обратно на подушку, я уставилась в потолок. Зато меня не отчитывал святоша за выбор, это уже гора с плеч. “Нямки”, блин…
— Ты вставать собираешься? — недовольно окликнула мама из-за двери.
А вот папа меня любил, даже умер за меня! Показав язык закрытой двери, я встала, потянулась, правда, после этого пришлось натягивать задравшуюся футболку обратно на жир. О, точно, я знаю, что попросить у Гаала на день рождения…
Подойдя к шкафу, чтобы достать свежую рубашку и джинсы, я охнула и зажмурилась. Осторожно приоткрыв один глаз, уставилась на себя в зеркало. Нет, не показалось. Мои волосы ровно по пробору из русых стали черно-белыми. Справа белоснежными до рези в глазах, слева — цвета воронова крыла. И как я это объясню?! И как это вообще возможно? Могу допустить, что после вчерашнего поседела. Черт с ним, что только на одну сторону. Но почему другая сторона почернела-то?
Вздохнув, я расчесалась, собрала волосы в конский хвост. Причем так, чтобы волосинки разных цветов не смешивались. Здорово, конечно, никто не спорит, но вкупе с лишними двадцатью килограммами смотрится так, будто я просто пытаюсь выделиться. Наверное, это потому, что во мне Тьмы и Света поровну.
Так, стоп. А не шиза ли это, м? Да ну нет, один раз — ладно, но два… Это слишком даже для шизы, определенно. Все, хватит глупых размышлений! Сбылась моя мечта — я уеду или улечу, или как там еще меня будут транспортировать в Ад.
Когда я уже застегивала на себе рубашку, отмечая, что снова поправилась, раздалось красивое переливчатое птичье пение. Это у нас дверной звонок такой. Интересно даже, кто пришел…
Подхватив собранный с вечера рюкзак, я вышла в прихожую одновременно с мамой. Она уже уложила волосы и надела юбку, а вот на верхней части ее тела был только халатик. Глянув в “глазок”, она торопливо поправила прическу и щелкнула замком.
— Доброе утро, — вежливо поздоровался Гаал, поправляя черный галстук и воротничок черной же рубашки. И костюм тоже черный, и волосы приглажены. Прям ух!.. — я рад, что застал вас дома. Разрешите войти?
— Ох, да, да, разумеется! — засуетилась маман, посторонившись. — Подождите в гостиной буквально минутку, я оденусь…
— Конечно, — обольстительно улыбнувшись, демон проследовал в указанную комнату, и не подумав снять черные блестящие туфли, а мама скрылась в своей спальне, — уф-ф, ненавижу костюмы! — плюхнувшись на диван, брюнет прикрыл глаза ладонью.
— А чего ты в черном весь? — я села на другом конце дивана, откинулась на спинку и скрестила руки на груди.
— Так не имею права белое носить, — фыркнул он, расстегивая пуговицы пиджака, — а святошам так же черное не положено. Это вам, серым, можно, — ясненько, я серая теперь… — кстати, как твоя прическа тебе?
— Шок, — лаконично отозвалась я, вызвав у Гаала улыбку.
— Это ничего, это бывает… — рассеянно пробормотал он, буквально из воздуха вынимая несколько листов бумаги с мелким текстом.
— Простите, что так долго! — торопливо процокала каблучками мама. — Ань, ты почему еще не ушла? Опоздаешь ведь.
Ненавижу, когда она на публику начинает говорить со мной так ласково, фе.
— О, ей не нужно никуда идти, — вмешался демон, — позвольте мне объяснить цель моего визита. Меня зовут Игорь Басурин, я представляю одну из государственных школ для одаренных детей, — как врет-то складно…
— Одаренных? — фыркнула мама, но тут же поправилась: — Я, конечно, все понимаю, но…
— Нет, вы не понимаете, — мягко сказал “Игорь”, — я лишь пришел известить вас, если вы будете препятствовать, мы лишим вас родительских прав и все равно заберем Анну, — ого, вот это методы! — тем более, она сама не против.
— Ань, иди собираться, — напряженно приказала маман.
— Не нужно, ей дадут все необходимое, — Гаал подал маме два скрепленных листа: — подпишите здесь, пожалуйста.
Ручка волшебным образом оказалась в его пальцах, перекочевала к ошарашенной маме. Одна подпись — и демон поднялся, подмигнув мне. Я тоже торопливо вскочила.