Чтение онлайн

– Пеньков пиявку убил, - объяснил он.
– Ждали вас утром, смотрим - кружится. Володька взял карабин - и в пустыню!

– С первого выстрела снял!
– хвастливо объяснил Пеньков.
– Нет, Феликс, все-таки эти подствольники - классная штука. Правда, и пиявка удачно подставилась, с первой гранаты - напополам.

Следопыт подошел к краю бархана и заглянул вниз. На мерзлом красном песке темнело пятно, посреди которого неподвижно лежало бурое тело пиявки, изуродованное взрывом гранаты. Он машинально посчитал сегменты. Сегментов было шесть. "Все правильно, - с тоскливым гневом подумал Феликс.
– Наверное, она ждала меня здесь всю ночь. И удивлялась, что я не прихожу. А утром увидела Пенькова. И радостно бросилась ему навстречу. Как собака, которая долго ждала хозяина. Она же не знала, что Пеньков встретит ее выстрелом из гранатомета! Она ждала хозяина, друга ждала, а не охотника..." Он осторожно прыгнул с бархана и подошел к убитой пиявке. Шесть глаз ее были широко и укоризненно открыты.

Рыбкин отвел глаза. Утренняя радость куда-то исчезла, на смену ей пришло неожиданное горькое отчаяние. Он не мог смотреть на Пенькова, хотя и понимал, что это глупо, что простодушный астроном ничего не знал. Винить следовало прежде всего самого себя. Если бы ребята знали...

Че-ерт! Он стиснул кулаки, стараясь не смотреть ни на дышащего радостью Пенькова, ни на ничего не понимающих, но чувствующих неладное Матти и Белого, на встревоженную его поведением Наташу. Говорить ничего не хотелось. Да и что теперь говорить!

Феликс сел на край бархана, чувствуя, как предательски влажнеют под маской щеки. Как все глупо получилось! Он с размаху ударил кулаками в мерзлый неподатливый песок.

– Он же за Наташу боялся... И за тебя!
– что-то сообразив, вздохнул Матти.

– Ну!
– подтвердил Пеньков, бестолково взмахивая обеими руками.

Карабин был уже у него за спиной, и лучи красного солнца робко играли на ворони ствола.

– Помолчите, ребята, - негромко сказал Сергей.
– Кажется, ты опять сделал что-то не то, Володя!

Наташа молча присела на бархан рядом с мужем. Ее присутствие делало осознание собственной вины еще более острым. Рыбкин судорожно вздохнул, посмотрел в темно-фиолетовую бездну над головой. В бездне бледно расплывались вдруг растерявшие резкость звезды.

Можно было продолжать искать оправдание себе, Пенькову и всем тем, кто никогда не ходил по пустыням Марса без карабина. Но все это было бы лишь ненужной и пустой тратой времени. "Хватит стрелять, - неожиданно подумал Феликс.
– Хватит. В прорезь прицела никогда не увидишь чужой души. То, что видно в прицел, всегда становится мишенью..."

Красное холодное солнце высвещало безжизненные марсианские пески до самого горизонта. На западе стремительно всходил похожий на тающую льдинку Деймос.

Наташа положила руку на плечо Феликса. Рядом с ними уныло топтались ничего не понимающие астрономы. В низинке между барханами блуждали тени, и с легким льдинистым звоном скапливался бурый марсианский снег, постепенно заметая остывшее тело мертвой пиявки.

Убивать - это проще всего. Куда сложнее делать из вчерашних врагов друзей и чувствовать, что ты всегда в ответе за тех, кого однажды приручил, что ты должен, ты просто обязан дарить им тепло и свет своей человечьей души.

Царицын, май 1999 года