Чтение онлайн

— Это хорошо, я бы не хотел, чтобы Йэн и мама беспокоились.

— Они все равно беспокоятся. О тебе.

Ноэль смутился.

— Но беспокоиться совершенно не о чем.

— За исключением твоих политических убеждений.

— А это, дорогая, касается только меня.

Она попробовала подойти к нему с другого конца.

— А ты видел Звездного Всадника?

— Да, — ответил он лаконично.

И она сглотнула комок в горле при виде того, как выражение его лица сразу стало непроницаемым.

— Он был в порядке? — спросила Кэти, немного помолчав.

— Если не считать нескольких ран, то можно сказать и так.

— Он действительно выкрал английский корабль?

— Да, и в придачу двух роялистов.

— Что ты говоришь?

— Хью Кэри и его дочь Аннетту. Она ухаживала за ним, когда он лежал у них в доме.

Она молча, вопросительно глядела на Марша.

— К сожалению, Аннетта узнала, что он не тот, за кого себя выдает. Джон Патрик опасался за мою жизнь. Он оставил мне письмо. Черт побери! Я же предупреждал его, чтобы он не…

— Чтобы что?

— Полагаю, он в нее влюбился. Она тоже… относилась к нему с симпатией. Думаю, что сейчас она резко переменила свое отношение.

— Джонни? Наш Джонни? Влюбился? В сторонницу короля?!

— Боюсь, что так. А ее отец… он перестал говорить, совсем как некогда тетушка Фортуна. Его обмазала дегтем, вываляла в перьях и вообще едва не убила банда негодяев, которые называли себя повстанцами.

— Господи боже! — и это все, что она могла сказать.

Джонни, который был яростным противником англичан, влюбился в женщину, им симпатизирующую, да еще в такую, которая имела достаточные основания ненавидеть восставших американцев. Все это было так похоже на ситуацию, в которой оказались они с Ноэлем.

— Он повез ее домой, в Мэриленд. Надеется, что Йэн и Фортуна сумеют помочь ее отцу снова заговорить. Слава богу, что Аннетта оставила письмо с правдоподобными причинами их отсутствия, но все-таки я опасаюсь, что это может показаться кое-кому подозрительным.

Он поджал губы. Раньше она не замечала такой привычки. Сердце у нее дрогнуло. Что-то произошло между братьями.

— Расскажи, что дома? — попросил он, меняя тему разговора, но она настаивала на прежней:

— Я хочу, чтобы ты побольше рассказал мне о Джонни. Каким образом он оказался в доме у этой семьи?

— После того как его корабль затонул, ко мне явился человек от него. Англичане прочесывали всю Филадельфию в поисках Джонни. И я подумал, что самым безопасным будет для него дом, где выхаживают раненых английских солдат.

— А почему ты его не оставил у себя?

Он с упреком взглянул на Кэти:

— Да потому, что обыскам подвергаются прежде всего врачебные приемные.

Она пытливо посмотрела на него и улыбнулась:

— Значит, ты спрятал его на виду у всех?

— Я полагал также, что он не причинит зла людям, которые к нему добры.

— А тебе известно, что он его причинил?

— Кэри не захотели бы уехать с мятежниками добровольно.

— Ты называешь таких людей мятежниками? Не патриотами?

Ноэль удивился:

— Ты зачем проделала такой длинный путь? Чтобы поспорить со мной насчет определений?

— Ну, не совсем так.

— Так зачем?

Говоря это, он дотронулся до локона, выбившегося из ее прически, и заправил его под капор. Рука его задержалась у щеки Кэти на секунду дольше, чем требовалось.

И Кэти ощутила всю ласку этого беглого прикосновения. Его нежность. Сердце ее сжалось. Ей тоже захотелось коснуться Ноэля. И чтобы он ее обнял и прижал к себе.

Она отступила назад.

— Зачем ты приехала, Кэти?

Ей нравилось, как он ласково выговаривал ее имя. Ей было жалко, что ласкает он лишь воздух.

— Я надеялась убедить тебя вернуться домой.

— Что я там буду делать? — очень тихо спросил он.

— Нам нужен врач на Западном побережье.

— Только поэтому ты приехала?

Кэти знала, куда поведут дальнейшие расспросы, но она не собиралась ему навязываться.

— Ты нужен Йэну и матери. Они по тебе скучают.

— Это они просили тебя доставить меня домой?

Нет, то была ее идея, но она не считала нужным в этом признаваться. Слишком много времени пролегло между ними, слишком много воды утекло. Разбитое сердце не склеешь. И она солгала:

— Да.

Он сдвинул брови, и ей на какую-то долю секунды почудилось, что он серьезно раздумывает над ее предложением.

— Я не могу сейчас оставить Филадельфию, — наконец сказал Ноэль, одним махом уничтожив ее надежды.

— Не можешь или не хочешь?

— И то и другое, — холодно ответил он. — Да и какая разница?

— Да, конечно. Ты хочешь остаться со своими английскими друзьями? Или… — и она осеклась.

— У меня здесь большая практика, Кэти. У меня здесь действительно есть друзья. Здесь протекает моя жизнь.

Практика. Друзья. Жизнь. Каждое слово было, как нож в сердце. Она вскинула голову:

— И женщина тоже есть?

Его карие глаза на мгновение вспыхнули.

— Для меня существует лишь одна женщина в мире, и, думаю, тебе это известно.

— Фелисити? — вырвалось у нее, и она сразу же возненавидела себя за то, что не сдержалась, но ей необходимо было знать, как он относился к своей жене.

— Нет, не Фелисити, — и больше он ничего не стал объяснять.

— Тогда поедем домой.

Он опять коснулся кончиками пальцев ее щеки.

— Хотел бы я иметь такую возможность, Кэти, но у меня здесь дела.