Чтение онлайн

— Не надоело опять бои обсуждать? — перебил пустившегося опять в свою бесконечную болтовню танцора Шиин. — Лиас, как хочешь отметить новое зрение?

— Не знаю, — улыбнулся светлый эльф, — а как у вас обычно отмечают?

— В таверне!

— В борделе!

Одновременно отозвались Асин и Кьяр.

— А можно просто что-нибудь вкусное на рынке купить и пойти в комнаты? — Лиас, конечно, был рад, что его операция в итоге прошла успешно, но оба варианта казались ему вполне обычным времяпрепровождением тех, кто их предлагал. К тому же, ему не очень хотелось шататься по городу без Наи: он ещё не настолько освоился в Таэмране, чтобы чувствовать себя спокойно, гуляя здесь без обладающей достаточно высоким статусом женщины.

— Ну, можно и так, — согласился за всех Шиин.

***

Ная, Эмиэль и Иран без сил рухнули на пол в первом попавшемся углублении, хоть сколько-то напоминавшем место для привала.

С того момента как они завершили ритуал и уничтожили сундук с трупом, им пришлось ещё долго отбиваться и убегать от всевозможных тварей, лезущих из прорехи между измерениями, но в итоге, спустя часов шесть гонки и сражений, им, наконец, удалось оторваться. То ли брешь, наконец, затянулась, то ли они просто отбежали уже достаточно далеко, чтобы монстры перестали их чувствовать. Уставшие, израненные и истощённые, они доплелись докуда смогли, чтобы хоть немного отдохнуть в относительной безопасности.

— Ная, ты сознание от потери крови не потеряешь? — всё ещё пытаясь отдышаться, обеспокоенно спросил Эмиэль.

— Не должна, — отозвалась женщина.

Ей досталось от тварей больше всех, потому что она, как и положено было предводительнице, пыталась не только отбиваться сама, но и перехватывать атаки на своих мужчин. В итоге, Нае порвали клыками предплечье и сильно разодрали когтями бедро — спасло только то, что артерию не задели. У Ирана был глубокий след от зубов на загривке, который чуть не стоил ему перекушенного позвоночника, а у Эмиэля были исцарапаны когтями все плечи, и по выбритой части головы тянулась длинная рана.

— Предлагаю съесть одно сердце и лечь спать, — выдохнула Ная, понимая, что перед глазами всё же противно мелькали тёмные пятна.

На дежурство сил ни у кого не осталось, так что выставив барьеры, на которые ещё хватало сил, все трое уснули сразу после вялой трапезы.

К следующему привалу они уже более-менее пришли в себя, и Ная, наконец, задумалась о том, как высушить второе сердце так, чтобы оно превратилось в «мешок». В конце концов она вытащила медную чашу, с которой проводила ритуал, и разрезав перегородки внутри сердца ножом, надела его на неё. Сушилось сердце до отвратительного медленно. В основном потому что вымотанная женщина постоянно теряла концентрацию и засыпала, а её огонь в эти моменты гас.

— Зачем ты это делаешь? — вполне реалистично изобразил непонимание Эмиэль.

— Деликатес, — каким-то чудом уловив его игру, подхватила Ная: если их память будут просматривать, зачем сушить сердце нужно было как-то объяснить, чтобы это не вызвало лишних вопросов. Едва ли кто-то стал бы проверять все их мысли за три недели — слишком сложно, муторно и долго, но действия просмотрели бы обязательно, о чём они говорили, возможно, тоже, если возникли бы какие-то сомнения, а Ная додумалась взять сердце для Матери Лияр именно на этом задании. Жаль, что в тот момент, когда она приказала вырвать сердца монстров, она об этом не подумала. Можно было, конечно, просто съесть оставшееся второе сердце, но время шло, а твари с сердцем такого размера попадались не слишком часто — было бы глупо упустить эту возможность, так что оставалось на будущее оправдываться перед магами сознания из Ар’тремон, — надо же что-то нашему светлому эльфу с задания принести. Грустно как-то совсем без подарка к нему после всего, что он пережил, возвращаться, — продолжала предводительница.

— Сушеное будет невкусно, — равнодушно хмыкнул Иран.

— А сырое мы не донесём. Если что, будет мешок на память, — возразила Ная.

Дальше они пошли только после того, как она закончила мучить несчастное сердце своим неровным пламенем. Магическая сила постепенно восстанавливалась, но переходы им троим всё равно давались с трудом: раны заживали плохо из-за отсутствия необходимого ухода и яда некоторых монстров. Тем не менее, идти было нужно, потому что лучше могло стать только в Таэмране.

— Погано без Аэна, — констатировал Иран, привалившись боком к стене возле небольшого родника, пока Ная очередной раз промывала его укус.

— Ещё как, — согласилась предводительница.

— Твои раны становятся хуже, — заметил Эмиэль, глядя на её предплечье.

— Я знаю, болят ужасно. Но что поделаешь? — вздохнула женщина. — Просто постараемся как можно быстрее добраться до города. К счастью, ваши раны чистые и хорошо заживают.

— Когда-нибудь ты избавишься от привычки закрывать нас собой, — недовольно буркнул Эмиэль, понимая, что надеяться на это в общем-то не стоило.

— Никогда, — Ная улыбнулась, подтверждая его мысли, и жестом показала ему садиться, чтобы она могла помочь ему омыть изодранные плечи.

— Ты на фоне нас обоих как щепка перед булыжниками, а всё равно лезешь вперёд, — продолжал упрекать её Эмиэль, снимая рубашку.

— Я — предводительница. Моя первая обязанность — сохранить ваши жизни. Думай что хочешь, но я считаю, что я справилась, — отрезала женщина.

— Справилась… — Эмиэль дотронулся ладонью до её горячего лба и сжал губы в тонкую линию. Ная не менялась: как бы плохо ей ни было, она до последнего это скрывала, чтобы отряд мог уверенно идти вперёд.

Однако через двое суток температура Наи стала ещё выше, а раны на руке загноились. Эмиэль настоял на том, чтобы нести её на руках — сил сопротивляться у женщины уже не было. Почти всё оставшееся время пути до Таэмрана она проспала. Периодически выныривая из тягучего забытья, она видела перед собой только грудь и плечи одного из своих мужчин, которые несли её по очереди, и бесконечные стены тоннелей, которые казалось уходили вперёд, куда-то в вечность, и никуда не вели. Она совершенно потерялась во времени, а потом тьма перед её глазами окончательно сомкнулась, отказавшись её отпускать.

Когда Ная очнулась, она обнаружила себя в кабинете лечебницы Дома Сиэль: эти выбеленные стены, длинные стеклянные шкафы и характерный запах порошков, мазей, настоек и эликсиров сложно было не узнать. Что-то слишком часто последнее время она здесь оказывалась, хорошо хоть не всегда из-за своих ран.

— Какого демона? — возмутилась предводительница скорее в ответ на свою последнюю мысль, чем на саму ситуацию. — Как я сюда..?

В голове почему-то всё путалось, воспоминания всплывали обрывками. Вот она берёт задание у Матери Ар'тремон в обмен на помощь Лиасу, вот они с Эмиэлем и Ираном идут за сердцем йурдака в Скалистые щели на юге, вот на них нападает стая этих тварей, вот им удаётся-таки вырвать одно сердце, вот их ранят, вот они идут по тоннелям, раны мужчин заживают хорошо, а ей становится всё хуже. На этом воспоминания обрывались.