Чтение онлайн

— Тип магии — земля. Разновидности — чистая и кровь. Моё заклинание предводительницы — «кровная связь», «печатью клятв» я тоже владею, — монотонно сообщила Ракари.

Ная бросила на неё хмурый взгляд и, для приличия изобразив задумчивость, кивнула.

Тянуть время Ракари не стала. Она быстрым шагом подошла к Нае и, вытащив кинжал, провела лезвием по своему запястью, а потом сделала то же самое с запястьем Наи.

— Я клянусь, что ни от меня, ни от моего отряда никто и никогда не узнает о твоём фениксе и о сегодняшних сражениях, — Ракари прижала свою рану к ране Наи и, когда она подняла руку, кровь взметнулась в воздух и на секунду застыла круглой печатью с бегущими по ободу словами клятвы, а после свернулась, разделились надвое и исчезла в порезах женщин. Раны практически мгновенно зажили, не оставив и следа.

Закончив заклинание, Ракари бросила тяжёлый взгляд на свой отряд:

— Одно ваше неверное слово будет стоить мне жизни, — предупредила она, — вы знаете, как работает эта магия.

— Мы будем молчать, госпожа Ракари, — склонили головы мужчины.

— Асин, стирай память Райнары вплоть до этого момента, — приказала Ная, — Аэн, погрузи её в сон, чтобы лишних вопросов не возникло. Отдыхаем шесть часов и идём дальше. Дежурит мой отряд. Сами решайте кто и в каком порядке.

— Пусть Ариен спит с тобой — тебе явно не помешает морально восстановиться после всего этого, — предложил Кьяр, — а мы подежурим как обычно.

Остальные согласно кивнули. Все решения были приняты, приказы получены. Ная отозвала феникса, Шиин перепроверил барьеры и отправил в тоннели элементаля, оставшись дежурить первым.

Когда все расстелили шкуры, Райнара послушно легла на свою и, бросив какой-то странный нечитаемый взгляд на Эмиэля, закрыла глаза, позволяя Аэну погрузить её в сон. Единственное, о чём ей было жаль забывать, это о том, что Эмиэль на самом деле оказался мужчиной, на которого можно было положиться, который не побоялся заступиться за неё, который в действительности оказался точно таким же, как и в её воображении.

Спустя пятнадцать минут Асин стёр память Райнары, отчитался Нае и лёг спать, пока не пришла его очередь дежурить. Аэн ещё какое-то время возился с ожогом Райнары, пытаясь, по возможности, полностью его заживить, а потом тоже ушёл к своему отряду отдыхать. На сегодня у всех впечатлений было более чем достаточно.

— Какого демона? — Райнара рассматривала след от ожога у себя на руке и прожженный наруч.

— Мы вчера всё-таки подрались, не помнишь? — усмехнулась Ная, глядя на неё. — Вот и я не помню. Ребята говорят, что мы орали друг на друга и размахивали клинками минут двадцать, а потом перешли на рукопашный, врезали друг другу по черепу и обе вырубились. Аэн нас тут несколько часов в порядок приводил.

— То есть ты меня ранила, а я тебя — нет?! — взвилась Райнара.

— Один, один и ничья, — недовольно фыркнула Ная, показывая свой порез на запястье, — вставай и пошли отсюда. Развалилась… В Таэмран уже хочется до одури.

— Потерпишь, — прошипела Райнара, но встать всё же встала.

Лиас поражённо смотрел на свою предводительницу: до этого момента он почему-то искренне считал, что Ная, в отличает от остальных дроу, никогда не врёт. И вот она только что выдала целую историю, в которой не было ни слова правды, не считая ранений, и в которую Райнара ещё и поверила. Он уже хотел было возмутиться, но ему помешала Ракари закрывшая ему рот поцелуем.

— Не вздумай ничего говорить. Всё было ровно так, как сказала Ная, ты понял? — мазнув губами по его скуле, едва слышно прошептала женщина ему на ухо.

Лиас кивнул, но остался внутренне недоволен. «Живёшь с ними, играешь по их правилам», — мысленно напомнил себе светлый эльф, но негодование от этого никуда не делось: теперь ему ещё и врать приходилось вместе с остальными.

Не смотря на предупреждение, проходя мимо Наи к своему ящеру, Лиас всё же не сдержался:

— И как тебе совесть позволяет?

Предводительница на секунду замерла, а потом вдруг с радостным криком бросилась на шею светлому эльфы, перепугав всех в пещере, а его самого вогнав в ступор.

— Ребята, наш зануда вернулся! В Таэмране идём прямым ходом в таверну! Меня снова упрекают в неподобающем поведении! — расхохоталась Ная.

— Ну слава Богам! — подхватил её смех Иран, — вот теперь ты должен мне три серебряных за мою лошадь!

— Вам эти лошади бесплатно достались! И медяка не получишь! — негодуя, развернулся к тому Лиас.

— Ничего себе бесплатно! Мы их честно заработали! — начал спорить Иран.

— Да вы притащили гоблинов к людям, чтобы войну устроить! Какое, к демонам, честно?! — возмущённо всплеснул руками светлый эльф.

— Слышали, правда, наконец-то орёт на меня как раньше, — Иран от души хлопнул Лиаса по спине, — только теперь ещё и ругается по-нашему. Молодец!

— Может ещё и на поверхность хочешь? — хохотнул Аэн.

— Нет, на поверхности мне делать нечего. Особенно если я теперь ещё и ругаюсь по-вашему и даже не замечаю, — улыбнулся Лиас.

Он только теперь до конца осознал, что произошло и чему его отряд так радовался. Оковы рабства, действительно, спали с его души, и он, наконец-то, чувствовал себя совершенно свободно. Когда это случилось, он и сам не знал, но понял, как и остальные только сейчас. Внезапно ему тоже захотелось в таверну, сладкой настойки из лиан, чтобы рядом сидела и смеялась Ракари, а потом уйти куда-нибудь с ней вдвоём. Поймав себя на этих мыслях, Лиас покачал головой — он, и правда, начинал вести себя, как дроу. Но если таково было влияние метки Ракари в его теле, то он был не против.

— Да гоблина лысого мы тебя отпустили бы, даже если бы и хотел, — Кьяр подал Лиасу поводья ящера, — ты — наш светлый эльф, твоё место здесь, хватит с тебя приключений.

— Рядом с вами мне, наоборот, кроме приключений ничего не светит, но я, на самом деле, только за! — хохотнул тот.

Лиас никогда бы не подумал, что годы страданий можно перечеркнуть всего за несколько месяцев, но появление Ракари стало для него мощным толчком, заставившим его забыть всё лишнее и снова стать собой. Ведь он должен был её защищать, он должен был поддерживать её и быть её опорой — он больше не мог позволить себе быть слабым, прятать глаза и опускать голову. Теперь всё это осталось в прошлом. Лиас ехал рядом с Ракари по тоннелю, вертя в пальцах изумруд на серебряной цепочке висевший у него на груди. «Выдержит ли он, если все его запечатанные воспоминания вернуться? Стоило ли разбивать печать на камне сейчас, был ли он уже готов? И хотел ли он вообще вспоминать?» Вопросы вертелись у него в голове, но найти ответы на них у светлого эльфа пока не получалось.