Чтение онлайн

— Ваше сиятельство, — задохнулся он, — это самый поразительный приказ, какой я когда-либо получал. Это звездное скопление достигает шести тысяч световых лет в диаметре. С какой скоростью вы рассчитываете двигаться, учитывая, что мы не имеем ни малейшего представления о расположении бурь?

Реакция юноши привела леди Глорию в замешательство, перешедшее в раздражение — раздражение против нее самой. На мгновение она потеряла обычную уверенность. До сих пор необъятность пространства, которое предстояло пересечь, представлялась ей весьма отвлеченно.

Отогнав сомнения, она вновь взяла себя в руки.

— Полагаю, что плотность районов в Облаке ограничивается приблизительно одним световым годом на каждые тридцать минут. — И резко закончила: — Пусть ваш начальник известит меня, когда расчеты будут готовы.

— Слушаюсь, — тусклым голосом ответил молодой офицер.

Леди Глория выключила селектор, опустилась в кресло и одним движением переключателя превратила расположенный перед нею иллюминатор в зеркало. Она вгляделась в собственное отражение. На нее смотрела стройная, смуглолицая, довольно красивая женщина лет тридцати пяти. Отражение улыбалось — едва заметной иронической улыбкой, свидетельствовавшей об удовлетворенности обоими предпринятыми шагами. Ее слова разнесутся по кораблю, и люди постепенно начнут понимать, чего добивается главный капитан. Сначала они придут в отчаяние, затем смирятся. Сожалений она не испытывала, ибо ни минуты не сомневалась: правительство Пятидесяти Солнц не выдаст положения ни одной из своих планет.

Она пообедала здесь же, на мостике, ощущая глубокое волнение. Борьба за судьбу экспедиции была неизбежна, и леди Глория понимала, что должна быть готовой ко всему. За время обеда ее трижды вызывали по внутренней связи, так что в конце концов пришлось включить автоответчик; теперь она могла не обращать внимания на вызовы. Включение автоответчика подразумевало: «Я здесь, но прошу не беспокоить, если нет ничего срочного». Каждый раз звонок умолкал через несколько секунд.

После обеда она прилегла, намереваясь немного вздремнуть и подумать. Однако вскоре встала, подошла к трансмиттеру, настроила его — и вышла в Психологическом центре, в полумиле от мостика.

Лейтенант Неслор, главный психолог, появилась из соседней комнаты и сердечно приветствовала леди Глорию. Главный капитан поделилась своими заботами.

— Я так и думала, что вы захотите видеть меня, — кивнула психолог, — Если можете, подождите минутку. Я передам пациента ассистенту, и мы поговорим.

В скором времени она вернулась, и леди Глория с интересом спросила:

— Много у вас пациентов?

— Мой персонал, — ответила лейтенант Неслор, пристально изучая ее своими серыми глазами, — проводит по восемьсот часов процедур еженедельно.

— При вашем оборудовании звучит пугающе.

— В последние годы число пациентов растет, — кивнула лейтенант Неслор.

Леди Глория пожала плечами и уже собралась сменить тему, как вдруг ей в голову пришла мысль.

— Что их терзает? — поинтересовалась она, — Тоска по дому?

— Пожалуй, это можно назвать и так, хотя мы применяем несколько других профессиональных терминов. И не судите их слишком строго, — повернула разговор психолог. — У тех, чья работа не отличается разнообразием, нелегкая жизнь. Хотя корабль и велик, но с каждым годом у людей все меньше возможностей для удовлетворения личных интересов.

Ее сиятельство Глория Сесилия открыла было рот, собираясь сказать, что ее работа тоже не блещет разнообразием, но вовремя спохватилась: такая реплика прозвучит фальшиво, даже снисходительно. Несмотря на это, она упрямо встряхнула головой.

— Не понимаю. У нас на борту есть все. Равное число мужчин и женщин, работы полно, продовольствия в избытке, а уж развлечений каждому хватит не на одну жизнь. Вы можете гулять в тени деревьев, растущих по берегам неиссякающих потоков. Имеете право жениться и разводиться — хотя, разумеется, о детях не может быть и речи. Множество веселых холостяков и девиц. У каждого своя каюта, и все знают, что на их счета поступают деньги, которые по окончании экспедиции позволят удалиться на покой. — Она нахмурилась, — И наконец, открытие цивилизации Пятидесяти Солнц не может не оказать стимулирующего воздействия на экипаж.

— Глория, дорогая, — улыбнулась лейтенант Неслор, — вы не правы. Это стимулирует нас с вами, потому что мы — специалисты. Что до меня, то я жду не дождусь, когда увижу, как мыслят и действуют эти люди. Я изучала историю так называемых деллианских роботов и нон-деллиан, и для меня здесь действительно открывается целый мир. Для меня — но не для кока, готовящего для меня обед.

Лицо главного капитана обрело прежнюю решимость.

— Боюсь, коку придется с этим смириться. А теперь — к делу. Перед нами стоит двойная проблема: как сохранить контроль над кораблем и как обнаружить Пятьдесят Солнц. В такой последовательности, по-моему.

Разговор их закончился лишь тогда, когда давно уже наступил основной период сна. Леди Лорр вернулась в свои апартаменты рядом с капитанским мостиком, убежденная, что проблемы, как она и предполагала, имеют прежде всего психологический характер.

Неделя передышки прошла без происшествий.

Едва последний ее час миновал, главный капитан созвала совет капитанов — совещание командиров служб и подразделений гигантского корабля. Прекрасно разбираясь в людях, Глория могла заранее предсказать реакцию офицеров, но именно потому первыми же словами беспощадно ударила по самому больному месту в душах собравшихся.

— Я считаю, леди и джентльмены, что мы должны оставаться здесь до тех пор, пока не отыщем цивилизацию Пятидесяти Солнц — даже если на это уйдет еще десять лет.

Тридцать капитанов — четверо из них были женщины — переглянулись и беспокойно зашевелились.

Ее сиятельство Глория Сесилия, леди Лорр из благородных Лордов, продолжала:

— Примите во внимание, признайте как непреложный факт, что стратегия длительного методичного обследования Облака для нас неприемлема. У кого есть предложения?

— Лично я против самой идеи продолжения этого поиска, — заявил капитан Уэйлесс, начальник летного персонала.

Глаза главного капитана сузились. По выражению лиц остальных она понимала, что Уэйлесс выражает мнение большинства, но заговорила так же бесстрастно, как и он:

— Капитан, существуют правила отстранения командира корабля от власти. Почему бы не воспользоваться одним из них?

Капитан Уэйлесс побледнел.

— Отлично, ваше сиятельство, — сказал он. — Я апеллирую к четыреста девяносто второй статье Корабельного устава.