Чтение онлайн

Тасия нахмурилась.

– Они надеются, что хотя бы один прорвется через блокаду.

Адмирал Виллис подчеркнуто медленно произнесла на основной частоте:

– Внимание, айреканским кораблям – может быть, меня недостаточно ясно поняли в первый раз. Никто не может покинуть планету, пока вы не сдадите EDF запасы экти.

Быстро поднимающиеся гражданские корабли продолжали пробиваться сквозь атмосферу. Как рассыпающиеся споры, они развернулись веером, пытаясь уклониться от плотных звеньев блокирующих кораблей EDF.

– Вернитесь, не вынуждайте меня атаковать вас! – Виллис вновь взяла тон рассерженной, но заботливой бабушки, однако летящие корабли никак не прореагировали. – Ну что ж, командиры, вы знаете, что делать. Покажите айреканцам ошибочность их выбора!

– Черт подери! – выругался Фицпатрик с мостика своего корабля.

Тасия перевела приказ, как считала правильным:

– Командир крыла Бриндл, прикажи своим экипажам заставить эти корабли спуститься. По возможности берегите топливо. Отправьте их домой, но пусть хлебнут ужаса наперед!

– Твое желание – приказ для меня, командир!

Эскадрон Бриндла перехватил два корабля мятежников прежде, чем они вышли из облаков. Джазерные импульсы коротко пульсировали из сопл межзвездных двигателей мятежных кораблей, их мощности хватило бы лишь на то, чтобы можно было совершить рискованную посадку, позволявшую выжить экипажу.

Реморы развернулись и начали преследование еще двух кораблей.

– Четыре кролика в садке, – доложили по связи.

Тасия взглянула на мониторы. Разбегающиеся корабли выглядели жалкими, беззащитными. Они не могли дать отпор. Два блокированных звездолета дрогнули, как бы передумав, но затем вновь упрямо продолжили карабкаться вперед.

– Это мои! Всем прочь с дороги! – рявкнул Патрик Фицпатрик. Но он не выслал эскадрилью реморов. Когда последняя пара кораблей летела через открытое пространство, уверенная в том, что прорвалась, Фицпатрик незаметно вывел на позицию Манту. – Смотрите!

Он произвел два коротких мощных залпа джазерами, достаточные чтобы покорежить линкор. Ослепительные вспышки мелькнули в пространстве. Оба летящих корабля превратились в груду расплавленного металла.

Задохнувшись от гнева, Тасия не сдержалась. Она схватила переговорную консоль.

– Фицпатрик, это было совершенно лишнее! Как ты можешь оправдать…

Он насмешливо оборвал ее:

– Кое-кто забывает, что мы на войне.

Адмирал Виллис передала с флагмана:

– Довольно, вы оба! Командир Фицпатрик действовал в рамках распоряжений, которые он получил. Хотя в следующий раз я не отпущу мятежников безнаказанными, – она вздохнула. – До сих пор я думала, что колонисты образумятся. Хорошо поработали, ребята!

Тасия сжала кулаки так, что побелели костяшки пальцев. В таком случае, кто же был настоящим врагом в этой войне?

Корабли EDF вернулись на свои посты, не зная, как долго еще продлится осада.

Петер удивлялся, как можно допустить такую вещь, как «незначительное поражение». Выходя на балкон под лучи земного солнышка, король облачился в мрачное голубовато-серое платье, отделанное серебром. Нарочито строгое, к ужасу тех, кто был слишком фамильярным в последние дни.

Мрачность возросла в квадрате, внизу раскинулось море людей, у всех были тоскливые бледные лица. Но не последовало грома оваций. Не сегодня. Там, перед огромным квадратом Дворца Шепота, Его Святейшество архипатриарх Унии уже вел людей на долгую торжественную молитву. Как только он закончит, вступят формальные лидеры официальных религий и король – политическая формальность.

Петер медленно вышагивал, не отрывая глаз от толпы, показывая, что разделяет их горе. Он издал ожидаемый вздох, когда следовал вдоль богато украшенной балюстрады. Толстый сверток черного крепа лежал здесь, как тело, завернутое в саван.

– Я делал это слишком много раз, – сказал он тихо. Только Президент, пережидающий церемонию внутри Дворца, мог его слышать.

– И тебе, возможно, придется это делать еще неоднократно, – резонно ответил Бэзил. – Но людям необходимо видеть, как сильно ты печешься о них. Взгляни на это с другой стороны: каждое поражение создает героев, а герои помогают нам в борьбе.

Петер ответил ему вымученной улыбкой.

– Если бы у нас было так много героев, Бэзил, то у гидрогов не было бы шансов победить в этой войне.

Он вышел на балкон, включил микрофон, придал голосу уверенность и обратился к застывшей аудитории.

– Недавно команда военных наблюдателей и тактическая эскадрилья достигли газового гиганта Дасра, где, как нам известно, живут гидроги. Наша команда пришла с миром. Они пытались еще раз установить контакт с нашими врагами и закончить эту войну.

Он сделал паузу, и толпа шумно вздохнула.

– Ответ гидрогов был зверским, и такое сложно забыть. Они уничтожили всех наших посланцев, убили триста восемнадцать невинных людей.

Когда народ зароптал, Петер потянул за ленту, что удерживала черный креповый флаг и торжественно произнес:

– Это послужит напоминанием о тех, кого мы потеряли на Дасре. Мы не забудем их и то, что они пытались сделать для всего человечества!

Сотканный из масляно-блестящего волокна транспарант выплеснулся вниз по стене Дворца Шепота, как смоляной скорбный водопад.

Стяг был выткан золотыми звездами – эмблемой EDF, – соединенными с Ганзейским символом – земным шаром, от которой расходились концентрические круги. Транспарант печально висел, утяжеленный снизу, оставаясь недвижимым и под сильным ветром.

Поздним вечером факелоносцы промаршируют к траурному стягу и торжественно подожгут его. Стяг взовьется к небу, вспугнутый дыханием очистительного огня, рассыпая яркие недолговечные искры, освобождая место для будущих траурных флагов, и вскоре не останется ничего – только память…