Чтение онлайн

Вот только негде было Лоэли дать отдых стотысячной армии. Единственным их космическим кораблем был «Ритан». Но на нем могло разместиться не больше пятисот человек. А высадиться на Кирсане – значит развязать войну. Какому правительству понравиться увидеть на своей планете армию другого государства.

Да пока и нет такой необходимости. Всадники просидят в седле еще сутки. Этого времени вполне хватит, чтобы покончить с гнездом и вернуться на Алидар. Но если времени не останется…

«Дотяни хотя бы до Пограничного сектора, а там высаживай куда хочешь. Но лучше на Кабакур» - подсказал сыну Пахети.

«Гоблины будут не довольны»

«Они всегда недовольны. Но Простор далеко, а мы рядом. И Кабакур не в том положении, чтобы с нами ссориться. Так что переживут. Вы уже на месте?»

«Да, занимаем позиции. Ткачи перебили всех охотников в округе. Говорят, они уже потеряли связь с королевой. Будем надеяться, Эли успеет покончить с ней раньше, чем она придет в себя. У нас уже пошла первая волна, но ткачи пока справляются сами. У меня еще не все всадники на местах»

Лоэли еще раз оглядел свою армию. В первых рядах легкие всадники. Послушные кони и мечи – вот все их оружие. Из защиты только плащи. Если три четыре плетения плащ погасить сможет, то прямого контакта с охотником, не выдержит. Но их задача не остановить врага, а лишь замедлить и раздробить.

Остановить волну потерявших рассудок катангов должны были стоящие позади варгаллы. В отличие от всадников на варгаллах были полные доспехи. Такие выдержат не только прямой контакт с охотником, но и способны защитить своего владельца от его губительных «когтей». Да и меч варгаллам нужен постольку поскольку. Их основное оружие – это драконы.

Эти твари – одни из крупнейших хищников космоса. Даже на замерших впереди коней они поглядывают как на законную добычу. И удерживает их только сильная рука, а точнее мысль, наездника. Варгалл должен быть уверен в себе, в драконе и в цели. Только дай он слабину и своевольная сущность немедленно возьмет верх.

Один взбесившийся дракон способен наделать бед больше, чем десяток охотников. Поэтому воспитывают их вдали от населенных планет, дабы избежать проблем с недоучками. Вставший в строй дракон воспринимает своего наездника он как самого себя, а мысль наездника становится его мыслью. Но если наездник растерялся, или потерял сознание, за дело принимаются инстинкты. А первый у дракона – убивать.

Ну и у самой мембраны расположилась небольшая группа людей. Внешне они ничем не отличались от варгаллов, поскольку тоже были одеты в доспехи. И только одна личность привлекает внимание в этой группе. На него косятся не только люди, но и драконы. Привратник.

Драконов раздражает его присутствие, да и людей тоже. Для тех и других он главный враг. Но не сегодня. Сегодня он главная надежда людей. Надежда уйти отсюда живыми.

Все изменилось в одну секунду. Корабль вздрогнул, и по нему прокатилась тугая волна сжатого воздуха. Элеи болезненно сжал зубы – они прошли мембрану гнезда. «Звезда АИ» навсегда исчезла из реального пространства, разделив судьбу тысяч без вести пропавших судов.

«Сейчас!», решил Элеи и выбросил пять лучей привязки. От ткачей они знали, что гнездо имеет несколько глубин, и из преддверия еще можно пробиться наружу. Ориентиры находились в разных измерениях, и смещение не стало преградой.

«Отец, Лои?»

«Слышим…»

Через секунду пришло первое эхо, затем второе и третье, и снова волна мембраны. Двух последних лучей Элеи не услышал, а значит и отец с Лои тоже. Но это не важно, Адени тоже выбросил свои лучи и получил два эха .Элеи узнал это, когда держал связь. Имея пять векторов, отец легко вычислит координаты гнезда. Вторая мембрана наглухо отгородила их от привычного мира, предоставляя братьев самим себе.

Перегородки корабля начали истончаться и таять. Палуба оплывала, как кусок льда на солнце, открывая перед изумленными пассажирами внутренность гнезда.

Зал, в который попал Элеи, представлял собой узкое горлышко огромной воронки. Дальше станы уступами расходились вверх и вширь. Ярусы были невысокие – по грудь человеку, и шириной метров шесть. Пол, стены, да и все остальное состояло из розовато-белого волокнистого материала, до отвращения напоминающего свежее мясо.

На каждом из таких ярусов располагались ложа Дам. Такое ложе напоминало раскрывшийся цветок, в середине которого виднелось по-пояс высунутое тело. Между всеми этими «цветами» двигались прислужники – и слуги, и охранники.

Здесь была только пара сотен человек. Куда делись остальные из пяти тысяч пассажиров, Элеи не знал. Харбина он не увидел, Адени тоже. Зато заметил, что здесь были почти все алидарцы, что летели на корабле.

«Адени?»

«Мы на верху»

Элеи поднял голову. На высоте шестого, или седьмого уровня через середину были перекинуты подвесные мостики. И чем выше поднимался уровень, тем больше таких мостов Элеи видел. И все они тянулись к одному месту – небольшой площадке, подвешенной на двенадцатом, или пятнадцатом уровне. Снизу было не разглядеть, что там находится, но очень похоже, что это и есть кокон королевы.

В этот момент среди стоявших внизу пассажиров началась паника. Кто-то пытался залезть наверх, кто-то наоборот искал выход внизу. Но Дамы гнезда не стали ждать, пока их еда разбежится, и на головы людей стала падать «ловчая сеть».

«Мы тоже так умеем» - подумал Элеи.

«Ловчая сеть» - это особый вид плетения. Обычные люди увидеть ее не способны, но для Элеи она представлялась крупноячеистой сетью, из каждого переплетения которой опускалась длинная тонкая нить. Такая нить, касаясь человека, обездвиживала его до тех пор, пока сеть не уберут.

Ловко увернувшись от падающей нити, Элеи запрыгнул на первый ярус. А вниз, за едой, уже спускались прислужники, и Элеи мысленно крикнул:

«Бей ее, Ани!»

ЕЕ – значит королеву. Адени учили этому почти неделю. Причем в роли королевы выступала родная мать – Алданират. Здесь главное было вырубить ее одним ударом, потому, что на второй времени может не остаться. Шли дни, Адени снова и снова объясняли какие, а главное как нужно отсекать потоки. Физический контакт здесь был не уместен, удар должен был быть ментальный. И каждый раз, снова и снова он бил в полсилы, заставляя мать небрежно отмахиваться от его нападок. Пока однажды он не разозлил ее окончательно.