Звездолет
Шрифт:
– Мне нужна новая жизнь, – наконец ответила Солара.
Капитан что-то буркнул и перестал улыбаться:
– И ты полагаешь, что найдешь ее там?
– Да. А почему нет?
– Ты когда-нибудь бывала на окраинных планетах?
– Нет, но мне кое-что рассказывали.
– Там суровый быт, – предупредил капитан.
– Я знаю, и хочу туда.
Он склонил голову, мол, дело твое:
– Ладно, тогда пойдем завтракать. – И повернувшись к навигационному экрану, добавил: – Только автопилот включу.
Солара заглянула через капитанское плечо:
– Значит, он не сломан?
– О чем ты?
– Мы разве не из-за автопилота прошлой ночью отдыхали? – решила она проверить свою догадку.
Суровый взгляд Росси явно советовал не играть с ним в игры.
– Ты же знаешь, что нет.
– Да, я ощутила удар. – Прикусив щеку, Сорала пыталась придумать, как бы выманить еще сведения, не признаваясь, что она похитительница и воровка. – За кем они охотились?
Взгляд черных глаз вновь смягчился, и капитан похлопал ее по колену:
– Не за тобой.
Солара выдохнула. Только это ее и волновало.
Они поднялись на ноги, открыли дверь рубки и тут же отшатнулись от стоящего в коридоре амбре.
– Святые на ракете, – прошипела Солара, рукой разгоняя дым. – Только одно может так вонять.
– Сгоревшая овсянка. Мы теперь никогда не избавимся от вони, – пробормотал капитан.
Это точно. Запах сгоревшей каши обладает волшебным свойством прилипать к стенам и прочим поверхностям, точно столетнее проклятие, пока с ним не свыкаешься и не перестаешь его замечать. Наверное, не стоило поручать Дорану приготовление завтрака…
Когда Солара и капитан добрались до камбуза, команда уже собралась за столом. Кассия и Кейн с одной стороны, Доран и Ренни – с другой. Все склонились над тарелками безупречно приготовленной горячей каши на молоке с щепоткой корицы. Но это не объясняло жуткую вонь… пока Солара не посмотрела на свое место и ожидавшую там миску. Доран умудрился одновременно спалить и утопить ее овсянку.
И судя по самодовольному выражению лица, сделал это нарочно.
– Кейн помог с завтраком, но твою порцию я хотел приготовить сам. Надеюсь, тебе понравится.
Солара изобразила улыбку и устроилась на скамье рядом с ним. Если гаденыш полагал, будто выиграл этот раунд, то напрасно. Она ела и не такое.
– Уверена, что понравится.
Едва не морщась от мерзкого смрада, Солара потыкала ложкой плавающий в слизи комок. Сожженные хлопья или дохлый жук?
– Ну же, – подначил Доран. – Не робей. Добавки навалом.
Вскинув голову, она поняла, что вся команда смотрит на нее со смесью изумления и недоверия. Даже Желудь, сидя на капитанском плече и пожевывая какой-то засушенный фрукт, черными глазками-бусинами пялилась на тарелку. Быстро, пока не струсила, Солара зачерпнула каши и сунула ложку в рот.
Милостивая матерь божья, вот это отрава!
Глаза протестующе заслезились, рот наполнился слюной, но Солара напомнила себе, что нельзя проиграть Дорану. Она должна это съесть. Однако попытки сглотнуть лишь вызвали тошноту, и пришлось выплюнуть все обратно. Комок плюхнулся в жижу, и лицо обдало брызгами.
За столом рассмеялись, и Кейн подошел к плите, чтобы положить новую порцию:
– Я приготовил еще на всякий случай.
Он протянул тарелку Дорану, и тот с ухмылкой поставил ее перед Соларой. Ей захотелось отвесить ему такую оплеуху, чтобы даже у его внуков продолжали гореть щеки.
– Жаль, что тебе не понравилось, – посетовал Доран.
– Ничего, – холодно ответила Солара, вытирая рот. – Я наняла тебя не за кулинарные способности. Еще придумаю, как тобой воспользоваться.
Кассия напротив фыркнула и красноречиво подмигнула:
– О, не сомневаюсь.
Солара покраснела и поспешно покачала головой:
– Нет, я не это имела в виду.
– Да, – подхватил Доран, указывая на себя и на нее. – Нет ничего…
– Не осуждаю. – Кассия примирительно выставила перед собой ладони. – С помощью интрижек лучше всего справляться с полетным безумием. Если не запастись эндорфинами, от нехватки солнца можно и с катушек слететь.
Насмешливо скривившись, Кейн оперся локтем на стол:
– Так вот почему у тебя в каждом порту по тупому качку. А я-то думал, что виноват никудышный вкус.
Кассия развернулась так быстро, что собственные дреды хлестнули ее по глазам.
– Не говори мне о вкусе, ты, станционный потаскун! Твоя последняя девица не могла ходить и одновременно жевать жвачку.
– У твоего последнего парня был нос как у хорька.
– Возможно, его изюминка вовсе не нос.
Кейн поморщился:
– Спасибо за светлый образ. Простите, если меня сейчас стошнит до смерти.
– Довольно! – рявкнул капитан, а Желудь нырнула головой вперед в его карман. – Если вы двое не умеете себя вести, то на Пезирус я отправлю Ренни.
Кассия ахнула и выпрямилась:
– Пезирус? Сегодня?
Капитан указал на нее ложкой:
– Только для послушных помощников.
Кассия и Кейн повернулись друг к другу с маниакальными улыбками и, мигом позабыв о споре, запрыгали на стульях, визжа как дети.
А затем и вовсе синхронно набрали воздуха и заорали:
– Адские ягоды!
Солара вопросительно посмотрела на Дорана.
– Странная парочка, – прошептал он, прикрыв рот ладонью.
Она кивнула. В кои-то веки они сошлись во мнении.
Кассия схватила Кейна за руку, будто не она только что орала на него и называла станционным потаскуном, и повернулась к Соларе:
– Пойдем с нами. И слугу бери. Будет весело.
Похоже, замешательство отразилось на ее лице, потому что Ренни пояснил: