Звезды в кармане
Шрифт:
– Сорок шесть, – прочитал Бинк, – Значит эта – сорок семь… Ну-ка, посвети… – вручил фонарик Капустину, а сам ощупал стену вдоль косяка.
Что он ищет? «Жучки»?
Рядом с безымянной дверью – никаких кнопок. Звонок отсутствует?
И «глазка» – тоже нет.
А дверь, хоть и неказистая – довольно крепкая на вид. По-моему, стальная…
Бинк осторожно постучал.
Тишина.
Капустин глянул на циферблат. Второй час ночи местного времени. Нормальные люди смотрят вторую серию снов. И открывать кому-то… В такое время, в таком районе – это просто неприлично.
Не говоря уже о риске для здоровья… Особенно, если гости – незваные.
Бинк опять потянулся к двери. Хотел постучать ещё раз.
Не успел.
– Кто такие? – прогудел рядом низкий голос.
Димыч едва не выронил фонарик. Васька отпрянул. А Бинк хладнокровно усмехнулся.
– Кто такие? – опять повторил голос. Явно – со стороны двери. Хотя и непонятно откуда. Никаких динамиков там не было.
– Мы… – неуверенно начал я, – Мы к вам по одному важному делу…
– Назовите имена, фамилии, личные идентификаторы! – прогудело в ответ.
Бинк пожал плечами:
– Наши имена врядли вам что-то скажут…
– Какова цель визита?
– Извините. Я не могу говорить об этом на лестнице…
– Назовите цель визита или покиньте здание!
– Мы к вам от Мо-Нэрка, – уточнил хоббит.
– Имя не значится в каталоге! У вас есть десять секунд, чтобы покинуть здание!
Бинк растерянно оглянулся на психолога. Но тот молчал. И по-моему, откровенно наслаждался ситуацией.
– …В противном случае, я буду вынужден применить слезоточивый газ и электрошок, – холодно объявил голос.
– А мужик-то – крутой, – одобрительно заметил Васька.
– Десять!.. Девять!.. Восемь!..
Бинк в сердцах заехал в дверь ногой.
Лучше бы он этого не делал!
Голубоватые искры зазмеились в воздухе. Через мгновенье, хоббит отлетел назад. И грохнулся бы о пол – если бы мы с Димычем его не подхватили.
– Все целы? – спросил Мо-Нэрк.
Заплетающимся языком Бинк озвучил сложную смысловую конструкцию.
– Ну, не надо так переживать. Ведь никого не убило, – сказал психолог. И меланхолично вздохнул:
– Сколько его помню, Йот всегда был выдумщиком…
Васька испуганно повёл носом:
– Ой… Кажется, ваш друг пустил газы!
– Вполне вероятно.
– Остановите его!
– Как? – насмешливо прищурился Мо-Нэрк, – Никто, кроме вас троих, меня не видит и не слышит…
Белёсое облачко окутало дверь.
В носу у меня защипало. Я сердито потянулся к браслету Бинка. Щас как хряпну его вместе с этой дерьмовой копией!..
Психолог заметил опасное движение и торопливо уточнил:
– Ладно. Я помогу. Только пусть ваш лысый извинится за оскорбительные…
– За что? – удивился Васька.
Травмированный Бинк сделал отчаянное усилие, пытаясь лягнуть Лубенчикова.
– Извиняюсь, – процедил Васька. И закашлялся.
– Скажите, что пришли от Мокса, – быстро объяснил психолог.
– Мы от Мокса! – заорал Димыч, прикрывая лицо платком.
– Ждите, – равнодушно прогудела дверь. И белесое облачко тут же с шипением всосалось куда-то вниз.
Ждать пришлось недолго.
На площадке вспыхнул ослепительный свет. Мы вздрогнули, щурясь и ожидая новых неприятных сюрпризов.
Дверь распахнулась.
Я даже отступил назад. Мало ли кто выйдет к докучливым посетителям? Свора бультерьеров или привратник-терминатор…
Ни то, ни другое.
Мужчина лет сорока, с явной склонностью к полноте. На плечах – вязаная шерстяная кофта, на ногах – мягкие домашние тапочки.
Длинные пряди светлых волос обрамляли круглую физиономию. Высокий лоб плавно переходил в блестящую лысину.
– Здравствуйте, – сказал незнакомец и сквозь добрый прищур окинул нас изучающим взглядом.
– Привет, – кивнул Бинк, продолжая лежать на полу, – Извините за поздний визит…
– Ничего-ничего. Я рад гостям.
Васька не выдержал:
– Кстати… А вы всех своих гостей бьёте током и травите газом?
– Нет. Только очень близких знакомых… Как поживает Мокс?
Я покосился на Мо-Нэрка. Иллюзия психолога радостно таращилась на хозяина квартиры.
То есть, никакой ошибки…
– Вы – Йотем Патт?
– Ага. А вы?
– Мы… друзья Мокса.
Психолог скорчил гримасу, давая понять, где именно видал он таких «друзей».
– …И мы – последние, с кем он говорил.
– С ним что-то случилось? – встревожился Йотем.
– Длинная история, – ответил Бинк и с моей помощью обрёл вертикальное положение, – Знаете… Как-то неудобно общаться на лестнице…
– Конечно, – кивнул Йотем, – Добро пожаловать.
Отступил, пропуская нас внутрь.
Вошли.
Димыч был замыкающим и сделал попытку прикрыть за собой дверь.
– Не трожь меня! – рявкнул низкий голос.
Капустин испуганно отдёрнул руку.
– Эй, – сморщился Йотем, – Хватит грубить гостям!
– Извините, – виновато прогудела дверь и сама захлопнулась.
Дальше был коридорчик.
Я шёл за Йотемом и невольно косился на его макушку.
Удивительно, но в Киагре мы впервые встретили такую шикарную лысину… Мужики здесь явно прибегали к услугам развитой косметической медицины. А этот – носил своё «отличие» с непринуждённым достоинством. И без всякого эпатажа. По-моему, он в любом виде чувствовал себя комфортно. Даже с большой дыркой на левом рукаве.