Звонок
Шрифт:
— О, один или два раза в день. Ты можешь совершенно свободно говорить обо всем, о чем пожелаешь. Расскажи мне, как прошел твой день, или о книгах, которые ты прочитала, или о фильмах, которые ты посмотрела. Расскажи мне о Фрэнке, если хочешь. Я не ревнивый тип. Конечно, я хотел бы узнать тебя получше. Я хотел бы услышать такие вещи, которыми ты могла бы поделиться с очень близким другом — твои радости, проблемы и страхи.
— Если я пообещаю делать это, ты не причинишь вреда Фрэнку?
— Я не причиню вреда Фрэнку, — сказал он ей, — и я не причиню вреда тебе.
— Ладно, — сказала она.
— Прекрасно. Давай поболтаем в первый раз прямо сейчас. Но сначала включи лампу, чтобы я мог лучше тебя видеть.
Кора нахмурилась в замешательстве. Он знал, что свет был выключен.
— Ты не у Фрэнка! — воскликнула она и бросила трубку.
Он сразу же зазвонил вновь. Она подняла трубку.
— Кора, мы заключили сделку.
Она швырнула трубку на ковер. Голос по-прежнему едва слышался из наушника, словно издалека.
Она потянулась к корпусу телефона и схватила шнур. Держа его в руках, она поползла по полу в направлении розетки в стене. Она боролась с желанием вырвать шнур. Она осторожно отключила его.
— Вот тебе, говнюк, — пробормотала она в темноту. — Попробуй теперь позвонить мне.
Встав, она прислонилась к стене. Она хватала ртом воздух, ее сердце бешено колотилось.
Он только лишь через улицу, предупреждал ее разум. Что, если он достаточно безумен для того, чтобы прийти? Она уставилась на телефон, желая подключить его и позвонить Фрэнку или в полицию.
Он мне не позволит.
Каким-то образам он контролирует телефон.
Но если он уже идет сюда, он не сможет заблокировать мой звонок.
Фрэнк сможет добраться до ее квартиры за десять минут. Полиция может даже быстрее. Но что, если мужчина доберется сюда первым?
Она не могла рисковать. Оттолкнувшись от стены, она прошла мимо телефона. Она остановилась у двери, боясь открыть ее. Что, если он был по другую сторону? Нет, это было невозможно. Даже если он вышел из своей комнаты через дорогу, как только она выдернула штепсель, он еще не мог быть здесь.
Она распахнула дверь. Высунувшись, она уставилась на длинный коридор. Она никого не увидела. Двери остальных квартир были закрыты. Если бы только она жила здесь достаточно долго, чтобы познакомиться с кем-нибудь из соседей! Она знала, что не сможет заставить себя постучаться в дверь незнакомца. Не в это время ночи.
Он может даже не прийти, подумала она.
Но она не могла рассчитывать на это. Она должна была выбраться.
Она потянулась руку назад, чтобы закрыть дверь.
Зазвонил телефон. Ее рука замерла на дверной ручке.
Он не может звонить!
Но он звонил.
Я схожу с ума, подумала она.
Развернувшись, она наощупь водила рукой по темной стене, пока ее палец не нашел выключатель. Над головой зажегся свет. Ее глаза устремились к длинному, белому шнуру. Он лежал, свернувшись на ковре, словно мертвая змея. По-прежнему отключенный.
Телефон звонил снова… и снова.
Покоящийся на картонной коробке, он затрясся, когда внутри него раздался звонок. Трубка была на полу, там, где она бросила ее.
Этого не может быть, думала Кора.
Она сделала шаг назад.
Шнур набросился на нее и обмотался вокруг лодыжек. Не успела она двинуться, как он дернул ее за ноги. Она тяжело ударилась спиной об пол. Подняв голову, она увидела, как корпус телефона прыгнул с коробки. Она вскинула вверх руки, чтобы защитить лицо. Телефон хлопнулся ей на живот, так, что у нее перехватило дыхание. Она схватила его. Но прежде чем она успела сбросить его, трубка ударилась о ее голову.
От удара она почувствовала головокружение и слабость. Ее руки тяжело упали по бокам.
Трубка прижалась сбоку к голове, наушник вплотную прижался к уху, микрофон прижался к подбородку.
— Я лишь хотел быть твоим другом, — сказали в трубке.
— Хорошо, — выдохнула она.
— Слишком поздно.
Шнур скользнул вверх по ее телу. Он был холодный и гладкий, пока обвивался вокруг ее шеи.
— Я сделаю… все, что ты хочешь, — сказала она.
— Слишком поздно.
Шнур туго натянулся. Она потянула за него. Это не помогло.
Она услышала тихий, шипящий смех у себя в ухе.
Она не могла дышать.
Но ее ноги, уже не связанные шнуром, были свободны. Перевернувшись, она встала на корточки. Шнур все еще душил ее. Корпус телефона остался на животе, как будто цепляясь за нее.
— Ты не сможешь сбежать, — сказал голос ей в ухо.
Поднявшись на ноги, она, пошатываясь, шла по полу. Она схватила конец шнура. Он вертелся и крутился у нее в руке, но не высвободился. Середина шнура продолжала душить ее, когда она наткнулась на лампу. Она сбила абажур. Покалывающими, онемевшими пальцами она выкрутила лампочку. Она нажала на выключатель. Она сжала конец телефонного шнура обеими руками и сунула его в пустое гнездо лампы.
Шипя и треща, ток ударил в шнур. Он пытался вырваться. Корпус стучал по ее животу. Ужасный крик заполнил ее ухо. Телефон начал звонить, звонить без остановки.
Клубы белого дыма взвились из крошечных отверстий микрофона. Шнур вокруг ее шеи прыгал и извивался, перестав душить ее.
Вдруг телефон замолчал. Крик смолк. Как и звонок. Телефон упал с ее живота. Шнур не дал ему упасть. Пока он раскачивался у ее коленей, трубка упала на ковер и подпрыгнула.
Хватая ртом воздух, Кора размотала шнур с шеи.