Звонок
Шрифт:
«За сумасшедшую фанатку Императора», — любезно ответил чей-то подозрительно знакомый голос в голове.
Голос Кларксона.
Всё честно, я его считаю слегка того, и он видит меня примерно также.
Отличная бы из нас вышла пара. Я хрюкнула. Луи схватился за голову и, выдав что-то про мою полную необучаемость, присоединился к дорогому Габи — уставился в окно.
Уитлоки — род обедневший и малочисленный, но минимальные представления об этикете я имею. Уж Дезмонда-то точно поприветствую правильно. Мы с папой как-то даже были на одном из приемов, посвященных, кажется, годовщине со дня основания Империи. Дезмонд меня, конечно, не заметил. Помимо девочки-подростка на приеме присутствовало огромное количество благородных красавиц, но в обморок при виде своей любви я не упала даже тогда. Собственно, после этого приема моё увлечение Дезмондом и закончилось. В действительности император оказался мужчиной слишком любвеобильным.
Ну, нравилось ему, чтобы женщин было много, и желательно одновременно.
Извращенец.
Зато ориентации нормальной. В принципе, не так и плохо.
Естественно, я не видела самого непотребства. Об этом маленьком увлечении знали не все. Да только я случайно подслушала беседу дворцовых дам. Перегрелась я в тот день на солнцах, загар приобретала. Приобрела. Ярко-красный цвет кожи прекрасно оттенил серые глаза. Я вышла из-за стола, чтобы нанести новый слой успокаивающего крема. Лакей указал направление дамской комнаты, а я заблудилась. Ну, и не придумала ничего лучше, чем зайти в одну из комнат. Встала в уголок и начала свои процедуры. А потом моё уединение нарушили две дамы, я спряталась за шторой и узнала много нового об объекте своих чувств. Дамы, как я поняла, были под впечатлением.
Мне как-то сразу захотелось выйти из числа его обожателей.
Мужчины вышли из машины, и Кларксон — невероятно — подал мне руку. Вечнозеленые сады Императорской резиденции радовали глаз. Перламутровый дворец переливался всеми красками в свете трёх солнц, а фонтаны весело журчали.
В этой части Силиона не было многоэтажных зданий. Самый престижный район планеты. И всего в нескольких часах ходьбы, или нескольких минутах на автомобиле, находился наш с папой дом. Только сейчас я поняла, как соскучилась по старому особняку Уитлоков. Собственно, на его содержание уходили почти все папины доходы. А вернее, на налоги. Но мы держались, много лет отказывались продавать дом. Это наше наследие, наша гордость.
У входа в резиденцию были журналисты. Толпы журналистов.
Да я прямо национальный герой.
Спасибо тебе, папочка!
— Мисс Уитлок, откройте нам тайну, — кучерявая желтоволосая журналистка залепила мне микрофоном по носу, — как вам удалось захомутать коренного холостяка и мировую звезду Гейбла Кларксона всего за несколько часов? — я опешила и растерянно потерла нос.
Это что же, шуточка Габи обернулась скандальной новостью?!
— Без комментариев, — лучезарно улыбнулся Звезда и повел меня к входу.
Решила не добивать Душку и промолчала.
А то наговорит про меня гадостей Дезмонду, и плакали мои триста золотых.
Я, Кларксон и один из операторов, не знаю, как зовут, не спрашивала, стояли в одном из залов резиденции. Луи и остальных с нами не было. Не впустили.
Всё здесь было ослепительно белым, и мы с репортером смотрелись этакими черными галками. Помещение вело на террасу, на которой уже был сервирован столик для меня и Дезмонда, и для Габи, конечно. Всё-таки единственный близкий к Императору репортер. Любимчик не только жителей империи, но и её властителей.
Было бы за что любить.
— Мисс Уитлок, — Кларксон повернулся ко мне, — когда Дезмонд поздоровается, просто скажите ответное «Здравствуйте». Не нужно пытаться поразить Императора своим экстравагантным чувством юмора с первой минуты общения, — он снова скривился, — у вас будете на это целых пятнадцать минут, — я покорно кивнула.
Оператор нажимал какие-то кнопки на аппаратуре, а потом вдруг подошел ко мне, протянул конфету и тихонько сказал:
— Не расстраивайся. С тобой он еще очень вежлив, — я поблагодарила дарителя и закинула карамельку за щеку.
Если это вежлив, то как он себя ведет с другими?
— Мисс Уитлок! — Кларксон отвлекся на секунду и увидел только, как я прячу фантик в сумочку, — немедленно выплюньте эту гадость! — чего это? — Вы собираетесь приветствовать Императора с леденцом во рту? — тьфу ты, а ведь прав.
Сделала, как он сказал.
Всё равно, мог бы быть и повежливей.
— Я тебе потом еще дам, — сказал мне оператор и представился, — я Лесли.
— Спасибо, — я благодарно улыбнулась ему.
Но продолжить знакомство не удалось, потому что к нам величественно ступало его Величество. Кларксон склонил голову, а я присела в забытом полупоклоне. По-моему, вышло не плохо.
— А вот и наша победительница, — Дезмонд покровительственно улыбнулся мне и разрешил подняться.
— Дитя Воинов приветствует тебя, Повелитель, — ответила я ритуальной фразой и выпрямилась.
Краем глаза заметила, как Кларксон побледнел. Какие мы нежные.
Дезмонд совершенно не изменился, всё такой же идеальный. Красные волосы, красные брови и бирюзовые глаза. Глядя на это совершенство, даже не замечаешь, во что оно одето. Вроде бы в светлую рубашку и светлые брюки.
Не зря я его в детстве рисовала.
Идеальная модель.
— Уитлоки, как же, как же, — красавец Дезмонд покивал головой. — Гейбл, ты увел у меня из под носа сокровище, — еще какое сокровище.
— Это просто недоразумение, Ваше Величество, — спокойно ответил Кларксон.
Тут уж, сам Бог велел вмешаться:
— Как, Габи, ты же сам сказал, что мы поженимся через месяц, а после ужина ты объявишь о помолвке и всему миру будешь кричать о нашей любви! — я схватила Кларксона за руку, — Душка, ты обманывал меня? — на лице у репортера заходили желваки.
— Вот и чудесно. Я сам выдам мисс Уитлок замуж ровно через месяц, — провозгласил Дезмонд, — а приз пойдет в качестве приданого.
Ой, дура…
Пошутила…
Мои триста золотых!
Жених оскалился и смачно поцеловал меня, куда дотянулся — в лоб.
Как покойницу.
— Пончик, теперь ты довольна? — я захлопала ртом.
Пончик? Посмотрела на себя в зеркало. Какой к черту, пончик?!
«Сейчас отснимем репортаж, и я объясню Дезмонду, что мы пошутили», — с такими мыслями я садилась за стол.