Чтение онлайн

Мощная станция Диксона уже непрерывно передавала в эфир открытым текстом: «Всем, всем всем! Для сведения командиров кораблей, находящихся в Карском море. В районе побережья Харитона Лаптева появился крейсер противника!»

Как бы подхлестнутый этой радиограммой, большой караван, сопровождаемый в проливе Вилькицкого двумя ледоколами, ушел за ледяной барьер. Теперь он был недосягаем для рейдера.

Военные действия в Карском море начались не с появления фашистского крейсера.

У них — довоенная предыстория. Уже тогда германское морское командование не без помощи японской разведки собирало сведения о Северном морском пути.

Возможность распространения боевых операций на полярные воды учитывалась и нашим командованием. Однако бывший нарком Военно-Морского Флота адмирал Николай Герасимович Кузнецов в книге воспоминаний «Курсом к победе» писал: «Следует признать, что в довоенное время мы, в Наркомате ВМФ, недооценили значение морских путей на Севере и недостаточно разрабатывали проблему их защиты. Поэтому уже в ходе войны пришлось создавать новые военно-морские базы, аэродромы, выделять корабли для конвойной службы».

Когда «Сибиряков» вышел в рейс, советские военные моряки уже давно вели бои в водах Северной Атлантики, в Баренцевом море, на путях к Мурманску, к Архангельску. Не исключалась возможность военных действий и в Карском море. Общее положение на фронтах и морских коммуникациях не позволяло перебросить сюда сколько-нибудь значительные силы, однако уже в первые месяцы войны были созданы специальный отряд Карского моря и авиационная группа, а также доставлены орудия для береговых батарей.

Потоплением «Сибирякова» рейдер открыл себя. Пиратство в чужих незнакомых водах становилось для него уже не столь эффективным и достаточно опасным. Ближайшей целью рейдера мог стать Диксон.

Здесь спешно готовились к обороне. Начальник морских операций западного сектора Арктики Ареф Иванович Минеев и комиссар Василий Ваптосович Бабинцев сделали все, что можно было успеть: рейдер мог появиться с минуты на минуту.

Настала ночь на 27 августа. Вскоре после полуночи в туманной мгле перед поселком Новый Диксон возник силуэт огромного военного корабля. Он двигался медленно, как бы ощупью: фашисты опасались подводных камней.

Диксон молчал.

Вражеский рейдер обошел часть острова и остановился в проливе Вега, у входа в гавань. Тяжелые орудия были наведены на порт. Блеснули вспышки залпа.

И тотчас навстречу крейсеру двинулся, ведя огонь, ледокольный пароход «Дежнев», ставший в военное время сторожевым кораблем «СКР-19». Раздались выстрелы с парохода «Революционер», стоявшего в гавани. Другие суда на рейде не были вооружены. Среди них оказался и старый «Кооператор», ходивший на Пясину.

На «СКР-19» были убиты семь человек и многие ранены, судно получило пробоины, но продолжало бой. Вспыхнул пожар на «Революционере».

Заговорила береговая батарея: две 152-миллиметровые гаубицы. Это уже солидный калибр. Артиллеристы лейтенанта Николая Корнякова с первого залпа попали в рейдер. Потом еще и еще. На корме крейсера показался дым.

Батарея стояла на пирсе и ее снаряды летели через «Дежнева». Писатель и военный моряк Владимир Рудный позднее высказал предположение: командование крейсера решило, что «Дежнев» открыл огонь из своих крупнокалиберных орудий. Но тогда на нем могли быть и торпедные аппараты.

Крейсер, продолжая обстрел, пошел прочь от опасного места.

Результаты его налета на Диксон могут создать ложное представление о недостаточной боеспособности рейдера, о трусости или бездарности его командования.

Проникнувший в Карское море севернее Новой Земли, «Адмирал Шеер» принадлежал к классу тяжелых крейсеров, так называемых «карманных линкоров», спущенных на воду всего за пять лет до войны. Мощная артиллерия, торпедные аппараты, надежная броня, высокая скорость.

Прежде, чем расстрелять «Сибирякова» и появиться у Диксона, «Адмирал Шеер» потопил в Северной Атлантике и Индийском океане крейсер и около двух десятков транспортов. Командовал рейдером моряк Вильгельм Меедсен-Болькен, ожидавший производства в контр-адмиралы.

Появление «Адмирала Шеера» было частью операции, разработанной под кодовым названием «Вундерланд» («Страна чудес»). Главной ее целью был срыв навигации на Северном морском пути. Для этого предполагалось использовать два крейсера, эсминцы, авиацию и «волчью стаю» подводных лодок.

Меедсена-Болькена с самого начала преследовали неудачи. Он «потерял» важный караван, укрывшийся за льдами пролива Вилькицкого, и лишился самолета-разведчика, потерпевшего аварию. Датский историк Стеенсен со слов самого командира рейдера так объясняет последовавшее за гибелью «Сибирякова» нападение на Диксон:

«Меедсен-Болькен принял решение совершить рейд на один из опорных пунктов Северного морского пути… Oneрации был присущ известный элемент риска. Рейд планировался в виде внезапной высадки десанта численностью 180 человек. Рассчитывали во время рейда захватить важные материалы и пленных, в частности, из числа руководящего состава западного сектора Северного морского пути. Кроме того, было решено поджечь угольные склады, уничтожить радиостанцию и прервать связь с Красноярском».

Получив неожиданно сильный отпор и не достигнув ни одной из поставленных целей, «Адмирал Шеер» вернулся к своей базе возле норвежского порта Нарвик.

Военно-морское командование противника изменило и дополнило план. Представьте, устьем Енисея интересовался сам Гитлер! Он лично намечал отдельные операции. Предполагалось, например, минировать главные трассы Северного морского пути и, если будет такая возможность, направить вверх по реке подводную лодку с усиленным артиллерийским вооружением для демонстративного обстрела Дудинки, через которую получал грузы Норильск.

Рейс-авантюра не состоялся. Не был осуществлен и новый поход в Карское море «Адмирала Шеера» вместе с крейсером «Адмирал Хиппер». Немецкое военное командование бросило крупные силы для нападения в Атлантике на большой караван, везущий вооружение для советских войск.