Чтение онлайн

— У нас нет таковых, — ответил стоявший страж. — Мой напарник, как и я, всего на всего единичные варианты.

— Вас ставят на ночь, а потом заменяют?

— Да, но не совсем. Стирают память, и заменяют новой личностью.

— Вот как. Чтобы с вас не стащили компромат на кого-то из посетителей.

— Верно. Как видите, мой товарищ уже отключен, — робот указал на тело, валяющегося гиганта, который застыл, держась за руку. Его единственный глаз — линия — потух, отражая свет неоновой вывески. — Запись происшествия уже поступила к хозяину «Шестерни». Вы можете проходить, вам разрешено в пропуске.

— Кто владелец? — спросил я, подойдя к дверям бара.

— Не могу сказать. П-простите, — охранник неестественно дернулся, будто хотел назвать имя, но ему помешали извне. — Перед тем, как войдете, не дадите мне руку? Необходимо поставить метку для посетителя.

— Без проблем, — я протянул ладонь, и сторожила влепил печать, от которой, флуоресцентной краской, под свечением огней, сияли две буквы «GG». — Что это значит?

— Genius God, — ответили мне, поклонились и открыли дверь, приглашая войти. — Добро пожаловать в «Шальную Солидную Шестерню».

Позади защелкнулся замок, и темнота помещения поприветствовала меня. В голове сразу же мелькнула мысль о том, что говорил Спайк, что этот клуб еще более омерзителен, чем подвал магазина Масляного, но тут ничего не было. Мои сканеры не улавливали никаких предметов, или деталей интерьера. В прошлом, это был роскошный мужской, закрытый клуб для элит, с закругленными лестницами и золотистыми перилами, статуями античных богов, вырезанных лучшими скульпторами того периода, шикарными окнами из цветных стекол, формировавших изображения библейских сюжетов, блестящий, мраморный пол и атмосфера богатства, о которой простолюдины могли только мечтать. Но место, куда я попал, даже и не пахнет тем, что было. Я включил фильтр ночного зрения и оглянулся вокруг. Пусто. И в чем суть?

Будто услышав вопрос, на стенах тускло зажглись канделябры, и передо мной появился робот, разукрашенный черной краской по всему корпусу, а в середине, небрежным мазком, было нарисовано подобие белой рубашки. Он посмотрел на меня и достал планшет, обычный, сделанный из дощечки, провел пальцем от верха до низа, и снова кинул взгляд своих маленьких глазок-лампочек мне в маску.

— Имя? — спросил робот.

— Двадцать Шестой.

— Это не имя, отвечайте, исходя из вопроса.

— Я назвал вам его. Другого у меня нет.

— Списки говорят иначе, — он постучал по планшету кончиком пальца в определенную точку, будто знал, кто я, и добивается от меня правдивого ответа.

— Виво? — нехотя, и немного сомневаясь в правильности, ответил я.

— Да, да. Такой у нас есть. Вас уже ждут, мсье Виво. Осталось только выбрать этаж, на котором вы собираетесь отдохнуть перед встречей, — он убрал список в отсек на ноге, и скрестил руки за спиной, как добропорядочный слуга.

— Не совсем понимаю, о чем вы. Что это за место, и что, собственно, происходит?

— Хм, в первый раз? Тогда, думаю, будет правильным посвятить вас в детали. Вы находитесь в холле клуба «Шальная Солидная Шестерня». Это особое место, для привилегированных роботов. Не каждому дано попасть сюда. Есть два способа: по приглашению и по статусу, причем приглашение можно получить только от статусного представителя. Так же работает система, по которой гость нижнего сословия, может привести с собой товарища, если это одобрит элитарий, который его и допустил на вход. Пока все понятно?

— Да, вот только, с каких пор появилось деление на сословия?

— С каких? Это было всегда, мсье Виво. Как военный, возможно вы были не в курсе, так как большую часть времени, посвящали боям вне города, но здесь устоялись четкие определения тех, кто «кормит» и тех, кто «ест». Я не буду вдаваться в подробности, вы можете узнать об этом из доступных источников. Моя задача рассказать вам о клубе, и не более, чтобы вы вели себя подобающе.

— Продолжайте, — попросил я, но в голове крутилось только «Какого черта?»

— Благодарю. Здание делится на три этажа, которые представляют собой гексагонное помещение, которое поделено на шесть треугольных комнат с определенной тематикой; с ними вы можете ознакомится уж по факту. Как я уже говорил, три этажа, не считая этого, имеют уровень доступа: первый — гости гостей, второй — приглашенные элитой, и третий — VIP палата.

— Значит, я попадаю под первую категорию.

— Ммм, не совсем, — с легким раздражением в скрипучем голосе, сказал «дворецкий». — Мне сообщили, что у вас есть доступ на второй уровень, с последующим переходом на третий. О причинах можете не спрашивать, я не владею такой информацией. Посему, прошу, проходите, — он, совсем не в свойственной манере, грубо махнул большим пальцем себе за плечо, указывая путь.

Не обращая внимания на резкую перемену в «настроении» слуги, я молча прошел мимо него по направлению к цилиндрической трубе, расположенной в конце зала, и уходящей прямиком в потолок. У лифта, ко мне подошел дворецкий и встал рядом, как-то нервозно потаптывая ногой. На приборной панели загорелась стрелочка «вниз», и по цилиндру прокатился поток воздуха, который потянул платформу с верхнего этажа. Постукивание соседа начало меня напрягать, и я спросил:

— Все в порядке?

— Не обращайте внимания. Просто не думал, что вы застанете нашу работницу на входе. У нее закончилась смена, и она вот-вот должна спуститься.

Как только он закончил говорить, над нами раздался щелчок. Створки потолка разъехались в стороны, и из открывшегося кружка, за которым мельком проглядывалось пурпурное свечение, поплыл бежевый диск. Он опускался вниз по цилиндру, и вез кого-то на своей поверхности. Я следил за движением платформы до самого конца пути, и чем ниже она опускалась, тем плотнее рука прижималась к бедру, чтобы выхватить пистолет и пустить пулю в пассажира. Тем не менее, мой проводник никак не реагировал на женщину, которая предстала перед нами в чем мать родила. Молодое тело, принимало оттенок мутной, слоновой кости, из-за искажения стекла трубы лифта и освещения огоньков свечей; русые, кудрявые волосы, спадали жидкой вуалью на грудь, слегка прикрывая темные соски. Она стояла, не стесняясь себя, будто ее вид — естественная вещь и то, что ее может кто-то заметить — проблема далекой реальности. Цилиндр открылся, и женщина сделала шаг вперед, глядя куда-то вдаль и не обращая никакого внимания на присутствующих.