Чтение онлайн

— На, смотри. На лампочке написано про тридцать сотых, а не тысячных, — я передал лампочку начальству. — А это значит, что у нас не 6 ампер, а 60. Неудивительно, что провода воняют изоляцией, сигнализируя нам о легкой перегрузке.

— Так аккумулятор же должен был разрядиться! — обиженный сам на себя Андрей пытался найти другие причины для сжигаемых проводов.

— А что ему будет? Он же тяговый от погрузчика, ему без разницы, что 60, что 100 ампер…

Для проверки правильности гипотезы мы быстренько нарезали еще проводов и подключили равномерно, где-то по проводу на каждую букву. Включили все и напряженно зашарили глазами в поисках выходящего магического дыма. Через некоторое время я даже аккуратно рискнул потрогать сооруженное. Чуть теплые и то около мест скруток.

Но просто так смотреть на равномерно светящееся поле быстро наскучило, поэтому мы в четыре руки начали щелкать выключателями. Сначала бессистемно, просто пробуя новые возможности, а потом уже пытаясь получить что-то осмысленное. Андрей пробовал рисовать буквы, я же задумчиво составлял рожицы и стрелки.

— Но вообще с таким панно мы точно выделимся на общем фоне, — я пытался поймать какую-то постоянно ускользающую мысль. — На такую маленькую площадь и столько много выключателей. Ведь пока соберешь слово, вся демонстрация и окончится…

— Да это вообще не проблема, сделаем трафарет, и все, — внезапно встрял наблюдающий за нашими телодвижениями Михалыч. — И одним движением выставляйте что угодно.

В ответ на наши непонимающие взгляды, он, хмыкнув, подошел к столу и быстренько набросал идею. Берем достаточно большую пластину и нарезаем в ней щелей, прямо напротив рычажков выключателей. Где надо включить — короткую, а где оставить выключенной — длинную. Выключаем все выключатели, тумблерами вниз. Потом накладываем шаблон и аккуратно двигаем его вверх. Там, где щель короткая, шаблон зацепит рычажок и переключит, а где длинная — оставит в покое… Думать не надо, просто бери шаблон по номеру и только следи, чтобы при движении выключатели не поломать.

— Так ведь можно еще проще сделать, — внезапно озарило Андрея. — Вместо выключателей вывести пару контактов, а на другой стороне разместить в нужных местах металлические пятаки.

— Можно, — немного поразмыслив, согласился я. — Только требования к поверхностям тут гораздо выше. И руками, если что, не поправишь.

— Да… Хотя можно перфокарты попробовать… только там вроде считывание строкой.

— Перфокарты? — я сделал стойку. Ведь перфокарты — это не только перфораторы и считыватели, но и то, для чего пишутся программы. Для всяких швейных и вязальных машин сейчас не время, значит тут что-то другое.

— Ну да. Бумажные такие карточки, в них отверстия пробиваются. И получаются исходные данные или программа, в зависимости от назначения.

— Чего? — моя челюсть медленно поползла вниз.

Поначалу я решил, что ослышался. Ведь первые компьютеры только-только начинают делать свои первые робкие шаги, это я точно знаю, мне Лев в больнице рассказывал. А тут такое заявление.

— Перфокарта, на ней отверстиями записываются данные, — Андрей повторил мне, словно маленькому ребенку. — И машина считает нужное согласно вложенной программе.

— Машина? — наверняка я сейчас с хлопающими от изумления глазами выглядел очень глупо.

— Ну. Табулятор или счетно-фактурная. Может, аналитическая. Что нужно, то и используют. Да вон, в райкоме бухгалтерия считает какие-то нормы. Наши насмотрелись и теперь ноют, что им тоже надо. Кстати, они просили тебя зайти, ты где-то там провинился по их части.

— Да вот сейчас и зайду. Только потом схожу в библиотеку, хорошо? Почитаю про эти табуляторы, узнаю, с чем их едят.

— Никаких библиотек. Держите, читайте и расписывайтесь, — незаметно появившийся в дверях Игорь Степанович протягивал нам папку.

Взяв у секретчика папку, я уселся за стол и потянул за тесемки. Первый лист нас порадовал: наконец-то МГБ проверило некую Алевтину Ришар и не нашло никаких препятствий для ее выхода в эфир, о чем и сообщалось в очень казенных выражениях.

— Валентина, поздравляю! — крикнул я в соседнюю комнату. — И готовься!

— Спасибо конечно, но с чем? — тут же выглянула она.

— Тебя разрешили в эфир. Так что морально и физически будь готова к завтрашнему — половину эфира на тебя скину.

— А когда новые рубрики будем обсуждать? — она тут же взяла быка за рога.

— Как только, так сразу… — задумчиво протянул я, рассматривая следующий лист.

«Нижеподписавшиеся свидетельствуют о том, что им доведена следующая информация: Звуковой сигнал ГМД состоит из шума генератора I (135 Гц), колеблющегося на частоте генератора II (3 Гц), сложенного с шумом генератора III (320 Гц), колеблющегося на частоте генератора IV (5 Гц)».

— Это про что? — я показал лист секретчику.

— Сейчас, — достав очки, он вгляделся в лист. — А, перепутали порядок. Бери следующий, а этот потом.

Следующий так следующий. «Об организации радиосредств глушения». Уже почти привычно пропускаю все титулы, шапки и прочие вводные, пытаясь перейти сразу к сути. Ага, в Калинин скоро приедут еще пять глушилок импортных радиостанций. Требуется обеспечить в мере их касающейся и прочее, прочее, прочее. Я перевернул лист: предполагаемая схема размещения, график работы и частоты. Все облеплено грифами и печатями. А тот листик с частотами генераторов, который попал ко мне первым — это краткое описание того, что глушилка выдает в эфир. В следующих листах нам передавалась под опись ну совершенно секретная принципиальная схема и куча сопроводительных материалов.

— Гляди, — я отчеркнул ногтем заинтересовавшую меня строчку сметы, — целый литр ежемесячно. Это для чего он нужен в таких объемах?

— Чего литр? — не разобрался сразу Андрей.

— Спирта. По литру в месяц на каждую станцию, — я вгляделся, — причем не менее, чем 95%. И между прочим, этиловый, а не изопропиловый.

— Так протирать же чем-то надо, — опять он не понял меня.

— Ага. Медицинский. И наверняка в инструкции написано «тонким слоем», да?

— Ну да, не купать же.